Жалкая (ЛП)

— Давайте, ребята, само оно не сдвинется с места.
Я наклоняюсь к Лиаму.
— Мы теперь в оружейном бизнесе?
Он смотрит на меня боковым зрением, но ничего не отвечает. Очевидно, он всё еще не забыл о той неделе.
— Нам нужно их проверить, Шкип? — спрашивает он, поднимая крышку одного из длинных деревянных ящиков и заглядывая внутрь.
Фаррелл смеется, прислонившись к бамперу своей машины и попыхивая Black & Mild.
— С ними всё в порядке.
Зик улыбается.
— Давайте загрузим их.
Я оглядываюсь по сторонам, телефон в кармане вызывает во мне тревогу. Мои ребята знают, что мы здесь сегодня, но мы предполагали, что это будет сбор наркотиков. Не оружия. Мы передали информацию в местную полицию, надеясь, что быстрое задержание распушит перья и заставит некоторых говорить, не давая им понять, что они привлекли внимание УБН. Но с каждой секундой, когда полиция не появляется, мое беспокойство усиливается.
Телефон пикает, и Фаррелл достает свой мобильный, вокруг него клубится облако дыма, пока он смотрит вниз на экран. Его лицо меняется, и он вскидывает голову, его взгляд перескакивает с одного парня на другого.
Мой желудок скручивается.
— Поторопитесь, — огрызается он. — У нас будут гости. Через десять минут.
Мое сердце замирает, падая на землю. Есть ли… есть ли у него связи в полиции?
Конечно, блядь, есть.
Я хватаю один из ящиков, мои мышцы горят, пока я несу его к задней части внедорожника и загружаю в багажник, мои глаза сканируют местность каждые несколько секунд, ожидая появления копов.
Оружие пиздец какое тяжелое, и громоздкое, но это дает мне хоть какое-то занятие, кроме сосредоточения на том, что Фаррелл каким-то образом знает, что люди уже на подходе.
— Гости? — спрашиваю я, проводя рукой по волосам.
Фаррел подходит ко мне, кладет руку мне на плечо, его глаза проникают прямо в мои.
— Ты и эти вопросы, — он затягивается сигарой и пускает дым мне в лицо. — Прямо как моя мама, да? Всегда так много, блять, вопросов.
Кровь бежит по моим венам, пальцы дергаются, пока я раздумываю, стоит ли доставать пистолет. Я сглатываю, пожимая плечами.
— Просто стараюсь быть лучшим в своём деле, Шкип.
— Хм, — его хватка крепнет. — Знание — сила и всё такое?
— Именно, — я ухмыляюсь.
Он снова подносит Black & Mild ко рту и ухмыляется, вгрызаясь зубами в фильтр.
— Здорово. А теперь заткнись нахрен и грузи мое дерьмо, — отвернувшись от меня, он жестом показывает на свою машину. — Зик, поехали. Сейчас.
Мои мышцы застыли на месте, сердце бьется о ребра.
Господи Иисусе.
Зик оглядывается на нас, одна нога уже на водительской стороне машины Фаррелла.
— Если вы, ублюдки, в этом замешаны, я сам вас убью.
Его глаза встречаются с моими и задерживаются на секунду. Я дергаю подбородком, надеясь, что это даст ему чувство безопасности, которого я определенно не чувствую. Потому что правда в том, что хотя я и хотела бы гарантировать безопасность Зика, я не могу. Не тогда, когда я даже не могу гарантировать свою собственную.
Я смотрю, как красные задние фонари исчезают вдали, переваливая через холм, пока не исчезают совсем.
— Какого хрена ты делаешь? — кричит Лиам. — Иди сюда и помоги. Ради всего святого, у тебя как будто в голове ни черта не осталось.
Мое сердце колотится в груди, и я кручусь на месте, понимая, что на складе ещё дюжина ящиков, но парни прекратили погрузку. Один из них захлопывает багажник и бежит к двери со стороны водителя.
У Лиама в руках газовый баллончик, с которым он мчится к складу.
Откуда, черт возьми, он взялся?
Он начинает разливать бензин по периметру, заливая травянистые участки. Я стою на месте, мой разум мечется, пытаясь понять, как я могу предотвратить это.
Я оглядываюсь, чертовски надеясь, что увижу машины за поворотом, но не вижу.
