Бард 8 (СИ)
Вслед за миленькой эльфиечкой-проводницей прошли по длинному коридору в небольшой зал. Сразу вспомнился старый мир — очень уж стандартное помещение для каких-нибудь брифингов и презентаций. На сцене длинный стол со стульями, в зале расставлено еще пару десятков стульев, собственно говоря, с местными журналистами, вооруженными карандашами и блокнотами. Среди них я заметил улыбающуюся Эйприэль. М-да. Многообещающе посмотрел на нее. Явно прочитав посыл, та слегка побледнела.
Ну а потом посыпались вопросы. Предсказуемо, но главными темами были падение дирижабля и вчерашняя попытка нас взорвать. О музыке был всего один вопрос, на который я ответил лично, перенаправив попытки покушения и все скучное моему самоназначенному пресс-секретарю Белле Кун. Задал вопрос о репертуаре, кстати, корреспондент “Йоркастл таймс”, только вот помочь ему я ничем не мог. Не говорить же, что песни подбираю по настроению. Но вроде выкрутился, отделавшись общими словами. Ну а так вся пресс-конференция оказалась малоосмысленной болтовней с попыткой переливать из пустого в порожнее. Но я оценил мастерство, с каким Белла отвечала на сыпавшиеся временами достаточно каверзные вопросы. Как и оценил ее знание эльфийского. Вот точно очень полезное приобретение для моего гарема — девушка прекрасно знает, что могут спросить ее коллеги, и правильно отвечает, соблюдая мои интересы.
После нашей встречи с журналистами мы отправились в комнату рядом с залом, где нас уже ждал накрытый стол. И, я скажу вам, встречающие не поскупились — еды тут хватало на любой вкус... Обедали в компании с Ванштейниэлем, который теперь практически не отходил от нас. Правда, больше предпочитал молчать и слушать наши разговоры. Несколько раз за столом пытался выяснить у меня типа “сет-лист” концерта. Но что я мог ему сказать, когда сам еще не знал?
Ну а после обеда мы всей толпой отправились смотреть зал. Вот, надо сказать, я помнил фото того самого театра Метрополитен-опера в Нью-Йорке. И местный Матрас-холл как внешне, так и внутренне напоминал его. Непривычно, конечно, видеть вместо традиционных для моего старого мира стадионов мягкие кожаные кресла и отсутствие танцевального партера и фан-зоны. Зато имелись тянувшиеся по периметру зала балконы в несколько ярусов. Понятное дело, зал для камерной музыки, а никак не для концерта в стиле рок. Да и, думаю, аудитория у нас будет, так сказать, академическая. Где ж тут найти любителей рока?
Так, со сценой и залом все понятно, осталось выбрать песни… Хочет уважаемый Ванштейниэль скандала?… Я мысленно ухмыльнулся. Попробуем что-нибудь замутить… Есть несколько песен на примете. Но надо повышать градус постепенно, чтобы добиться нужного эффекта, а то сбегут раньше времени, и накроется приучение эльфов к прекрасному.
Оставшиеся несколько часов до концерта я провел в выделенной гримерке в компании девушек. Чтобы не терять зря время и зарядиться положительной энергией, решил устроить небольшое состязание по минету. Увы, на что-то поинтереснее времени бы не хватило. К моему удивлению, победу безоговорочно одержала Симонова. Евгения явно подходила к делу со всем старанием, искренне желая доставить удовольствие господину, и, судя по всему, неплохо подготовилась. В конкурсе не принимала участие только Белла, которая выцепила пытавшуюся присоединится к нам Эйприэль и утащила в зал, сообщив, что первым делом — работа!
А потом пришла пора выходить на сцену. Ну тут мой менеджер и по совместительству руководитель группы поддержки Уна взяла в свои руки организацию “подтанцовки”. Правда, фея не забыла посоветоваться со мной. Тут я решил не париться и взял с собой Гхару, которая по моей просьбе раздобыла флаг СЭШ, который сам по себе весьма сильно напоминал звездно-полосатый флаг Соединенных Штатов Америки из моего мира. В результате группа поддержки состояла из Иры, Гхары, Уны, и двух эльфиек, темной и светлой. Зина шепнула мне, что тоже вышла бы с удовольствием, но ее образ перед “электоратом” (блин, просто охренел от того, что в этом мире известно такое слово) должен быть безупречен. Ну тут я, понятное дело, спорить не стал. Кстати, к команде присоединилась и Симонова, чем изрядно меня удивила. Но вот возражать точно не буду.
