Обнаглела не с тем Волком (СИ)

Голова гудит, в висках звенит. Жмурюсь от боли, сдавленно шиплю, двинуться не могу.
Сквозь сильнейший дискомфорт пытаюсь открыть глаза. Сын сатаны, по другому не назвать, подошел ко мне, приставил лезвие к подбородку поднимая его. На лице полное равнодушие, плевал он на то, что мне больно. А я бы плюнула ему в лицо с огромным удовольствием.
Глухо рычу.
Мужчина откидывает оружие куда-то в сторону, присаживается на корточки рядом. Обхватывает пальцами мой подбородок, больно сжимает, заставляя посмотреть на него.
Победитель. Никогда не проигрывает. Все делают то, что он хочет, и так, как хочет он. Вот что написано на его лице. Он всегда добивается того, чего хочет.
Может все-таки плюнуть ему в глаз? Вон в тот, правый, который он сейчас немного щурит из-за солнечных лучей, что освещают половину его загорелого лица. Солнышко, милое, сожги ему роговицу.
Рядом с ним, чувствую себя просто настоящим маньяком-убийцей. Хочется причинить ему боль, причем самыми жестокими методами.
— А я говорил, что в твоих интересах было подслужиться мне, куколка, — цокнув, подмигнул он мне, — А теперь пожинай плоды своего дерзкого язычка, работающего не так как и не там где нужно.
Отпустил мое лицо, быстро поднимаясь. Не отпустил, а просто пренебрежительно швырнул в сторону. Я же не могла встать. Я сильно устала, на контроль нет сил, магия бушует, не спешит меня восстанавливать. Наоборот сжигает меня, воюет внутри меня, мешает организму выполнять его функции правильно.
Вот дура. Сама напросилась. Слишком самоуверенно я пыталась его задеть. Слишком много сказала того, чего никак не соблюдает никакие рамки! Но ведь этот деспод тоже хорош! Я бы могла извиниться, могла бы повлечь наказание. А он с помощью меня решил показать, что будет со всеми, кто решит опаздывать.
— Значит так, шпана, — рычащий и властный бас прокатился по всей территории академии, когда волк обратился ко всей группе, — Хоть кто-то еще раз опоздает, не прибудет на мои пары — будет жестко наказан. Боевая и магическая практика — основная часть вашей жизни в академии, теперь практически все время вы будете проводить со мной. И не дай Левиафану, — упомянул он бога хауса, — кто-то посмеет подумать, что это просто слова. В лучшем случае вы превратитесь вот в это, — кивнул в сторону лежащей меня, не глядя, — а что будет в худшем, поверьте, вам лучше не знать.
Тиран! Деспот! Боже, да мы же все сгинем с ним, не закончив даже этот год, не говоря уже о самом обучении.
Понимаю, что вода и огонь во мне опять что-то не поделили и сейчас активно воюют. Кровь из носа полилась сильнее, стекая тонкой багровой дорожкой по щеке. Я бы заплакала, но на слезы нет сил. Я даже сказать ничего не могу. Все перед глазами плывет и расплывается. Моргаю невпопад, то одним глазом, то другим. Пульс набатом стучит в голове, периодически заглушая то, что говорит преподаватель. Лицо приобрело уже не красивые идеальные черты, а вновь синяки под глазами, только еще темнее, кожа бледная, руки трясутся от слабости. Мне стало тяжелее дышать, подступила тошнота. Ощущение, что температура поднялась где-то до тридцати девяти точно.
Переворачиваюсь на бок, пытаюсь встать, но все тут же плывет. Внезапный кашель из неоткуда вырывается из меня, и я испуганно вижу капли крови, вылетающие из моего рта. Но по-настоящему испугаться я не успеваю. Мир снова качнулся и моя тушка обессиленно падает обратно. Уже в падении отключаюсь, погружаясь в черноту.
Вот вам и магия.
  
Глава 6
 
Моей внезапной отключки не ожидал никто, даже я. Такого до этого не случалось. А это ведь все из-за того мерзавца! Еще в себя прийти не успела, но, клянусь, я готова его задушить.
Постепенно возвращаясь в реальность, пытаюсь понять, где я нахожусь, не открывая глаза. Почему-то было ощущение, что когда я открою глаза, я увижу что-то, что мне совершенно не понравится.
Я лежу на чем-то мягком и прохладном. Не особо похоже на кушетку, но возможно я просто еще не пришла в себя. Изначально предположила, что я в медпункте, но я не чувствую запаха медикаментов. Может у меня запах пропал? Глаза хочется открывать все меньше.
 