Лиам подходит ко мне, вытирая потный лоб рукавом. Затем он бросает мне коробку спичек.
— Зажги для меня, ладно?
Я смотрю вниз на спички и на склад, прежде чем встретиться взглядом с Лиамом.
  
— Но там ещё есть ящики.
— Цена за ведения бизнеса с крысами, не так ли? — он пожимает плечами.
Блядь.
Если склад сгорит, то вместе с ним сгорят и все улики. Но если я этого не сделаю… Я встречаю взгляд Лиама.
— Что случилось, новичок? — он ухмыляется, его глаза исследуют меня. — Нервничаешь?
Я достаю спичку и бегу к зданию, ударяю ею о коробку и бросаю её на траву по периметру.
Тут же всё вспыхивает.
Отвернувшись, я бросаюсь назад, внедорожник уже выезжает со стоянки, гравий летит из-под его шин. Лиам в своей машине, заводит двигатель. Мои легкие горят, когда я бегу к пассажирской стороне и проскальзываю внутрь, как раз в тот момент, когда он начинает отъезжать.
Сзади нас поднимается пламя и дым, и мы исчезаем ещё до того, как на месте происшествия появляются мои ребята.
Но я уже знаю, что они найдут.
Абсолютно ничего.
***
Два часа спустя мы находимся в подвале «Желтого кирпича», тишина тяжелая, она давит на всё вокруг. Все на взводе, включая меня, но я не могу не позволить своим мыслям блуждать. Фаррелл сидит во главе того самого стола, за которым я трахал его дочь две ночи назад. И с тех пор я её не видел.
— Я хочу знать, — начинает Фаррелл, его голос низкий и смертоносный. — Кто, блять, сообщил копам? Кто настолько глуп, что не понимает, что у меня везде есть глаза и уши?
Никто не произносит ни слова.
Фаррелл поднимается со своего места и ударяет кулаком по дереву.
— Никому нечего сказать?
Лиам смотрит на меня с другого конца комнаты, и беспокойство охватывает мою грудь и сжимает её, заставляя сердце биться в удвоенном ритме.
Дверь в подвал распахивается, раздается стук каблуков по лестнице, но даже если бы я не слышала её шагов, я бы знала, что Эвелин здесь. Как бы глупо это ни звучало, клянусь богом, я чувствую её.
Она проходит мимо меня и направляется прямо к отцу, даже не удостоив меня взглядом.
— Что случилось? — её голос резок.
— Долбанная крыса, вот что случилось, — прошипел Фаррелл.
Её брови поднимаются, она оглядывает комнату, её взгляд задерживается на моём, и, я ебал свой желудок за то, как он переворачивается.
Внезапно к моему лбу прижимается холодный металл, отчего у меня подскакивает температура и напрягаются мышцы.
Я поднимаю взгляд на Лиама, его пистолет упирается мне в кожу.
— Убери свою гребаную пушку от моего лица.
Он усмехается.
— Не вариант, новичок. Пока не докажешь, что это не ты.
Откинувшись на стуле, я ухмыляюсь, хотя желчь подкатывает к горлу.
— Я не обязан тебе ничего доказывать.
Фаррелл садится вперед, его глаза резко бросаются на меня, и я уже знаю по нашему предыдущему общению на складе, что он ничем не поможет.
Эвелин скрещивает руки, лениво глядя на сцену, как будто ей все равно, что кто-то находится в десяти секундах от того, чтобы всадить пулю в мой мозг. Скорее всего, ей хочется, чтобы это сделала именно она.
— Ты думаешь, мы поверим, что ты появился и у нас вдруг случается утечка? — прошипел он, сильнее прижимая ко мне свой пистолет.
Моя голова наклоняется в сторону от усилия, и я гримасничаю.
— Довольно оборонительно для человека, которому нечего скрывать, Лиам. Откуда нам знать, что это не ты?
Мои глаза встречаются с глазами Зика в другом конце комнаты, где он прислонился к стене со скрещенными руками и напряженной челюстью, не говоря ни слова.
Он нервничает.
— Это не он.
Голос Эвелин резкий и сильный.
— Конечно, это не я, — говорит Лиам.
— Я не про тебя, болван, — глаза Эвелин сужаются, и она машет рукой в мою сторону. — Это не он.
Ноздри Лиама раздуваются.
— Откуда ты знаешь, Жучок? — спрашивает Фаррелл.