Инн Яно или сын Белой Луны (СИ)

- А мне не желаешь пожелать такого же аппетита? - на своем языке говорит он.
Аэрон вопросительно смотрит на меня, ожидая, что я поясню о чем толкует мужчина. Но я стараюсь не нервничать и исправляю свою оплошность. Отвечаю на его языке:
- И вам приятного аппетита, Инн, - тот ухмыляется, явно довольный своим замечанием.
  
Глава 12
 
- Ворон, - вывожу коня.
Он послушно выходит, но вдруг оглядывается. Я слежу за его взглядом и натыкаюсь на белую лошадь отделившуюся от основного табуна.
- Эй, да у тебя подружка появилась, - не могу сдержать улыбку и хлопаю коня по шее. - Она красивая. Пойдем? Скоро тебя верну к ней, - и тяну коня под уздцы.
Сегодня я больше всего на свете хочу разгрузить свою голову от мыслей, что заполняют двое мужчин. И эта дурацкая ситуация в которой я оказалась. Между ними как меж двух огней. Оба упрямы до ужаса и ни один не объяснит что происходит. Не знаю что они с самого начала не могли поделить, раз у них изначально не наладился контакт. Аэрон ведет себя непринужденно, а Инн и вовсе как особа королевских кровей, гордо подняв голову даже не удостаивает вниманием графа.
Мы добрались до реки и я соскакивая с коня, на ходу скидываю юбку. Остаюсь в рубашке, которая доходит почти до колен. Расшнуровываю сапоги. И с нетерпением вхожу в воду.
Это прекрасное чувство ощущать прохладную воду, касающуюся разгоряченной кожи. Словно обволакивает своей прохладой и тянет к себе все ближе и ближе.
Останавливаюсь когда вода доходит до пояса. В этом месте течение не сильное. И нет здесь живности, что готова съесть в любой момент. Мы здесь были не так давно с отцом и графом. Мужчины купались, а я с Вороном сидела на берегу.
А теперь я вдоволь накупаюсь. Окунаюсь, чувствуя легкое покалывание на коже. От чего кровь начинает с силой нестись по венам и становится жарко. Этот жар разливается по телу, словно пропитывает каждую клеточку, разнося огонь под кожей.
Выныриваю и снова погружаюсь под воду. И так несколько раз пока легкие не начинают гореть.
Возвращаюсь к берегу и одеваюсь. Волосы треплет легкий ветерок. Ворон жует траву. А я сижу и греюсь на солнце. В теле такая невероятная легкость. Что невольно понимаю, мне здесь нравится. Природа, люди. Все мне здесь определенно по душе.
- Ну что, прокатимся еще немного и будем возвращаться.
Конь несется галопом. Ветер треплет и гриву и мои мокрые волосы. Такое блаженное чувство, что хочется закричать от радости и удовольствия.
Но в какой то момент все прекращается. Конь резко встает на дыбы и ржет как ужаленный. Я вовремя хватаюсь за его гриву и прижимаюсь всем телом к его спине. Не хватало чтобы он меня скинул.
И срывается с места. С неимоверной скоростью, от которой у меня захватывает дух. Понимаю, что именно в этот момент он абсолютно не контролируемый. И это страшно. Ужас начинает проникать в мое сознание и этот страх передается коню. Он то и дело меняет направление и в какой-то момент спотыкается. Боже, я сваливаюсь со спины и кубарем качусь. Не могу остановиться, чувствуя боль в теле. Кожу жжет. И неожиданно появляется чувство, что подо мной заканчивается земля. Я взвизгиваю и падая цепляюсь за что-то выпирающее. Ветка. Зависаю в воздухе. Боюсь смотреть вниз. Там просто пропасть. И если я сорвусь, а я сорвусь, потому что силы у меня на исходе, живой после такого падения я не останусь.
Ворон фыркает где-то рядом. Я поднимаю глаза и встречаюсь с его взглядом.
- Ты не виноват, малыш, - в его глазах печаль и беспокойство. Он все прекрасно понимает.
- Виноват, еще как. Пошел прочь отсюда. Скотина бестолковая, - я чуть не выпускаю свою спасительную ветку из рук от неожиданности услышав этот голос.
- Что ты здесь делаешь? - страх сменяется злостью, когда я окончательно понимаю, что вишу над пропастью. Что спасать меня будет ни кто иной, а этот чурбан. Даже мелькает желание все это именно сейчас закончить.
- Даже не думай об этом, - вдруг говорит он, словно прочитал мои мысли и перед глазами появляется его рука. - Хватайся, чего застыла? Или жить надоело?
 
