Осень, ставшая весной и изменившая все (СИ)
— Затем, если сразу не удастся взять приступом дом и оставшиеся сумеют отбиться, то можно сесть в плотную осаду. У них тупо больше людей, есть возможность менять бойцов и постоянно тревожить оставшихся в живых защитников. Воспользоваться удобным моментом и усталостью выживших и начать штурм. На самый крайний случай, просто закидать дом горящими стрелами. Да, захватчики лишатся большинства трофеев, это плохо. Но мы лишимся жизни а наши женщины всю оставшуюся жизнь будут ублажать этих бандитов, выполняя все что они пожелают. Поэтому я вижу только один путь — напасть первыми и разгромить их в пух и прах. И по возможности не дать никому уйти, чтобы бежавшие не смогли привести подкрепление.
— Ого как жестко, прямо натуральный геноцид. Чисто русский метод, бить пока противник не сдохнет. В целом я согласен, нас действительно не оставят в покое. В этом случае конфликт интересов неизбежен. И просто болтовней дело не решить. Но получается мы будем драться за этих селян а они будут спокойно сидеть и смотреть как мы колошматим друг друга? И похахатывать, считая что ловко развели нас? — выразил сомнение Эрик. — В любом случае они останутся в выигрыше. Вот это и называется тонкая политика, все то, о чем толковал твой любимый хитрец Макиавелли. Столкнуть нас лбами а самим остаться в стороне.
В этом вопросе я не спешил соглашаться с нашим военспецем.
— Нет Эрик, это не тот случай. Селянам придется заплатить за наше вмешательство. И это будет не разовый платеж. Не беспокойся, я все сделаю красиво, им от нас легко не отделаться…
— Итак, что решаем комрады, война без пощады, до полного уничтожения? Кто за нее, поднимите руку. Но предупреждаю сразу. В этом случае пресловутая демократия не прокатит, шуточки закончились. Даже если все будут против, я один пойду воевать и буду биться насколько у меня хватит сил. Я не желаю иметь над собой господ в виде малограмотных и тупых наемников. Если никто меня не поддержит, уйду партизанить в леса как Че Гевара, а там посмотрим чья возьмет.
— Либертад о муэрте! — вскочил с места и восторженно выкрикнул наш главный военспец и вскинул вверх сжатый кулак. Лицо его осветилось боевым задором, глаза засверкали. — Я с тобой брат, ты не один! Я всегда знал что ты симпатизируешь идеям левого движения!
Мне осталось лишь безмолвно удивиться, когда это я выражал симпатии красноперым?
— Мы тоже присоединимся к нашему командору — упрямо сжал губы бледный Лукас. — И я и сестра. Если понадобится, Янина тоже возьмет в руки оружие. Теперь я понимаю, за свободу надо бороться, счастье просто так не дается. Мы не для того вырвались из лап одного морального урода чтобы через месяц ложиться под других.
— Я тоже буду биться — тут же подтвердил свое решение Мартин. Вот в пареньках я был уверен больше чем во всех остальных. Пацаны осознанно сделали свой выбор, встав на тропу воина и сейчас просто было бы глупо включить заднюю.
— Да, придется нам включаться в эти разборки. Другого решения здесь нет. И выбора нам тоже не оставили — рассудительно заключил Фридрих. — Будем биться, пришло время откопать топор войны.
Братья также подтвердили свое согласие дружными кивком головы.
— Я знаю что ты просто так никогда ничего не говоришь. У тебя наверняка готов толковый план. Расскажи хотя бы в общих чертах, что ты задумал? — тут же захотел конкретики Эрик.
— Мои планы бесхитростны и незамысловаты, ничего особенного в них нет. Они все занесены в наставления под простым и понятным названием: Тактика малых групп. В двух словах это звучит примерно так. Никаких переговоров с врагами. Разведка, внезапное нападение с причинением максимального ущерба противнику и быстрый отход. Снова нападение в другом месте и другое время. Никаких долговременных осад или наоборот, лобовых атак с криками «Ура-ура!» и прочих глупостей. Можно варьировать до бесконечности такие варианты. Но в нашем случае этого не надо. Мы одолеем их быстро, используя возможности огнестрела, здесь мы короли положения. Но вначале надо провести разведку на местности, досконально выяснить все о противнике. И самое главное, провести работу с двумя хитрожопыми аксакалами. Чтобы они прониклись темой и осознали свое реальное положение на местном игровом поле. Поэтому завтра, чуть только рассветет, я и Лукас сходим посмотрим своими глазами на лагерь этих вояк. Чтобы выработать достойный план на войну. Доспехи и шлема брать не будем, нам нужна скрытность и бесшумность.
