В конце истории подала в отставку

– И что с того?! Я глава семьи, и именно я решаю, как лучше распоряжаться имуществом! – резко бросил он. – Я не нарушил закон! Ты моя дочь! Так что всё, что принадлежит тебе, также принадлежит и мне! Неужели ты пожалела какие-то копейки ради семьи?
– Да уж… – снова усмехнулась. – И чего я ожидала?.. Знаешь что, виконт? «Отец» мне был нужен, когда мне было двенадцать и я только закончила с отличием младшую академию для аристократов. «Отец» мне был нужен в пятнадцать, когда я закончила военную академию. «Отец» мне был нужен в двадцать, когда я закончила обучающую службу в имперской армии. Но сейчас, спустя десять лет войны и оборачиваясь назад, я понимаю, что у меня никогда не было «отца». И он мне больше не нужен.
– Элайджа!!!
– Для вас я маркиза Феникс, виконт. Соблюдайте субординацию и этикет, мы всё же во дворце. Иначе я сочту это за оскорбление героя войны.
Только после этих слов я наконец-то продолжила путь, оставив дрожащего от ярости мужчину одного.
Я собиралась как можно быстрее покинуть коридор. Да не всё так просто. Стоило наконец-то свернуть за угол, как я наткнулась на ещё одного человека. Более того, этот человек нас подслушивал. И ко всему прочему, именно он был одной из причин столь дерьмовых отношений с отцом.
Передо мной стоял мальчишка пятнадцати лет.
Худое тело, взлохмаченные алые волосы, торчащие в разные стороны, и светло-карие глаза. Точная копия виконта, лишь с тем одним небольшим недостатком – мальчишка родился обычным. Без малейшего потенциала на ауру.
– Это… – промямлил он, пожав руки к груди и опустив голову.
Я не стала ему что-либо говорить. Просто прошла мимо, словно ничего не видела перед собой.
О том, что у меня есть единокровный брат, я узнала только уже на поле боя. В первый год войны. Как выяснилось, пока я и днём и ночью училась в академии, отец второй раз женился, привёл в дом новую жену и обзавелся долгожданным сыном. Он родился, когда мне самой было около пятнадцати.
Вот только, в отличие от меня, тот был самым обычным человеком. Ни магических сил, ни владения аурой. Поэтому виконт долгое время прятал его от общественных глаз.
Стыдился? Чёрт его знает!
В любом случае, как только я покинула нашу страну, мальчишка стал появляться в кругах аристократии всё чаще, чаще и чаще. Именно его виконт и назвал своим наследником.
Отец никогда не говорил мне о брате. Никогда даже не намекал о том, что уже давно живёт своей жизнью. О подробностях я узнала из доклада, которыми со мной делился Бреанейн. Трудно описать мои чувства в тот момент. Однако я просто сделала вывод: у меня нет своей семьи. И не было никогда.
Но это не значит, что я не могу её создать.
– П… п… Прошу прощения! – воскликнул мальчишка, резко поклонившись мне в пояс. От его громкого голоса я даже слегка вздрогнула. Даже не у всех девушек он такой звонкий. – Желаю долгих лет жизни и процветания героям нашей страны! – отчеканил парень, прижав правый кулак к левой стороне груди.
Надо же!
А вот это уже нечто удивительное.
– Ты знаешь, кто я?
– Да! – громко ответил тот. – Вы одна из героев нашей страны, которые одолели войско тьмы и сокрушили Короля Демонов.
– Верно, – спокойно согласилась. – Но ты знаешь, кто я для тебя?
Парнишки запнулся, дрогнул, но не ушёл. Кулак, что прижимался к груди, сжался ещё сильнее.
– Д… да… – на этот раз тихо ответил юноша, всё ещё не поднимая головы. – Вы… моя сестра…
Так он знает… Но как давно? Возможно, он и сам узнал об этом совсем недавно. А возможно, ему обо мне рассказали с самого рождения. Сейчас и не выяснишь всей правды. Да и не нужно оно.
– Элайджа, ты!.. – прозвучал голос отца, который, как оказалось, последовал за мной и теперь вышел из-за угла. Но тут же замер, увидев перед собой сына: – Кевин?! Что ты тут делаешь? Я же приказал тебе сидеть в карете!
– Отец, это…
– Не важно! – перебил мальчишку виконт. – Отойди немедленно! – приказал он, отпихивая подростка назад, словно тряпичную куклу, и пряча того у себя за спиной.