Я со страхом смотрю вниз и с трудом сглатываю. Ладони потеют и норовят соскользнуть с ветки.
Он свешивается надо мной и наши взгляды встречаются. Я замираю на доли секунд застывая в его глазах. Там я вижу себя. И как черный зрачок пожирает золотисто-коричневую радужку. Это какое-то дежавю. Я словно уже видела этот взгляд. Но мне не дают и дальше размышлять и нагло вырывают из мыслей.
- Давай же! - звучит приказом и я закрыв глаза, прерывая наш контакт, одной рукой цепляюсь за его руку и тут же чувствую как меня тянут наверх.
С нечеловеческой силой меня выкидывает на землю и я падаю больно подворачивая ногу и ударяясь спиной. От падения, путаюсь в юбке, что накрывает меня с головой.
И слышу предательский издевательский смех.
Скидываю подол юбки и вся красная от злости впиваюсь взглядом в смеющегося индейца. Он даже на землю оседает от хохота.
- Что смешного? - оглядываю себя и понимаю, что руки все исцарапаны, а рукав рубашки порван, не учитывая что я вся в пыли.
- Ты все время злишься, почему? - он успокаивается и смотрит на меня оценивающим взглядом.
- Потому что во многих ваших действиях не вижу логики, - зло отвечаю, пытаясь подняться и охая от пронзающей боли в ноге, оседаю на землю.
Он снова заливается смехом. Что бесит еще больше.
- Спасти твою жизнь это по твоему не логично? Да? Надо было бросить тебя и ждать когда ты сорвешься в пропасть? Или твой граф пожалует сюда? - теперь злится он.
Мы смотрим друг на друга, словно меряемся силой, кто первый отведет взгляд, тем самым сдавшись. Но злость мне помогает и его губ касается легкая улыбка. Мягкая, какой я еще ни разу не видела.
- Упрямая, даже страшно, - хмыкает он и подходит ко мне, нависая сверху. - Что с ногой?
- Не могу встать, - жалобно пискнула я, чувствуя нарастающую боль в лодыжке.
Он присаживается на корточки и тянется к ноге, но я отодвигаюсь.
- Не трогай меня, - зло рычу в его сторону. - Опять издеваться будешь?
- Я всего лишь посмотрю ногу, - его брови взлетают вверх и он снова предпринимает попытку дотронутся до меня и в этот раз я уже стараюсь не сопротивляться.
Приподнимает юбку чуть выше и расшнуровывает сапог. Мое сердце замерло в груди от мягкости его действий. Снимает обувь и ощупывает щиколотку.
- Нужно вправить сустав, будет больно, - серьезно говорит он.
- Нет-нет. Отец все сделает. Не трогай, - запищала жалобно я.
- Пока мы доберемся до лагеря у тебя нога распухнет и последствия будут гораздо тяжелее. Ты что, маленькая? Где твоя храбрость? - словно ребенка отчитывает мужчина.
- Хорошо. Хорошо, - соглашаюсь я, нервно закусывая губу.
Он кивает и я закрываю глаза.
От его действий нога разрывается от боли, что звезды в глазах сверкать начинают и я вскрикиваю.
- Изверг, - всхлипываю я.
Но не решаюсь открыть глаза. Слеза скатывается по щеке. Нога ноет.
Чувствую лишь как его пальцы, горячие и слегка шершавые поглаживают место вывиха. Затем поднимаются чуть выше и мое дыхание замирает. Его невесомые касания до кожи разносятся табуном мурашек. Сердце рвется из груди. А боль отходит на задний план уступая место спокойствию.
Я открываю глаза и встречаюсь с его почерневшим глубоким взглядом.
- Что ты делаешь? - запинаясь, спрашиваю я.
- Успокаиваю боль, - охрипшим голосом произносит и убирает свои руки от меня.
Инн встает на колени смотрит так, что я не в силах отвести ни взгляд, ни слова сказать.
Потом касается пальцами моего лица и невесомо проводит по скулам. Касаясь губ.
Невыносимая пытка. Я ощущаю его горячее дыхание, но он не приближается. От нетерпения я сама приподнимаюсь на локтях и стараюсь приблизиться к нему как можно ближе. Меня манит его запах, чего то лесного и в тоже время свежего. Хочется притянуть к себе и почувствовать наконец вкус манящих губ и проверить их мягкость.