А вдруг меня никто не заметил и оставил на ринге подыхать? Да нет, здесь не холодно. А может я уже в гробу? Может ребята все-таки исполнили свое обещание и сейчас я уже мертва и лежу в одиноком деревянном ящике в каком-то хвойном лесу. Хвоей кстати очень даже пахнет. Нет, ну точно, я походу в мир иной отправилась.
Довольно улыбаюсь, даже немного удовлетворённая тем, что теперь у меня нет проблем. Теперь можно отдыхать! Ура, наконец, можно ничего не делать. Интересно, а призраки могут как-то напугать кого-то? Я бы потешилась над ребятами.
Думаете, я спятила, раз радуюсь смерти? Слушайте, да я уже не сомневаюсь в этом. Сама не решилась бы никогда, а тут вот такой подарок, меня изжили со свету.
Но открыв глаза, натыкаюсь на пару медовых насмешливых лазеров. А я думаю, че ж это у меня во лбу горит так, неужто звезду посмертную на лоб приклеили, за все былые заслуги и мучения.
Черт, который не совсем черт, сидел на стуле возле меня. Вокруг никого. Прохожусь взглядом по помещению, понимаю, что мы находимся в его кабинете. Я лежу на темно-зелёном кожаном диване. И это не гроб и даже не кушетка.
Из меня вырывается стон разочарования. Обратно жмурюсь, растирая лицо ладонями. Ну не-е-ет.
— Самое просто решение уйти от наказания — отключиться, не так ли? — В голосе виновного ни грамма раскаяния, — сначала лыбу довольную давила, теперь гримасы корчит. Что такое, принцесса? — Боже, опять он со своими «принцесса», «куколка».
Почему из уст парней обычно «принцесса» звучит так мило и романтично. Этот же, буквы «с» растягивает словно змея, и вообще ощущение, что он ядом плюется.
— Я надеялась, что я умерла и сейчас лежу в гробу. А тут, диван и обнаглевший оборотень, — честно призналась я, но не могла не съязвить.
Неожиданно, казалось бы, человек, который не полностью человек, умеющий только угрожающе скалиться, содрогнулся в хохоте.
Он так утробно засмеялся. Чарующе, что я невольно сама улыбнулась.
— Ну, кто еще обнаглел, я бы поспорил, Рея, — протянул он. А у меня сердце сбилось с ритма.
Господи, да, я знаю, что имя не очень распространенное, но говорить его так, будто пробуя на вкус, непозволительно.
Этот хищник сожрет сначала мое имя, а потом и меня.
— Рея, — задумчиво повторил он, не сводя с меня взгляда. В двух омутах показались искорки задора и веселья, — у моей подруги так собаку звали. Ну, точно как ты: мелкая, вредная, вечно орущая, и похожая на крысу. У вас одно отличие только — та была лысая.
Снова заржал.
Я фыркнула. Я люблю животных, и если бы меня сравнили с собакой, не обиделась бы. Животные куда приятнее людей, так что это комплимент. Но он! Он явно не собирался делать мне комплиментов, и извиняться этот монстр не собирался.
— А собачка случаем вашей родственницей не была? — выгнула я кровь, — Может быть близкая подруга? Собаки и волки же родственники? Ну, собаки вроде поумнее только что, — скрестила ноги, потягиваясь и улыбаясь, довольная произведенным эффектом.
Не то чтобы я сказала что-то обидное. Но косвенно назвала его тупым кобелем. И он это как раз и понял. И пока его челюсти плотно сжимались, а мышцы лица напрягались все сильнее, я не выдержала и рассмеялась.
Неожиданно острый еловый запах попал прямо в нос, как-то освежая. Этот запах был таким резким, будто хвоя с перцем смешаны. Но мне почему-то все равно нравилось.
Мужское лицо оказалось непозволительно близко, заставив меня замереть и не дышать. Моргнула, удерживаемая взглядом потемневших омутов, в которых натурально бурлила лава.
— И откуда ты такая борзая взялась? — практически прошептал он мне в губы, при этом будто говоря самому себе, — Чувство самосохранения в тебе нет, или ты специально нарываешься, уже так хочется на том свете побывать? — он наклонился ближе, неожиданно его рука коснулась моих волос. Он заправил прядь моих волос за ухо.