Манящая любовь (ЛП)
Я улыбнулся.
— Я женюсь.
Чем ближе мы подъезжали к дому наших родителей, тем больше у меня в животе все переворачивалось.
Если бы кто-нибудь сказал мне год назад, что я женюсь, я бы арестовал эту задницу и оставил в тюрьме на ночь. Но сейчас? Теперь мне не терпелось сделать Корин своей женой. Чтобы каждую ночь держать ее в своих объятиях и просыпаться рядом с ней. Мысль о том, что она носит моего ребенка, заставила понять, что это было единственное, чего я хотел. Жизнь с Корин и нашим ребенком.
Трипп подъехал и припарковался позади грузовика Стида. Он заглушил двигатель и посмотрел на меня.
— Ты готов это сделать?
С широкой улыбкой я ответил:
— Никогда еще не был так готов.
ГЛАВА 35
Корин
Стоя перед зеркалом, я смотрела на себя в свадебном платье, которое когда-то принадлежало маме Митчелла, Мелани.
— О боже, ты выглядишь сногсшибательно, — восхищенно произнесла Вайелин, застегивая последнюю пуговицу.
— Зачем она вообще хотела избавиться от этого платья? — спросила я.
Амелия вздохнула.
— Вот почему я сохранила его. Оно слишком красиво, чтобы отдавать.
Мои глаза встретились с глазами Вайелин.
— Ты уверена, что не хочешь сама его надеть?
Печаль промелькнула на ее лице, но быстро сменилась улыбкой.
— Если я когда-нибудь снова выйду замуж, я хочу чертовски сексуальное платье, которое заставит моего будущего мужа захотеть... ты знаешь скинуть... его штаны.
Мы посмотрели на Хлою. Она пыталась приладить бантик в персиковый пушок Гейджа. Бедняжка. Она отчаянно хотела маленькую сестренку.
Я снова повернулась к своему отражению в зеркале.
Это происходило. Я выхожу замуж. И, боже, я действительно выглядела так, как надо. Амелия приподняла мои волосы у корней и распустила их, чтобы обрамить мое лицо. Она чуть не обожгла мне щеку, пытаясь завить мои волосы.
Платье было потрясающим — серебряное кружево поверх тюля цвета слоновой кости. А-силуэт, обтягивающий лиф и юбка из тюля. Платье было легким как воздух и струилось с каждым моим движением. Вырез в виде сердечка был покрыт кружевами и вышивкой бисером — моя грудь выглядела потрясающе. Кружевные бретельки придавали всему платью органичный вид.
Почему Мелани хотела отдать это платье?
— Не могу поверить, как здорово тебе оно подошло, — сказала Вайелин, ставя передо мной пару белых балетных туфель.
— Оно сидит на мне как перчатка, — тихо выдохнула я.
— Слава богу! И мои туфли тоже. Думаю, что это будет идеально!
Я приподняла подол платья и надела туфли. Пакстон подошла ко мне и внимательно осмотрела, а затем воткнула мне в волосы веточки гипсофилы.
— Вот, это именно то, что нужно для последнего штриха. Хлоя, что ты думаешь? — спросила Пакстон у дочери.
Подняв взгляд, Хлоя встала. Она глубоко вздохнула и прикрыла рот рукой.
— Ну как? — спросила я, кружась и расправляя платье.
Опустив руку, Хлоя наморщила нос:
— О, твое платье не белое!
Я посмотрела вниз и рассмеялась.
— Да, не совсем белое.
— Это называется грязно-белое, — добавила Хлоя.
— Хлоя Паркер! — грозно произнесла Пакстон, уперев руки в бока.
Маленькое личико Хлои вытянулось, и она уставилась вниз.
— Я все равно думаю, что ты похожа на принцессу.
Я улыбнулась, а Пакстон покачала головой.
— Мне очень жаль, Корин. Это потрясающее платье. Она не понимает.
Отмахнувшись, я подошла к Хлое и присела. Платье раздулось вокруг меня, и глаза Хлои загорелись.
Она провела пальцем по бретелькам.
— Так красиво!
— Оно красивое, и должно быть такого цвета. Тебе не обязательно одевать белое. Некоторые невесты носят розовое!
Хлоя ахнула.
— Розовый! Я надену розовое, когда выйду замуж.
— Мама идет! — воскликнула Амелия. — Пакстон, уводи Корин в спальню!
Я взял Хлою за руку, и мы быстро скрылись в спальне. Она хихикала так, словно это была самая смешная вещь на свете — прятать нас от Мелани.
