Проклятье, с*ка! 4 (СИ)

Шин поднялся вслед за Рио и Тору, сплюнул на пол, смерил меня взглядом, задержавшись ненадолго у нашего столика, и двинулся за своими друзьями на выход.
Я сделал глоток чая из своей чашки, посмотрел на притихшую азиатку, сидящую справа, и ненадолго задумался. И почему я всё время попадаю в такие ситуации? Это уже даже не смешно. Давно не смешно…
— Спасибо! — едва слышно произнесла девушка.
— Да не за что.
— Я тебя подставила, да?
— Есть немного.
— Ну прости.
— Да забей. — отмахнулся я. — Лучше скажи, что будешь с этим делать?
— А что я могу сделать? Буду дальше учиться, стараясь не попадаться им на глаза.
— А если не получится? Погоди! — удивился я, когда девчонка отвернула от меня своё лицо в сторону, закусив от отчаяния губу. — Ты будешь молчать, даже если они тебя…
— Да! Буду! — снова огрызнулась Амика. — Мне придется. Тебе то что?
— Да ничего. — пожал я плечами, понимая её состояние.
— Они и к сестре приставали. — вздохнула рыжеволоска. — Наверное, мне придётся менять школу, ты прав. Я так больше не выдержу. А ведь оставалось учиться чуть меньше года… Ты ведь не обижаешься? — решила она сменить тему.
— За что?
— Ну… Утром я тебе нагрубила… Да и сейчас.
— Да когда это было!
— Макс!
— Что?
— У меня идея.
— Даже боюсь спрашивать, какая.
— Будешь моим парнем?
Ну вот!
— Парнем? С чего бы это? — нахмурился я, но всё равно инстинктивно оценил ладную фигурку азиатки.
— Если у меня будет парень, они больше не будут лезть ко мне.
— Уверена?
— Да. — закивала головой рыжеволоска.
— А я нет. Мне это не нравится. Была у меня история, которая вот точно так начиналась. В прошлой жизни…
— И как? Чем закончилась? — с живым интересом поинтересовалась моя подруга.
— Не важно. — отмахнулся я от неё.
— Макс. Ну пожалуйста! Я тебя очень прошу. Ты ведь не такой как они.
— Такой!
— Нет!
— Я подумаю…
— Спасибо! — чмокнула она меня в щёку и счастливо улыбнулась.
— Я не говорил «да».
— Это и не важно.
— Как раз таки наоборот…
— О чём ты задумался? — заметила она мой взгляд, устремлённый в никуда.
— Да так… Как-то слишком легко они отвалили.
— Так люди вокруг. — пожала плечами Амика, насупилась, огляделась и инстинктивно придвинулась ко мне поближе.
— Тебя проводить? — тяжело вздохнул я.
Интересно, в детстве я вот так же подбирал и тащил в дом беспомощных, беспризорных котят и щенят, или только сейчас стал таким сердобольным? Чувствую — ох и аукнется мне ещё эта благотворительность!
— Если не сложно. — тихонько произнесла азиатка, взяв меня под руку.
— Ладно, пошли. — я поднялся со своего места, взял её за руку и уверенным шагом двинул в сторону единственного выхода. Чуйка помалкивала, а значит эта троица действительно отвалила. Не знаю, правда, надолго или нет. Посмотрим…
* * *
Утро понедельника не радовало. Особенно этот настойчивый стук в дверь и требовательный писклявый голос за ней. А я ведь только недавно лёг, после того как перемыл гору посуды с двумя таким же неудачниками, как и я.
— Юсупов, к ректору! — в третий раз повторил голос Мики из-за двери.
Да она вообще спит? И этот её ректор… В школе что, кроме меня других учащихся нет? Некого больше вызывать? Может проклясть их, на всякий случай…
— Юсупов! Сколько можно спать⁈
— Да иду, иду! — проворчал я, сползая с постели, и гораздо тише добавил: — И хватит меня уже преследовать, заноза в заднице.
— Сам ты заноза! — фыркнула из-за двери противная азиатка и, судя по удаляющимся шагам, всё же оставила меня в покое.
