Его тайная дочь (СИ)

Мы вместе смеемся. Я прекрасно знаю, каково это — стоять в нижнем белье перед мужчиной, пожирающим тебя глазами. Так мои мысли снова перетекают к Андрею и мне вдруг отчаянно хочется ему позвонить.
— Нин, ты не против, если я отлучусь на несколько минут? — смущенно уточняю я. — Нужно позвонить.
— Разумеется. Я пока десерт нам закажу.
Прихватив телефон, я иду в вестибюль, но там оказывается слишком шумно и приходится выйти на улицу. Сердце колотится так, будто меня пригласили на первое свидание. В пору смеяться над собой. Надо же было так влюбиться!
Выбрав нужный номер телефона в записной книжке, я собираюсь нажать на зеленую трубку, но быстрый звук приближающихся шагов меня отвлекает.
На позвоночнике за секунду собирается липкая испарина. Прямо ко мне идут две высокие фигуры в черном. Я открываю и закрываю рот, не в силах выдавить ни звука. Они могут быть такими же посетителями как я, но мне почему-то все равно становится до жути страшно. И как выясняется не зря.
— Рот ей заткни, — слышу я пугающе ледяной голос всего в метре от себя, а в следующую секунду мир погружается в темноту.
Глава 54
Я открываю тяжелые веки и не понимаю, где нахожусь. Место мне незнакомо. Какой-то подвал или заброшенная комната. Пахнет сыростью и воздух удушающий, спертый. Виски взрываются болью, горло першит от сухости. Тошнота подкатывает от этих запахов. А потом, когда я вспоминаю, почему здесь оказалась, то резко вскакиваю. Но это было ошибкой. Мне становится только хуже.
Пытаюсь дышать и справиться с дурнотой, прислушиваясь к посторонним звукам. Кажется, за дверью кто-то ходит и разговаривает. До меня доносятся два мужских голоса.
- Пойди, проверь, как она.
Я тут же ложусь обратно и делаю вид, что все еще сплю.
- Ты сколько ей вколол снотворного? Она не окочурилась? Дымов нам за нее ничего не заплатит, если она помрет.
Голоса неприятные, как и ощущения, которые я испытываю.
- У меня все под контролем.
Дверь ненадолго приоткрывается и я слышу шаги. Мне дико страшно открыть глаза. Я не верю, что это реальность. Когда звуки стихают, дверь закрывается, а я остаюсь одна, то понимаю, что плачу, повторяя как заведённая имя дочери.
Бедная Танюша она же так ждала меня. Я обещала вернуться и не пришла. И моя малышка не находит сейчас себе места от волнения. Как и я. От этой мысли мне становится ещё страшнее, дыхание перехватывает и грудь стягивает от боли.
Мне требуется нескольких минут, чтобы я снова смогла сесть, но слезы по-прежнему текли из глаз.
Так тянутся ещё часы. Ко мне пару раз заходят. Но я все так же притворяюсь спящей.
Однако в последний свой визит, когда меня окатывают ледяной водой, я резко поднимаюсь. Прижавшись спиной к холодной и шершавой стене, подбираю под себя ноги и дрожу от страха.
Я пытаюсь представить, что это сон, но, к сожалению, это не он.
- Просыпаемся, - усмехается бритоголовый мужик в черном спортивном костюме. - Веди себя тихо, - встает он с корточек и мне снова становится плохо, когда я вижу его в полный рост.
- Где я и что здесь делаю? - спрашиваю дрожащим голосом.
Эта фраза выскакивает сама собой. Она уже несколько часов в моей голове и я не могу поверить, что меня действительно похитили.
- Дымов нам кое-что задолжал. Если не почешется, то больше вы не увидитесь. Жаль, что тебя не с девчонкой не выцепили. Высиживали вас долго.
От мысли что со мной в этом месте могла бы сейчас оказаться Танюша, комната снова начинает плыть перед глазами. Мне приходится стиснуть зубы, чтобы не заскулить от безнадёжности ситуации, в которой я оказалась.
Что если Андрей не успеет меня спасти. Или не захочет? Вдруг решит оставить меня здесь? Но нет… Он бы не допустил этого, ведь правда?
- Сейчас принесу пожрать. Нужду можешь там справлять, в ведро, - кивает куда-то в угол. - Дымов пока не торопится с залогом и материалом, который нам нужен даже на связь не выходит. Придется записать ему какое-нибудь видео с твоим участием, - мужик наклоняется и лапает меня потной рукой за бедра. - Чтобы чесался побыстрее, да?
