Рождение и гибель цивилизаций

Выход был позднее найден в усиленном ограблении завоеванных стран: захватывали больше рабов, скота и зерна. Но отношения испортились надолго».
Аменхотеп IV (правил в 1419–1400 годах до нашей эры), стремясь ослабить жречество, опираясь на средних и мелких землевладельцев, провел религиозную реформу, отменив культ старых богов, и ввел культ единого бога солнца Атона. Свою резиденцию фараон перенес в построенный им город Ахетон (современный Эль-Амарна) и оттуда управлял страной, игнорируя жрецов. После смерти Аменхотепа IV при фараоне Тутанхамоие (1400–1392 годы до нашей эры) старая религия была восстановлена. Интересно, что при провозглашении себя фараоном Тутанхамон взял тронное имя Тутанхатон, что переводится с египетского как «живой образ Атона». Но, отменив религиозную реформу и перенеся столицу страны снова в Фивы, молодой фараон (а было ему в момент вступления на престол всего 12 лет) назвал себя Тутанхамоном — «живым образом Амона».
С 1400 по 1200 год до нашей эры неподалеку от Фив были построены самые роскошные египетские храмы Карнак и Луксор. Их строительство должно было символизировать восстановление союза между царской властью и жрецами. Жрецы были терпеливы и дождались восстановления культа богов. Конфликт продолжался 125 лет, а полностью исчерпал себя только через 200 лет после начала
События, приведшие к отмене религиозных культов, должны были восприниматься как огромное потрясение, например, во время Нового царства (1580–1070 годы до нашей эры), на которое приходится апогей могущества Египта. Высшей точкой в долгой истории древней цивилизации является правление Аменхотепа III (1455–1419 годы до нашей эры). В это время власть фараона простиралась от верховьев Евфрата на севере до четвертого порога Нила на юге.
Новое царство — период не только высшего государственного, экономического, но и культурного расцвета Египта [27]: «Египетская культура активно взаимодействовала с культурами соседних народов, а положение Египта как мировой державы создало особо величественный стиль, ярко проявившийся в монументальных храмовых постройках. Фивы становятся одним из самых блистательных городов Древнего Востока. Украшением города были грандиозные дворцы фараонов, великолепные дома знати и особенно величественные храмы, определившие архитектурный облик Египта. Если пирамида уподоблялась горе, то эти храмы напоминали дремучий лес, где можно затеряться. Колонный зал Карнакского храма, самого крупного храмового сооружения Древнего Египта, поражал огромным количеством колонн — 134 (!), папирусо-, лотосо-, пальмообразных, высотой свыше 20 м, с диаметром около 5 м. В храмах помещалось множество статуй; стены, пилоны, обелиски и колонны были покрыты рельефами и иероглифическими надписями. Карнакский и Луксорский храмы называют каменным архивом Египта. Храмом, олицетворявшим архитектуру Нового царства, стал расположенный на трех обширных террасах поминальный храм царицы Хатшепсут в Дейр-Эль-Бахри».
Конфликт жречества и светской власти перешел во все сферы жизни Египта [27]: «Противоборствующие стороны привлекли к «борьбе» поэтов и художников, скульпторов и архитекторов, поставив перед ними задачу смело сломать традиции в искусстве, «дабы не следовать канону, а служить истине». Это был творческий вызов, и традиционные изображения богов и фараона, приукрашенные, трафаретные, спокойно-величавые, с выражением на лице неземного величия, сменились произведениями высокого искусства, реалистичного, динамичного, очень естественного, насквозь пронизанного светскими мотивами и жизнелюбием, сильно отличающегося от всего, что знал Древний Восток того времени. Уникальным явлением стала некультовая, любовная лирика. Противостоявшие жрецам придворные фараона в едином пакете идей, обосновывающих существование одного бога во Вселенной, впервые в истории человечества сформулировали концепцию мирового господства — доктрину «мировой» империи одного великого фараона. Это тут же выразилось в гигантомании в храмовом строительстве и сооружении царских статуй-колоссов. Тогда был построен самый большой заупокойный храм, развалины которого сохранились до наших дней на западном берегу Фив. Там до сих пор стоят десятки колоссальных колонн, а посреди образуемого ими двора лежит огромная разбитая статуя фараона, весившая более 110 тонн. Фараоны Нового царства не строили пирамид. Усыпальницами нм служили подземные гробницы знаменитой Долины царей в западной части Фив. Ныне известно около 60 таких гробниц. Гробницам фараонов Нового царства полагалось навеки быть скрытыми от глаз людей. Их тщательно маскировали, вход, ведущий к захоронению, замуровывали. Но и это не спасло их от грабителей. Почти все скальные гробницы были разграблены еще в древности».
 
