Агентство "ЭКЗОРЦИСТ": CRYPTIDIS (СИ)

— Располагайся, — указав мне на стул, цыганка села напротив и, не теряя времени, извлекла из складок одежды видавшие виды карты «Таро».
  
Глава 51
 
Карты Тшилабы выглядели очень старыми — цвета поблекли, края истрепались. Видимо, цыганка пользовалась ими часто. Я начал следить за тем, как сухие пальцы с поразительной ловкостью раскладывают и переворачивают карты. Казалось невероятным, что старческие руки способны на подобную проворность — это вызывало странно-неприятное чувство, возникающее обычно при виде чего-то неестественного. 
Я украдкой взглянул в лицо старухи. Она была сосредоточена на гадании, её тяжёлые сморщенные веки слегка подрагивали, а губы беззвучно шевелились, словно она читала заклинания. Возможно, она действительно умела предсказывать будущее — всё в её облике соответствовало моему представлению о том, как должна выглядеть настоящая гадалка. Наблюдая за движениями Тшилабы, я не мог отделаться от ощущения, что скоро услышу нечто важное. Хотя с чего бы? Во что, во что, а в ясновидение я не верю.
Наконец, старуха ткнула ногтем в какую-то картинку и произнесла:
— Гляди! Эта карта означает смерть! — она ловко перевернула соседнюю. — А вот эта — дорогу.
Я уставился на рисунки, от которых веяло древней мрачной магией, и невольно содрогнулся. Казалось, голый череп смотрит из-под капюшона прямо на меня. Я отвернулся, чтобы скрыть невольное замешательство.
Тшилаба тем временем выложила передо мной ещё несколько карт.
— Здесь тебя ждёт неожиданность, а вот тут нависла опасность. Берегись угрозы, о которой не знаешь, — чёрные маслянистые глаза в упор уставились на меня. 
Мне стало не по себе. Пусть я не верил гадалке до конца, но когда тебе с такой уверенностью и прямотой предсказывают беду, трудно оставаться равнодушным. Я попытался улыбнуться, но сумел лишь выдавить жалкую усмешку. На старуху она не произвела никакого впечатления.
Она молча выложила ещё одну карту. Взглянула на неё и медленно придвинула ко мне. Лицо у неё стало мрачнее некуда, поджатые губы превратились в горизонтальную прорезь. 
Я опустил глаза, приготовившись увидеть что угодно. На карте был нарисован шут, несущий на палке узелок. Я облегчённо вздохнул и вопросительно посмотрел на старуху. 
— Придёт тот, кого ты не ждёшь, — проговорила гадалка, тыкая в карту длинным острым ногтем. — Он несёт смерть! — продолжала она, выкладывая рядом другую картинку — оскалившегося скелета с косой. — Тебе предстоит борьба с дьявольскими силами! — заключила цыганка, заканчивая «весёленький» ряд рогатым чудищем, вписанным в перевёрнутую звезду. Несколько секунд она сидела, нахмурившись, затем быстро смешала карты, встала и принялась что-то искать в одной из расставленных на столе шкатулок.
Надо заметить, что я не был впечатлён заключительным пассажем гадания. То, что сказала Тшилаба, казалось слишком обобщённым. Подобное можно предречь любому человеку, выслеживающему убийцу, особенно если жертв несколько. Я слегка расслабился, решив, что напрасно возомнил, будто цыганка действительно может видеть будущее. Мне показали спектакль и не более того.
— Возьми это, — сказала Тшилаба, протягивая мне странный амулет, больше всего напоминающий засушенную мышиную голову с прикреплённым кожаным шнурком.
Я сидел неподвижно, с недоумением глядя на раскачивающийся перед моим лицом талисман, от которого несло чесноком. Он был жутко омерзительным, и меньше всего мне хотелось прикасаться к нему. К тому же, я был уверен, что он не имеет к магии никакого отношения. 
— Ну! — требовательно воскликнула старуха, тряхнув амулетом.
«Господи, что за дикость?!» — пронеслось у меня в голове, а затем я протянул руку и, преодолев отвращение, взял у цыганки талисман. Лишь бы отвязалась.
Тшилаба сразу направилась к выходу и приподняла полог, предлагая мне выйти. Я встал и, пошарив в кармане, достал немного мелочи. Цыганка не возражала, когда я положил монеты рядом с канделябром, хотя на деньги даже не взглянула.
 