 
Если меня тронут и изнасилуют я не смогу дальше с этим жить. Пусть лучше сразу убьют. Даже ради дочери не смогу это пережить. От чужих рук на моем теле меня окатывает холодной дрожью.
- Не нужно… - прошу я.
Бритоголовый громко хмыкает, не прекращая меня лапать и больно сжимает бедро.
Я взвизгиваю и жмурюсь, мечтая отключиться. И прийти в себя, когда этот кошмар закончится.
К счастью эта пытка прекращается. Мужчина уходит. Через несколько минут приносит еду, но я не прикасаюсь к ней. У меня нет аппетита, меня сильно мутит и кружится голова от нервов и ужасных мыслей. Руки дрожат. Все, что могу - лежать свернувшись на кровати и ждать, когда Андрей выйдет на связь и спасет меня.
Но он не выходит на связь. Я слышу разговор мужчин за дверью, их перемещения и громкий смех. Каждый раз, когда кто-то из них проходит мимо или приближается к двери я хочу превратиться в мелкую песчинку и затеряться между досок в полу.
Закрыв глаза я представляю дочь, как обнимаю ее, вдыхаю ванильный запах ее волос, целую в пухлые щечки, рассказываю сказки и больше никогда не выпускаю из рук. Кажется, с этими мыслями я немного впадаю в забытье. А просыпаюсь от громкого звука.
В груди расцветает надежда, что это Андрей пришел за мной и сейчас спасет, а на деле в дверях стоит тот противный мужик, который лапал меня и обещал снять видео для Дымова с нашим участием.
Сев в кровати, я отталкиваюсь ногами к стене и обнимаю себя за плечи. Тело начинает бить крупная дрожь.
- Человек Дымова вышел на связь. И сказал, что его жена и дочка находятся дома, а на тебя, самозванку, ему плевать, - усмехается он.
Я леденею от этих слов.
- Что?..
Это неправда! Я не самозванка. Таня дома одна, она без мамы. Дымов не мог так сказать! Не мог…
Я до крови закусываю губу и близка к истерике.
- Что вы со мной сделаете? - с трудом заставляю себя говорить.
- А что в таких случаях делают с ненужными свидетелями? - мерзко улыбается мужик.
​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Глава 55
За следующие сутки я перебрала в голове сотню вариантов дальнейшего развития событий.
Не мог Андрей бросить меня.
Не верю.
Всё мое существо противится такой правде. Возможно, это какая-то ошибка? Может, его человек предал его? Это дело рук конкурентов, Арины... кого угодно!
Долгое время я считала Андрей бесчувственным и равнодушным, не способным ни на любовь, ни на сострадание мужчиной. С тех пор прошло много времени.
За дверью слышатся шаги, заставляющие мое бедное сердце сжаться. Я бегу в самый дальний угол помещения, в котором меня держат против воли, и пытаюсь неуклюже спрятаться в тени.
Смотрю на дверь. Что же ждет меня дальше?
Но дверь не отворяется. Следом я слышу голоса тюремщиков и прислушиваюсь. Разобрать смысл сложно, но очевидно, что они ссорятся. Кричат друг на друга, оскорбляют. Я сжимаюсь в комочек. Этого еще не хватало.
Если Андрей действительно посчитал, что я не стою усилий, то мне нужно как-то самой о себе позаботиться.
Правда, сделать это крайне сложно из-за общего состояния: меня постоянно тошнит и какая-то непривычная слабость. Да и запахи подвального помещения кажутся нестерпимыми. Самой себе поражаюсь — я родом из деревни, далеко не белоручка. Откуда такая вдруг столь сильная брезгливость?
Неужели несколько месяцев общения с Андреем так сильно изменили меня, превратив в городскую цацу?
Андрей Дымов... Андрюш, родной. Пожалуйста, спаси меня.
Я зажмуриваюсь. Андрюш, мне страшно. Очень сильно страшно. Неужели ты не слышишь? Неужели не чувствуешь?
Мы ведь были близки. Я люблю тебя. А ты? Ты тоже любишь! Может, убеждаешь себя в обратном? Боже...
Почему он отказался заплатить выкуп? Неужели я не стою этих денег. Закрываю лицо руками и качаю головой.