— Гейдж! — воскликнула Пакстон.
— Я его держу, — сказала Вайелин, вытаскивая Гейджа из переноски.
Пакстон встала у двери и чуть ее приоткрыла, чтобы мы могли подслушать разговор.
Когда дверь в спальню открылась, я приложила палец к губам, показывая Хлое, чтобы она замолчала.
— Девочки, вы знали, что Линкольн и Патч привязаны снаружи, и у них на шеях ленты и маленькие Смурфики? Не говоря уже о том, что Патч ест из корзины цветочные лепестки.
Амелия откашлялась, и я догадалась, что она так указывала на спальню, чтобы предупредить маму, что Хлоя там.
Хлоя прошептала:
— О нет!
— Все в порядке, Хлоя, у меня есть еще! — сказала Пакстон, подмигнув.
— Хлоя приготовила коз к свадьбе, но я не стала расспрашивать Корда, почему он привязывает еще и Смурфиков, — сказала Вайелин.
Мелани вздохнула.
— О, хорошо. Хорошо. Я вижу, они готовы к церемонии.
Амелия улыбнулась. — Да, действительно.
— Корин в спальне с Пакстон и Хлоей?
— Мам, почему бы тебе не присесть?
— Ерунда, мне не нужно садиться. Вайелин, дай мне подержать Гейджа.
— Эм-м, нет, ты не можешь.
Я прикрыла рот рукой, чтобы не рассмеяться. Представила лицо Мелани, когда Вайелин сказала ей «нет».
— Что значит «не могу»? Я хочу подержать своего внука.
— Ну, я его уже держу. Перестань быть жадиной, мама!
— Я не жадина! Он мой внук, Вайелин.
— Ну, и мой племянник, так что...
— Послушай, мам, у нас вроде как есть для тебя сюрприз, и ты не сможешь удержать Гейджа в руках, когда увидишь его. Ты можешь уронить его.
— Уронить? Амелия, да будет тебе известно, что я вырастила семерых детей и ни разу не уронила ни одного из вас!
— Никогда? Ты уверена? Потому что иногда мне приходится подвергать сомнению психическое состояние Корда, — сказала Вайелин.
— Да, я уверена! С другой стороны, может быть, я роняла тебя? Что происходит?
Амелия крикнула: «Выходите все немедленно!»
Хлоя распахнула дверь и выбежала наружу.
— Бабушка! У нас твое грязное платье!
Я закрыла глаза и постаралась не рассмеяться.
Пакстон застонала.
— Господи, вот уж эта девочка... и Стид хочет еще одну!
— Мое грязное платье? — повторила Мелани.
Я вышла вслед за Пакстон из комнаты. Мелани стояла ко мне спиной, Хлоя скакала перед ней и держала за руки.
— Мам... — шепнула Пакстон.
Мелани повернулась и открыла рот, чтобы что-то сказать, но увидела меня в своем свадебном платье. Слезы наполнили ее глаза, пока ее взгляд блуждал вверх и вниз по платью.
— Как? Где ты?.. О боже! Ты выглядишь такой... красивой!
— Мама, не плачь! Корин сейчас тоже расплачется, и мне снова придется делать ей макияж! — взмолилась Амелия, крепко обнимая мать.
Мелани поднесла руки ко рту и уставилась на меня.
Вайелин стояла рядом со своей матерью.
— Амелия сохранила твое платье и собиралась что-нибудь из него сшить.
— Но, когда в последнюю секунду Митчелл и Корин решили пожениться, я поняла, что она должна надеть твое свадебное платье.
Слезы потекли по лицу Мелани, и она повернулась, чтобы опуститься на диван. Пакстон села рядом с ней.
— Пожалуйста, не плачь, Мелани, — попросила я едва слышным шепотом.
Она вытерла слезы и посмотрела на меня.
— Ты прекрасно выглядишь. Платье смотрится так, как будто оно предназначалось для тебя!
Я попыталась рассмеяться, но вместо этого вырвалось рыдание.
— Стоп! Не вытирай! — воскликнула Амелия.
Я аккуратно вытерла уголки глаз.
— Ты не возражаешь, что я его одела?
Мелани подошла ко мне и взяла мои руки в свои.
— Не возражаешь?! Для меня это большая честь. И когда Митчелл увидит тебя в этом платье, я надеюсь, он поступит так же, как когда-то его отец!
— Что сделал папа? — спросила Вайелин, возвращая Гейджа Пакстон.