Отчаянно ищу Сюзанну (ЛП)

Холден встал, сузив глаза, глядя на свою мать через комнату. Она пыталась отравить Сью после того, как ранила ее? Она действительно была тем ужасным человеком, в котором ее всегда обвинял его отец. Он швырнул чашку на пол и сделал обвиняющий шаг вперед. “ Ты собиралась ее отравить?
“Не слушай Монтегю! Он никогда не понимал меня!”
“Не так ли, Генриетта?” Губы его отца скривились в гримасе, которая, казалось, выражала неприкрытую ненависть к этой женщине, и Холден обнаружил, что не может винить его. Впервые в жизни он согласился со своим отцом. “Я знаю, что ты делала все прошлые годы . Я знаю, что ты планировала здесь сегодня”.
“Ты ничего не знаешь! Ничего, говорю тебе!”
Холден подошел, чтобы налить Сью чай. Надеюсь,что в этом чайнике не будет яда. Как он позволил этому случиться? Его беспечность чуть не убила Сью. Больше никогда. Он никогда больше не позволит матери манипулировать им. Он никогда больше не будет хранить секреты, которые могут причинить боль другому. Никогда. Его руки дрожали, когда он наливал чай. Он был таким дураком.
“Ты убила нашего сына, и думала сделать то же самое снова сегодня”. От голоса его отца задрожали картины на стенах.
Холден позволил ему кричать. Позволил штукатурке треснуть в гостиной и фарфору загреметь в шкафчиках. Он только хотел, чтобы Сью была здорова, а мать наконец ушла из его жизни. Его отец был прав. Тетя Пенелопа была права. А он был так ужасно неправ. Он с гневом выдохнул, когда пересек комнату, чтобы опуститься на колени рядом со Сью.
Спор за его спиной продолжался, когда он поднес чашку к губам Сью. “Выпей это”.
Она слегка кивнула ему и взяла чашку здоровой рукой.
Его мать все еще кричала ему в спину. “Я сделала то, что было лучше для этой семьи — концепцию, которую ты никогда не сможешь постичь, Монтегю!”
Холден выпрямился при ее словах, поворачиваясь к ней. “Как будет лучше для этой семьи?” он прервал ее. “Как убийство моего брата и принуждение меня расти без матери могут быть лучшими для семьи? Я член семьи, не так ли? Ты знаешь, что я всю свою жизнь брал на себя вину за то, что был не тем сыном, которого оставили позади? Я провел всю свою жизнь, убегая от того беспорядка, который ты устроила в нашей семье! ”
“Сэмюэль собирался причинить тебе боль, Холден. Ты бы видел выражение его глаз”. Она покачала головой. “Ты был моим ребенком”, - прошептала она, вытирая слезу с глаза.
Кулаки его отца сжались по бокам. “Убийство еще одного ребенка не вернет мертворожденного, Генриетта”.
“Мои действия защитили Холдена. Ты не можешь этого отрицать”, - возразила она, глядя на мужа. “Ты запер меня, когда все, что я сделала, это помогла Холдену так же, как не смогла помочь своему идеальному маленькому ребенку”.
“Твоя помощь не понадобилась, мама”, - прорычал на нее Холден.
“Теперь это твое оправдание? Ты думала, что эта бедная девушка убьет Холдена, поэтому решила сначала избавиться от нее?” Его отец поднял руку, указывая на Сью.
“Ты определенно выбираешь злодейских противников — семилетнего мальчика и юную леди ...” Холден с отвращением покачал головой. Как он вообще мог подумать восстановить связь с этой женщиной?
Голос его матери повысился, чтобы соответствовать его собственному гневу. “Эта шлюха собиралась забрать тебя у меня. Я видела, как это происходило прямо у меня на глазах. Ты мой, Холден. Мой.”
“Ты чуть не убила Сью!” - взревел он.
Он услышал, как Сью тяжело вздохнула позади него. По крайней мере, она была достаточно в здравии, чтобы слушать.
“Она уже убила Сэмюэля. Почему не другого? Моего сына, моего наследник”. Слова с трудом вырывались у отца сквозь стиснутые челюсти.
“Я уже потеряла слишком много детей. Я не могу потерять и тебя”. Его мать промокнула еще одну слезу.
“Я думаю, что ты потеряла меня давным-давно, мама. Я просто не осознавал этого до сегодняшнего дня”. Он повернулся к Сью, окинув взглядом ее бледное лицо. Ей нужен был врач. К сожалению, в данный момент у нее был только он. Его брови сошлись на переносице, когда он склонился над ней, схватившись за спинку кресла у нее над головой. Он находил небольшое утешение в том факте, что она все еще дышала. Она все еще была жива.
