Я люблю свою куклу (СИ)

— Не знаю, но шаловливые точно. Я думала, меня впервые трахнут прямо на ходу. Ты бы хоть в бордель сходил, что ли… Чего ржёшь, придурок?
— Прости, Костлявая, ничего такого не имел в виду. Держался, за что мог.
— Если думаешь, что мне сейчас стало менее обидно, то вообще ничего не понимаешь в женщинах. Ладно, пошутили и хватит. Ребята, вытаскивайте их.
Вынести шестерых клановых мусорного ренда из подземки было вовсе не просто, у них довольно тяжёлые сеты. Хорошо, что Костлявая притащила с собой пострендных, имплы позволили им переть неухватистые тела весом с себя по крутым лестницам. Путь наверх был короче пути вниз, мы воспользовались технической шахтой, но под конец пошатывались даже силовики, а Костлявую мне пришлось последние пять пролётов тащить на руках. Она ещё и ругалась при этом, что ходить пешком для клановых — чистое оскорбление, что ноги у неё, наверное, теперь отвалятся нафиг, и что я мог бы не хватать её за задницу. Хотя я вовсе и не хватал. Что я, на работе задниц не насмотрелся?
Здание не обесточено, инженерные системы работают, так что здесь волочь тела по лестнице не надо, можно поднять на лифте.
— Кладите… да пофиг куда, хоть на пол, — командую я.
Вычислительный центр тёмен и тих, светятся только редкие огоньки дежурного питания. Система готова к старту. Хотя запускалась она всего раз, много лет назад, для настройки и тестирования, но я уверен, что заработает. Это вершина технологий города, с неё всё стремительно покатилось в жопу, но тогда, на пике, она была фантастически хороша. Железо, которое клановые вывозят с окраин, несравнимо мощнее и надёжнее того, которое сейчас производится для Центра. Но Центру теперь и этого хватает.
— Там, в коридоре есть жилые модули, боз, — уважительно говорит один из клановых. — Я помогал тут технам, видел.
— А, ну тогда раскидайте их там по кроватям. В любом порядке, они не обидятся.
— Ого, ты им уже «боз», — смеётся Костлявая. — Впечатлил ребят. Их ты тоже можешь вот так вырубить?
— Не вырубить, — терпеливо объясняю я. — Рендового нельзя вырубить, иначе от полисов и безов не было бы никакого толка. Это просто принудительный апдейт. Старый технический протокол, прошитый в ядре системы, о котором уже никто не помнит.
— Но ты помнишь.
— Меня хорошо учили.
— Тебя хорошо учили, ты делаешь штуки, о которых даже думать лютый крайм, ты не рендовый, но пёр меня на себе вверх по лестнице, как силовик, и даже ухитрялся при этом лапать, ты не верещал от страха, когда я гнала на моте, о тебе никто не знает даже в крайме… Ты чертовски загадочный тип, дро Гарт.
— Не лезла бы ты в это, Костлявая, — посоветовал я.
— И не собираюсь. Я не дура и прекрасно понимаю, что за большими возможностями прячутся большие проблемы. Мне пофиг, откуда ты взялся и куда денешься, мне насрать, на кой чёрт тебе всё это железо, и я знать не хочу, что ты собрался тут делать. Верни мне ребят, и я про тебя забуду, клянусь колесом.
— Прекрасный выбор. Тебе бы с таким умом в премы.
— Хватала свернёт мне шею при первом намёке, — засмеялась она. — Он меня ценит за мозги, которых у него нет, но, не будь я его сестрой, уже грохнул бы из опасений за власть в клане. Меня вполне устраивает быть заместителем. Не нужно ездить на премовском моте, он дико уродливый, мой лучше. Как скоро ты сможешь восстановить ребят? Они выглядят не очень.
— Пара дней. Вы привезли то, что я просил?
— Питательные смеси, памперсы, шланги? Да, вон сумка стоит. Но я не понимаю, зачем всё это, если ты действительно можешь их деренднуть?