И если, увидев орчанку, продюсер лишь поморщился, то вот выбор в подтанцовку темной эльфийки воспринял в штыки, но тут уже уперся я. Быстро отмел робкие возражения Ванштейниэля насчет ниггеров на сцене и категорически заявил, что Белка будет участвовать. Тут еще помогла Уна, сообщив растерянному продюсеру, что нигде в тексте контракта не было указан запрет привлекать Белку или ее сородичей так что он может расслабиться. А то, что в зал самих так называемых здесь ниггеров пускают только в сопровождении хозяев и в ошейниках, это проблемы СЭШ, а не князя Морозова и его гарема. Эльф попытался было что-то возразить, но, встретившись с моим взглядом, быстро сдулся. К тому же я напомнил продюсеру о его желании превратить наше выступление в скандал. Ну вот и получит “взрыв мозга” у местных светлых. В итоге, скрепя сердце, ему пришлось согласиться.
И вот, наконец, мы вышли на сцену, а роскошный занавес красного бархата разошелся, открывая нам публику или публике нас.
* * *— Итак, Блинкиниэль, жду подробного доклада.
Император, откинувшись в мягком кресле, потягивал коктейль через трубочку из высокого стакана и вопросительно смотрел на первого министра.
— Князь Морозов прибыл в Йоркастл, ваше императорское величество. Жаль, что он сумел спастись при катастрофе дирижабля и при атаке ТЭРА. На данный момент находится под негласным наблюдением.
— Даже так? — вопросительно приподнял бровь Джорджиэль II. — Хорошая работа.
— Извините, ваше императорское величество, — аккуратно перебил его Первый министр, — не в моих правилах присваивать себе чужие заслуги. В покушении приняли участие не мои люди. Точнее, с ТЭРА мои… А вот с дирижаблем — нет.
— Забавно, — весело хмыкнул Джорджиэль, шумно втянув остатки коктейля в себя, и вдруг его взгляд стал каким-то стеклянным.
— Дедушка, ты зачем пришел?
Блинкиниэль вздрогнул. Старческое… Еще бы, императору перевалило за пятьсот лет, а всю жизнь, пока не стал властителем, он позволял себе много удовольствий, не продляющих долголетие даже эльфам. К тому же целители диагностировали у него редкую болезнь, сопровождающуюся галлюцинациями и временными потерями сознания. Дедушка императора умер шесть веков назад, и его появление означало, что у главы государства снова началось обострение. Царедворцы скрипели зубами, но терпели заскоки императора, все еще являющегося пусть и слабоумным, но великим магом. Властителя бы давно сместили, но никто не рисковал связываться с его женой, невероятно мстительной стервой Пилосиэль Рокфэль... Что мешало его сыну жениться на Лайкариэль Биддон и занять трон? Но выживший из ума старик был еще крепок, поэтому единственный вариант — ждать, пока все решится само собой..
На этот раз, как выяснилось, приступ оказался кратковременным. Взгляд императора вновь стал осмысленным, и он перевел его на Первого министра.
— На чем я остановился? — поинтересовался самодержец.
— Сказали, что забавно… — услужливо подсказал Блинкиниэль.
— Вот именно. Все я помню. Да… — он подвинул к себе новый бокал с коктейлем, поставленный на стол незаметно появившимся и сразу исчезнувшим слугой. Светлый эльф Джорджиэль настолько не терпел присутствия даже в одном дворце с ним темных эльфов, что для обслуживающего персонала, занимавшегося особенно тяжелыми и неприятными работами, пришлось построить здание в десяти километрах от резиденции.
— Кто тогда напал на дирижабль? — внезапно император перестал изображать доброго расслабленного дедушку, и глаза старика сверкнули, но облегчение длилось всего несколько минут.
— Выясняем ваше императорское величество! — заверил его министр. — Сегодня первый концерт Морозова. Ванштейниэль прислал доклад.
— Я бы хотел посмотреть на… — император, казалось, с трудом вспомнил имя, но все же продолжил, — Морозова, — нахмурился Джоржиэль. Устрой-ка мне посещение Матрас-холла. Инкогнито, разумеется.