— А если придут эти старперы, что им говорить?
— Скажите что ушли на охоту и вот-вот вернемся. Пусть пока посидят, поплачутся о наболевшем. И надо выставить караул на ночь. Хватит, кончились наши беззаботные денечки. Стеклянные окна и двери, плохая защита от внезапного ночного налета.
— Ночные смены также разобьем на две части?
— Да, Эрик. Займись этим сам. Только в сегодняшнюю ночь не ставь ни меня, ни Лукаса. К утру нам надо быть свежими и отдохнувшими.
Затем все разошлись кому куда нужно. Лично я собрался проверить оружие и еще раз все хорошенько обмозговать. Про лодку и рыбалку теперь совсем не думалось. Все мысли были воинственно-кровожадные, о том как расхерачить и поубивать нахрен этих незваных гостей. И раз пошла такая игра, как выкрутить в свою сторону ситуацию с ушлыми селянами, желающими получить жирный профит без лишнего риска. Сидел в своей комнате и собирал в кучу рассеянные образы, стимулируя мыслительный процесс почесыванием затылка. Получалось честно говоря хреново, наверное по складу характера я созерцатель и эпикуреец, а не мыслитель.
Ночь прошла спокойно, никто не собирался брать штурмом наш плацдарм. Вот и прекрасно, пройдемся прогуляемся рано поутру, глянем что там за варяги приперлись в наши родные края. Ха-ха, сами-то тут пару месяцев живем, а уже считаем себя старожилами! И тем не менее, это истина не вызывающая сомнений. И уже пришло время доказать ее силой оружия. В подтверждение моих соображений, припомнились слова В. Цоя: — Что будут стоить тысячи слов, когда важна будет крепость руки?…
На разведку снарядился в сварочную робу, сапоги, с собой у меня кинжал, пистолет и ружье. На груди бинокль, за спиной рюкзачок с минимумом нужных вещей. Гордый доверием Лукас в своей обычной одежде, серой словно немецкая фельдграу, был давно готов как пионер. Он вооружен арбалетом, кинжалом и топором. Выглядит весьма боевито и в то же время не выделяется на фоне зеленого леса. Ну, в путь! Спрячьте нас горы, лес, укрой зеленкой, отведи прочь взоры наших врагов.
Направились не по привычной дороге а сразу наискосок через горы. Не хватало еще встретить на пути кого не надо. Лучше так, на подушечках мягких лап, пройдемся незамеченными и поглядим что там за лагерь у наемников. За время проведенное здесь, я уже нормально ориентировался в местной географии и довольно уверенно выходил туда, куда и планировал. Наметил примерный ориентир и не спеша двинул. Лукас держался за спиной, старался идти тихо. Шел внимательно глядя себе под ноги, стараясь лишний раз не шумнуть и не зацепиться ногой за поваленные стволы деревьев, кусты и корни.
— Гх-м-хм — негромко послышалось сбоку и я сразу скосил глаза на источник шума, положа руку на кобуру. Но опасения были напрасны, на фоне куста черемухи спокойно стояла женщина с корзиной в руке. Незнакомка одета в просторное и длинное темно-зеленое платье, подпоясанное коричневым фартуком с нашитыми карманами. Тоже отличная маскировка, подумалось мне мимоходом. На ногах сапоги с низкой голяшкой. Волосы женщины скрыты застиранной косынкой трудно различимого цвета, на лице такая же полоска ткани, словно медицинская маска. Из-под нее видны только глаза да нос. Я сразу понял кто перед нами. Эта та самая целительница, про которую упоминал отец Пий. Нежданная встреча, что и говорить. За суетой последних недель, как-то подзабыл о своем намерении познакомиться с такой занятной особой. Я и раньше не воспринимал всерьез слова священника, а сейчас и вовсе разуверился в его оценке. Перед нами стоит самая обычная женщина, по виду простая селянка, совсем не старая. Не толстая, не худая, не высокая, не низкая. Ничего вызывающе-демонического в образе местной лекарки не наблюдалось.