Я вышел на улицу, а Тшилаба осталась внутри. Негр, дежуривший у входа, тут же юркнул в шатёр. 
Я заметил, что возле костра, где сидел барон, собралось изрядное количество народа. Множество любопытных глаз уставилось на меня. Кажется, цыгане что-то обсуждали, но при моём появлении замолчали.
— Ну, что? — поинтересовалась Глория, когда я подошёл. — Выяснил что-нибудь полезное?
Я молча покачал головой. 
— Ты что-то бледен, — заметила девушка с лёгким беспокойством. — Ничего там не пил, не ел? — добавила она, понизив голос.
— Нет, только слушал. Ты закончила опрос?
— Ага. Думаю, нам пора. Зря потратили время.
Поблагодарив барона, мы направились к машине. Цыгане провожали нас тяжёлыми взглядами. Никто не проронил ни слова. 
Мы покатили прочь от места стоянки странного табора, где не было веселья, где жил негр, и где обитала жутковатая предсказательница, не стремящаяся вытянуть из клиента побольше денег. 
— Вижу, цыганка не посулила тебе ничего хорошего, — заметила Глория. — Наверное, ей не понравилось, что мы приехали, вот и решила нагнать страху.
Я с сомнением покачал головой.
— Мне кажется, она верила в то, о чём говорила. 
— А именно?
— Если верить картам, мне предстоит встретиться с незнакомцем, несущим смерть, и, как я понял, это будет нечто сверхъестественное. Если не сам дьявол.
— Вот как?! — усмехнулась девушка. — Поздравляю, Крис, ты добился большого успеха. Вначале у вас ходили в подозреваемых вампиры, а теперь виновником убийств оказался сам Сатана. Браво! 
Когда мы уже въезжали в Доркинг, водитель вдруг выпалил:
— Так как, по-вашему, виноваты цыгане?
— Не имею права разглашать информацию в интересах следствия, — ответила Глория.
— А-а, — протянул таксист. 
Его словно подмывало сказать что-то ещё.
— В чём дело? — спросил я.
— Да ничего особенного. Просто болтают про них тут много чего.
— Например?
— Будто они колдуны.
Я усмехнулся.
— Когда только цыганам не приписывали связи с дьяволом! Это всё? 
— Не совсем, — мистер Лэсли смущённо кашлянул. — Я слышал, будто они умеют оживлять мёртвых. Мы вот болтали вчера в пабе, и пара человек уверяла, будто цыгане откопали после похорон одного из своих мертвецов, а потом его видели в паре миль отсюда. Он шёл через лес с мешком на плече. 
— Господи, что за невежественная чушь! — вздохнула Глория. — И вы в это верите? 
— Не знаю, лейтенант. Мало ли что может с пьяных глаз примерещиться. Да только слухи такие ходят уже давно. 
— Вы помните, кто именно вам вчера об этом рассказывал?
Водитель кивнул.
— Только имён не знаю. А показать могу.
— Брось, Глория, — сказал я. — Всё это нелепые байки. Надеюсь, ты не веришь в воскрешение мертвых?
— Вообще-то, как христианка, должна. 
— До Страшного Суда ещё далеко.
— Раз есть показания свидетелей, нужно проверить. 
— Показания! Люди, которые вам рассказали о мертвеце, тащившем мешок, сами его видели? — обратился я к таксисту.
— Неа. Им кто-то рассказал.
— Кто?
— Откуда мне знать?
— Конечно, ничего такого быть не могло, — сказала Глория. — Но вдруг в этом что-то кроется? Я должна выяснить всё до конца. Тебе ли не знать, что колдовство существует, Крис?
Чёрт! Укол пришёлся в цель. На это мне возразить было нечего.
  
Глава 52
 
В Доркинге мы решили, что пришло время расспросить графа Генбаха об убийстве супруги. Меня занимал вопрос: есть ли у немецкого аристократа коллекция оружия или хотя бы место, где она могла находиться — например, завешенная ковром стена или что-нибудь в этом роде. 
Путь до поместья не занял много времени. Дом Генбахов располагался на восточной окраине города. Припарковавшись возле ограды, мы с минуту разглядывали его двускатные крыши, маленькие башенки с зарешёченными окнами и длинный навес над террасой. Вокруг росли деревья, в основном буки и вязы, а также постриженные кусты шиповника.