  
— Для начала мне нужна сеть. Здесь её нет, и включить нельзя, потому что вычислительный центр засветится в ней как прожектор. Сначала надо создать закрытую локалку, потом запустить и настроить виртмашину, которая будет имитировать сервер ренд-центра, потом включить сетевые карты у твоих мусорщиков, чтобы они к нему подключились, обновились и вышли из режима ожидания апдейта, потом поставить их на паузу, чтобы не ломанулись обратно в мусор, накатить нерф…
— Нерф обязательно? — перебила меня Костлявая.
— Да. Я выставлю им коэффициенты получше стандартных, но сам по себе он неизбежен. С этим ещё в начале ренда столкнулись — натурная нервная система не вывозит импловую. Первые «герои города» на которых испытывали киб-комплекты, либо калечились, либо сходили с ума, а чаще всё вместе. Природа нас к такому не готовила. Тогда им стали ставить первые нейро-программные компиляторы, посредники между мозгом и сетом, они вводили поправочные коэффициенты, то есть, фактически, тот же нерф. Но имплы работали с ними в треть мощности, и тогда мозг стали отключать, передавая управление прошивке. Как раз и бионейрокластеры запустили, стало возможно делегировать управление серверной части… Так возник ренд.
— Типа, я что-то поняла… Ладно, нерф так нерф. Жалко, что нельзя просто нажать кнопку. Ну да ладно, несколько дней — не десять лет.
— Нужен кто-то, кто будет за ними ухаживать эти дни. Заливать смесь в желудок, менять памперсы, мыть. Я не могу сидеть здесь всё время, у меня полно дел. После того, как запущу систему и создам защищённый порт в сеть, сразу свалю. Буду контролировать процесс удалённо. Ухаживать должен кто-то, кому ты реально готова доверить жизнь, свою и клана, потому что, если инфа о хакнутом ренде уйдёт наружу, не пожалеют никого. Высадится в вашем стойбище гвардия Дома и вырежет всех, до последнего младенца. Просто потому, что кто-то мог что-то услышать. Есть у тебя такой человек?
— Да. Это я. Сама останусь.
— Надеюсь, ты не брезгливая.
— Знал бы ты, как устроена канализация в лагере, — заржала девушка. — В кланах брезгливых нет.
— Мы положили ребят, — сказал вернувшийся клановый. — Раздели и помыли, потому что несло от них… Одежду выкинули, новая в сумках. Что дальше, Костлявая?
— Валите в лагерь и забудьте всё, что сегодня видели. Включая дорогу сюда. Я серьёзно. Хватале, если спросит, скажите, что я вернусь через пару дней. Но он не спросит.
— Как скажешь, тебе виднее.
Клановые попрощались и уехали вниз на лифте. На улице замелькали отсветы фар и исчезли в направлении пустошей.
— Можно им доверять?
— Абсолютно. Ребята туповатые, но надёжные.
— Ладно, не буду терять времени, начну запуск мейнфрейма.
— А я пойду помоюсь и переоденусь. Вся пропиталась этой вонючей подземкой…
Первым делом я физически отключил стойки сетевого оборудования, чтобы их включение не засветилось в сети, и только потом начал последовательно врубать узлы питания. Загудели вентиляторы силовых шкафов, зашелестели системы охлаждения процессорных сборок, заморгали огоньки инженерных пультов, зажглись пыльные мониторы контрольных систем.
— Работает? — спросила вернувшаяся Костлявая.
На ней трусы, топик и ботинки, волосы влажные.
— Стартует, — уточнил я. — Надо подождать, пока все тесты пройдут и система прогрузится.
— Долго?
— Час, может, чуть больше. Давно стояло.
— Иди помойся тогда. От тебя несёт как из тоннеля. Я, пока сама не отмылась, не чувствовала, а теперь аж глаза режет.
Жилые модули крошечные, как моя подсобка в борделе. Кровать, санузел, где только душ и унитаз, стол, стул. До всего можно дотянуться рукой, стоя посередине. Но есть контрольный монитор системы, а больше мне ничего и нужно. Включил его, разделся, сбросив одежду на пол, и встал под тёплыми струйками. Оказалось, что даже шампунь-концентрат в дозаторе есть, похоже, центр был полностью готов к запуску, вплоть до помещений для персонала.