Открытая английскими археологами в 1922 году гробница Тутанхамона дала нам удивительные свидетельства богатства фараонов. Жрецы поддерживали авторитет царской власти. Но в вопросах религиозных не могли уступать ни на йоту. Ибо в высшие тайны жрецов не были посвящены даже фараоны.
  
Глава III
 
СИЛЫ, ОСУЩЕСТВЛЯЮЩИЕ ПРЕДНАЧЕРТАНИЯ
 
Посвященные
Египетские жрецы с трудом делились знаниями с кем бы то ни было. Но они это делали. Им были нужны посвященные в высшие тайны сторонники за пределами Египта. Одним из счастливчиков, которому рассказали, если не н^с, то многое, стал грек Пифагор Самосский. Сведения из его биографии скупы [6, 21, 28, 67]: «Он родился около 580 года до нашей эры на острове Самосе, вблизи Ионийского побережья Малой Азии. В основе социалыю-экономической организации греческого общества того времени лежал принцип коллективного договора между свободными людьми, закрепляемого конституцией, в которой регламентировались нрава и обязанности граждан полиса (города-государства). Определяющий всю жизнь граждан общественный договор мог быть в зависимости от результатов отстаивания своих прав различными слоями общества олигархическим, как, например, в Спарте, или демократическим, как в Афинах. Полюсами в политической борьбе были родовая знать и мелкие землевладельцы и ремесленники. Законы регулировали отношения между ними, но ни одна из сторон не допускала компромиссов по принципиальным политико-экономическим вопросам.
Кроме того, соперничали друг с другом и полисы, хотя их принадлежность к единой этнической системе никогда никем не ставилась под сомнение. Такое положение дел не нравилось Пифагору, и он принял решение направиться в дальние страны, дабы принести своим соотечественникам мудрость, в которой они, по его мнению, нуждались. Знаний, полученных Пифагором от отца-ювелира, хватило, чтобы в Египте изучать медицину, математику, астрономию, метеорологию. Побывал он и в Вавилоне, где познакомился с учением пророка Заратустры, и в Индии».
Вернувшись из Египта, Пифагор узнал, что Самос находится в руках диктатора Поликрага — ставленника персов. Свободолюбивый мыслитель перебирается в богатый город-порт Кротон в южноитальянской колоиии Греции и в 540 году до нашей эры создает вместе с поверившими в него колонистами тайный союз. Первый философ и его последователи, вошедшие в историю как пифагорейцы, поставили перед собой цель в рамках тайной организации посвященных постигнуть высшую гармонию мироздания через числа, характеризующие все сущее в окружающем человека мире. За попытки раскрыть тайны союза его члены могли поплатиться жизнью. До нашего времени дошла легенда о наказании богами пифагорейца Гиппаса Месапонтского за то, что он открыл недостойным природу пропорций.
У Пифагора были великие планы [21]: «Находящийся под впечатлением знаний и идей, почерпнутых в своих «хождениях за три моря», он обосновывал целесообразность сохранения во всем и всюду вечного и неизменного мирового порядка, в том числе в политическом устройстве общества и государства, во главе которого он видел достойную этого аристократию, использующую при управлении всем, что происходит в государстве, жрецов, специально обученных и понимающих смысл протекающих в мире процессов. Основы порядка и всего рационального философ обосновывал, выявляя закономерности развития разнообразных процессов во Вселенной, которые описывал числами. За всеми концепциями и доктринами Пифагора, его сподвижников и учеников стояла математика такого высокого уровня, который не будет знать европейская научная мысль еще 1500–2000 лет».