Я поднялся, с сожалением взглянув на свою пустую кровать, размялся, принял душ, переоделся и через пятнадцать минут уже стучал костяшками пальцев в дубовую дверь кабинета ректора. Выждал положенные несколько секунд, постучал снова и вошёл, не дождавшись приглашения. Оглядел пустой кабинет, подозрительно глянул в сторону тайной дверки за столом ректора, и уверенным шагом направился к ней. Нажал на стене неприметный рычажок, пригнулся и проскользнул в низкий дверной проём.
 
— Доброй утро… Кацу! Как здоровьице, какие новости?
— О! Максик! — обрадовался мне как родному Кацу Мори в тушке ректора, обернулся и распахнул передо мной руки, пытаясь обнять. — Да ничего, твоими молитвами. Вот заглянул сюда, хотел поговорить с тобой и застал нашего ректора в таком неприглядном состоянии.
Мори кивнул на двух прикованных к стене голеньких девиц с кляпами во рту и довольно прицокнул языком.
— Нравится мне этот засранец! — покачал он головой.
— Кстати об этом. Ямамото просил больше не брать его под контроль. Угрожал тебе расправой.
— Да ну его! — раздражённо скривился Кацу. — Тут есть проблемка посерьёзней. — тушка ректора тяжело вздохнула, состроила печальную мину на лице и с мольбой в голосе произнесла: — Макс, я правда не знал, что у меня остался к ней доступ. Готов подтвердить это под чем угодно! Не собирался я ей пользоваться!
— Ты про Ясмин?
— А про кого же ещё⁈
— Похоже на правду. — хмыкнул я, внимательно посмотрев на слегка побледневшее лицо ректора. — На твоей кукле лица нет.
— Наша молодая и слегка импульсивная Императрица звонила, обещала приехать и вырвать мне все текстикулы под корень. Ну так же нельзя!
— Ну раз звонила, а не приехала сразу, то не всё так плохо. — попытался я успокоить впечатлительного старичка. — Хотела бы, давно вырвала.
— Да?
— Да.
— Но это не точно? — неуверенно переспросил Кацу. — Или точно? Можешь всё же поговорить с ней? Пожалуйста! Я буду в неоплатном долгу перед тобой.
— Ты и так в долгу. — напомнил я и тяжело вздохнул. — Ладно, поговорю.
— Спасибо! Преогромнейшее! — просиял довольный Кацу.
— У тебя тут новенькие? — кивнул я на стену.
— Где? А, это? Да ты даже не представляешь, что я выслушал от Ясмин. Теперь вот успокаиваюсь.
— И как, получается?
— Да пока не очень. — тяжело вздохнул Кацу Мори.
— Хотел бы сказать, что мне жаль, но мне не жаль.
Я посмотрел на двух девчонок, испуганными глазками следящих за нашим разговором, отметил их хрупкие тоненькие фигурки, европейские личики и следы плети на внутренней стороне бёдер и у одной, и у второй. Фигурки у девчонок ничего так, особенно у блондинки справа, только худовата немного. Да уж! Интересно, Мика знает, чем здесь промышляет её любимый ректор?
— Всё хотел спросить — а разве так можно?
— А что здесь такого? — пожал Кацу плечиками ректора. — Физические наказания лишь стимулирует желание учиться. Проверено на практике.
— Я не об этом.
— А о чём тогда?
— О сексе с ученицами.
— Макс! — неподдельно возмутился старый извращенец в теле извращенца помоложе. — Как ты мог такое обо мне подумать⁈ У нас чисто деловые отношения преподавателя с его воспитанницами. У Ямамото, насколько мне известно, тоже. Это всё, — кивнул он на голых девчонок, — сугубо в воспитательных целях.
— Ага. А голые они здесь потому, что тут жарко?
— Ну не только. Это же психологический приём — обнажённый человек более уязвим. Нужно прививать молодёжи…
— Слушай, хватит заливать мне. — перебил я его. — Ты не ректор и тебе нет дела до успеваемости местных учеников. Мог бы и отпустить их, как только взял его тушку под контроль.
— Я старый человек, Макс. — вздохнул Кацу. — Позволь мне иметь свои слабости.
— Да имей, сколько хочешь. — махнул я на него рукой и покачал головой. — Это не моё дело…
— Кстати об этом. — оживился Кацу и кивнул в сторону блондинки, сверлящей меня каким-то особенно гневным взглядом. — Ты вообще знаешь, кто это?
— Ученица? — догадался я.
— Нет. В смысле, да. Но не только. Это падчерица нашей Императрицы.