Пряча от меня.
 
Серьёзно? Он думает, что я что-то сделаю пятнадцатилетнему парнишке? С какой целью?
– Ха… – выдохнула я, устало прикрыв глаза и потерев переносицу. – Ты ошибся.
– Что? – не понял отец.
– Я не с тобой разговариваю, – тут же отмахнулась от виконта, после чего посмотрела в сторону подростка: – Ты ошибся. Я не твоя сестра. Мы совершенно чужие люди. Так что я попрошу, – посмотрела в глаза отца, – больше меня не беспокоить.
Наконец-то я смогла покинуть злополучный коридор. Правда, уверена, что уже завтра или даже сегодня вечером о данной встрече будет знать весь высший свет. И всё из-за виконта.
Ну что за человек?!
От него сплошные проблемы!
***
Как и обещала королю, я осталась до торжества в честь окончания войны, которое совместили с награждением Героев войны.
По правде сказать, я терпеть не могу эти «праздники» среди аристократов. Мне кажется, что поцеловаться с ядовитой змеёй было бы и то приятнее. Эти ублюдки улыбаются тебе в лицо, расхваливают все твои подвиги и героические поступки, которые успели прочесть в газетах, но стоит мне лишь раз повернуться спиной… Как услышу столько гадостей, сколько и от демонов во время войны не слышала.
Бреанейн решил в этот день даровать титул не только мне, но и другим людям. В основном простолюдинам, которые смогли продемонстрировать себя на поле боя. И каждого из них я знаю лично. С каждым билась плечом к плечу.
Вот с ними я бы выпила всё что угодно. Будь то алкоголь, вода или даже яд. Эти люди намного лучше всех этих детей высшего света, которые о боях узнавали только по книжкам. Никто из них даже меч в руках ни разу не держал.
Но что же я слышу?
– Вы только гляньте, разве это не дочь виконта Розмари? Боже-боже… Она такая… огромная…
– Точно-точно… Я вначале подумала, что это какой-то мужчина, но, увы и ах!.. Всего лишь женщина… Такое разочарование!
– А вы слышали новость? Говорят, что она подала в отставку, чтобы отыскать мужа и завести ребёнка.
– Что? Какой кошмар! И это в её-то возрасте? Сколько ей? Двадцать пять? Двадцать семь?
– Вообще-то все тридцать!
– Охо-хо-хо! Какой поздний цветочек! Сомневаюсь, что среди знати найдется тот, кто засмотрится на «изюм». На её месте я бы не выдержала стыда и убежала в монастырь.
– А если и найдётся такой сумасшедший, то как они будут выглядеть? Видимо, как мать и ребёнок?
– Скорее, как обезьяна и пальма!
Голоса разразились смехом, представляя себе картину. По правде сказать, я и сама усмехнулась, стоя тихонько в сторонке и прислонившись спиной к стене с бокалом в руках. Они ещё не знают о том, что Бреанейн даровал мне титул. Король, в принципе, ещё не прибыл на торжество. Таковы правила. Он приходит практически в самом конце, тем самым объявляя начало праздника. Но для меня это станет и концов, так как задерживаться здесь я более не собираюсь.
Слух мечника заставляет слышать то, чего слышать особо не хочется. Да и заставлять долго ждать кучера у ворот королевского дворца не очень хочется.
В принципе, чего я только за свою жизнь не услышала. Да, я выше многих, но не сказать, чтобы это меня как-то тревожило. Скорее наоборот, я очень довольна тем, как выгляжу. И считаю себя весьма привлекательной. Возможно, раньше и были комплексы, но пережив войну с такими монстрами, какие и в кошмарах не приснятся, все твои недостатки кажутся такими… пустяковыми.
Словно пыль на ветру.
Так что, что бы обо мне ни говорили, – плевать. Я-то себе цену знаю.
При этом среди гостей также был и мой отец. Он даже не думал приближаться ко мне, хотя определённо видит. Держит рядом с собой сына, как домашнего пса. И налегает на алкоголь, опустошая один бокал за другим.
Что же… Меня это не касается. Я также делаю вид, что не замечаю их.
А вон в том углу герцогская семья Дукас. Герман и Эббигейл также не решаются приблизиться ко мне. Вот только Герман снова и снова бросает в мою сторону странный взгляд, словно он что-то хочет мне сказать, но всё не может собраться с духом. Он стоит рядом со своей женой, но за всё время ни разу на неё не взглянул.