Проклятье, с*ка! 4 (СИ)

— Откуда ты знаешь?
— Знаю. — хмыкнула она.
— Так ты не шутила?
— Насчёт запахов? Неа. У кицунэ очень хорошее обоняние. Они в парке. — нахмурилась девушка, ткнув пальцем куда-то в сторону. — Наверняка, снова поджидают очередную жертву.
— Ясно. Показывай…
Мы пересекли парковую лужайку, забрались на холм и, незаметно пробежавшись между густыми деревьями, остановились недалеко от тропинки, на которой я когда-то очень давно (как казалось теперь) выручил свою новую подружку, повесив её себе на шею…
— Сможешь усыпить их, как в прошлый раз? — задумчиво прошептал я, наблюдая за тройкой парней, развалившихся на тёмной скамейке и попивающих кислое сливовое вино прямо из бутылок.
— Легко! — так же шёпотом ответила мне девушка. — Если поделишься силой, как в прошлый раз.
— Легко! — улыбнулся я своей подельнице, взял её за руку и принялся объединять наши ауры в одно целое…
В этот раз Мика справилась гораздо легче и быстрее, то ли сказывается опыт, то ли энергии она получила от меня чуточку больше. Парни расслаблено замерли на скамье в нелепых и не совсем удобных позах, а я ободряюще хлопнул свою помощницу по заднице, огляделся по сторонам, и быстрым шагом побежал к ним…
— Поможешь дотащить одного? — повернулся я к Мике, быстро осмотрев наших спящих красавцев.
— Да хоть двух! — хмыкнула девушка, взяла за одну ногу Рио, за вторую Шина и легко сдёрнула парней со скамьи, приложив их затылками об землю.
— Откуда столько силы в таком хрупком девичьем тельце?
— Кицунэ могут не только менять визуальный вид, но и модифицировать мышцы и кости. — пожала она плечами. — Ты не знал?
— Догадывался. — вздохнул я, вспомнив, как меня, словно тряпичную куклу, швырял один девятихвостый ублюдок. — Ладно, погнали.
Я ещё раз оглянулся по сторонам, взял за ноги Тору, и двинулся со своей поклажей в глубь леса. Кажется, нам в ту сторону…
— Макс… — Мика подала голосок буквально через минуту нашей неспешной ночной прогулки.
— Ты помнишь, в какой стороне та яма, из которой ты меня достала? — замер я на месте и повертел головой.
— Угу. В той. — ткнула она пальцем в противоположную нашему движению сторону.
— Раньше не могла сказать. — проворчал я, развернулся и двинулся на север.
— Макс… — снова окликнула она меня.
— Что?
— А на сколько у тебя большой резерв силы? — осторожно спросила моя староста.
— А почему это тебя интересует?
— Ну… Как бы это сказать… — девчонка замялась, остановилась посреди леса и обречённо вздохнула. — Вот, смотри! — она бросила свою поклажу, задрала юбку и повернулась ко мне своей белокожей жопкой.
— Эй, эй! Давай сначала дело сделаем! — слегка возмутился я.
— Да я не об этом! На хвосты смотри. — фыркнула Мика.
— А что с ними не так?
— Их три!
— Угу-угу… — согласился я, любуясь упругой девичьей задницей. — А должно быть… напомни, сколько?
— А был один совсем недавно!
— Да? Забавно. И как ты это объяснишь? Плохой воздух, некачественное питание, стресс, радиация?
— Нет. Моя сила возросла вдвое. Я это сегодня ощутила, когда усыпляла этих гадов.
— Я бы сказал, втрое. Хвостов то три… — задумчиво пробормотал я.
— Нет. — помотала девушка головой. — Это не так работает.
— А как?
— Ну второй хвост кицунэ получает… — Мика запнулась, подозрительно посмотрела на меня и фыркнула, одёрнув юбку. — Ты издеваешься, да?
— Ну есть немного… Ладно, а если серьёзно?
— А если серьёзно… Бабушка говорила, что Сила лисицы напрямую зависит от Силы её первого мужчины. Когда их ауры объединяются во время секса, происходит слияние и расширение каналов, что способствует увеличению проходимости и самого энергетического резерва. — лекторским тоном проговорила девчонка. — Что думаешь?
— А почему именно первого? — задумчиво переспросил я, уперевшись плечом в ствол дерева.