 
“Она - причина всего этого?”. Только мягкие слова отца могли отвлечь внимание Холдена от Сью.
Он оглянулся и увидел, что его отец, нахмурившись, делает шаг к нему.
“Иногда то, что мы видим нашими глазами в течение нескольких секунд, требует от наших сердец целой жизни, чтобы осознать”. Он покачал головой и заявил: “Ты не виноват в смерти Сэмюэля”.
“Я должен был остановить ее. Ты всегда так говорил”. Холден бросил обеспокоенный взгляд на Сью, которая сидела в кресле, прежде чем снова повернуться к своему отцу.
“Ты был ребенком”.
“Если бы я был сильнее, как Сэмюэль...”
“Нет. Во всем виновата твоя мать. Я был неправ, возлагая эту вину на тебя”.
Холден проглотил любое возражение, которое мог бы высказать, и посмотрел в глаза своему отцу. Было уже двадцать пять лет с опозданием, но это не имело значения, не сегодня.
“Разве это не прелестная картина семейной жизни”, - усмехнулась его мать из угла. “Ты собираешься снова развалить эту семью, не так ли, Монтегю? Тебе невыносима мысль, что я люблю своего сына так, как не любила тебя.  Ты ревнуешь! Ты стремишься занять мое место рядом с ним, не так ли?”
“Тебе нет места рядом со мной, мама. Больше нет. Не после этого. Я думал, что твоя смерть давным-давно была ложью, но теперь я вижу, что это было правдивее, чем я мог себе представить. Кажется, ты прочно засела в моем сознании, и на этот раз ты останешься такой.”
“Неужели ты настолько бессердечен, что причинишь такую боль своей матери? Я люблю тебя, Холден”.
“Твоя любовь сегодня чуть не убила другого человека!” Холден отошел от спорющих, возвращаясь к Сью. Румянец медленно возвращался к ее щекам, но она была далека от выздоровления.
Его отец повернулся, чтобы противостоять матери. “Твои слова таят в себе тот же яд, который ты пыталась использовать сегодня днем, и я не желаю их слышать. Холден, мы должны вызвать власти”.
“Я думаю, что для семьи будет лучше не распространяться об этом”, - сказал он, думая о планах своих кузин относительно замужества.
“Я и не знал, что тебя волнует честь фамилии”, - задумчиво произнес его отец, бросив на Холдена удивленный взгляд.
“Я думаю, ты многого не знаешь обо мне, отец”.
“Похоже на то”, - ответил он, на секунду переведя взгляд на Сью. “Тогда мы можем отправить твою мать обратно в Брук-Хаус. Они оставили ее место свободным для меня на случай, если я найду ее.”
“Она была слишком худой и плохо одетой, когда прибыла сюда, отец. Даже она не заслуживает такого обращения”.
“Что ты хочешь, чтобы я сделал после всего, что она сделала с нашей семьей? Стоять в стороне и позволить ей уйти? Я не могу позволить этому случиться, Холден”.
“Этого я тоже не допущу”. Он совершил эту ошибку и больше не будет таким беспечным. У нее не могло быть свободы бродить по улицам, она была слишком опасна для этого. “Должно быть решение. Мы могли бы отправить ее в Австралию или Америку. У меня есть друг в судоходном бизнесе, который не стал бы задавать вопросов — ну, возможно, не так много вопросов”.
“Возможно”, - ответил его отец.
Холден вздохнул, наблюдая, как его мать сделала большой глоток из своей чашки, осушив ее до дна. Она определенно была тихой для человека с довольно твердым мнением о своем будущем местонахождении. “Но это был бы только вопрос времени, когда она найдет дорогу домой — даже с такого расстояния”. Он не был уверен, откуда ему известно, что это утверждение было фактом, но это было так.
“Я никуда не поеду”, - объявила его мать, перекрывая их приглушенную болтовню.
“Ты отправишься прямиком обратно в Брук-Хаус, если у меня будет какое-то право голоса в этом вопросе”, - парировал его отец.
Она не удостоила своего мужа даже взглядом. Ее зеленые глаза умоляли Холдена, когда ее взгляд пронзал его насквозь. “Дорогой сын, знай, что я сделала это, потому что люблю тебя”. Она начала захлебываться словами, ее лицо исказилось от крика. “Люблю ... тебя”. Чашка выпала у нее из рук, и она упала на пол.