— Ну не знаю, но раньше у нас было распространено право первой ночи, когда молодую кицунэ на несколько дней отдавали самому сильному одарённому из рода жениха. Как правило это был отец или старший брат. Тогда сила кицунэ заметно возрастала в дальнейшем.
 
— Забавная традиция.
— Угу. — скривилась лисичка. — Но её уже лет тридцать как отменили, слава богу!
— Так а если первый слабый, например, а второй сильный, — из чистого любопытства поинтересовался я, — что будет? А если перерыв между первым и вторым пять минут? Второй засчитается как первый? А если…
— Макс! — прервала Мика мой полёт фантазии.
— Что?
— Ну это чисто условность, пережитки прошлого. Понятно, что не важно, первый это мужчина или нет. Важна сама суть — мужчина лисицы должен быть на порядок сильнее женщины, чтобы её сила росла с каждым разом. И при этом, не обязательно ёкаем, подойдёт любой Одарённый. Сначала идёт резкий скачок, а потом постепенный качественный рост. Моя бабушка лишь ненамного слабее деда. А когда они женились, она была всего лишь однохвостой, безродной лисицей из Хикавы.
— А! разочарованно скис я. — Жаль. Такое исследование могло выйти шикарное. На целую диссертацию потянуло бы…
— Не смешно! И ты не ответил на мой вопрос.
— На какой?
— Насколько у тебя большой резерв силы?
— Кажется, ты и сама уже поняла. Ещё на парочку хвостов тебе точно хватит. Пару лисьих хвостов за секс — звучит как подарок. — усмехнулся я, снова взял Тору за ноги, развернулся и потащил свою жертву в сторону ямы.
— Ну да, конечно! — фыркнула девчонка. — Смешно! Погоди. Макс! А ты не шутишь? Макс! — растерянно выкрикнула она мне в спину…
До ямы мы добрались через десять минут. Я уложили тела наших «друзей» рядышком, покопался в их аурах, закрывая источник и доступ к дару, и, без особых изысков, занёс молоток над коленом Тору, тут же со всей силы опустив боёк точно в центр коленной чашечки бедняги.
Наверное, это больно. Да, думаю, очень больно, судя по отчаянному и дикому воплю, донёсшемуся из глотки несчастного, его бешенным глазам и слезам, непроизвольно брызнувшим наружу. Я прикрыл его рот ладонью и в характерном жесте приложи палец к своим губам.
— Тише, тише… — ласково успокоил я парня. — Не кричи, а то люди сбегутся, а нам оно нужно? Не нужно.
Забавно. Я оглядел посапывающую парочку и удивлённо покачал головой. Мика сработала на отлично — Рио и Шин даже не шелохнулись.
— С-с-сука! — выдохнул Тору, едва смог говорить. — Я тебя урою! Мой отец…
Что там с его отцом, я не дослушал. Резкий удар по второму колену заставил его прервать свой интересный рассказ о родственниках и огласить округу новой порцией глухих криков и стонов.
— Ты идиот? — поинтересовался я, едва парнишка немного успокоился, растерянно посмотрел на свои колени и от обиды закусил губы, зло сверля меня ненавидящим взглядом. — Ну вот зачем ты угрожаешь человеку с молотком? Ты думаешь, что я вот прямо сейчас испугаюсь, одумаюсь, мы разойдёмся и всё забудем? Не будет такого. И не шуми. Давай разбудим твоих товарищей, чтобы я дважды не повторял, сядем спокойно и поговорим…
Удар, вопль боли, скулёж, ещё удар… Удар, вопль боли, скулёж, ещё удар… Всё повторилось с точностью до последнего штриха, правда, Рио кричал чуточку меньше своих друзей, сцепив зубы и шипя на меня, словно дикий, голодный кот.
Я сделал дело, уселся на корточки перед членами школьного совета и оглядел их злые и самоуверенные лица. Они всё ещё до конца не верили, что с ними может что-то случиться. В таком возрасте, да ещё при таких родителях, они верили лишь в то, что все неприятности случаются с кем-то другим, но только не с ними. Ну хорошо, мы поработаем над этим…
— Ну как парни? Нравится? Ни бежать, ни использовать дар… Мы снова поменялись местами. Как видите, в эту игру можно играть и в ваши ворота.
— Юсупов, ты что задумал? — не выдержал Огава, решившись на прямой вопрос по делу и морщась от боли в сломанных коленях.
— Ничего. Просто зарою вас здесь. — кивнул я в сторону ямы. — Всё просто.