Бард 8 (СИ)

На обеде я раздал под сотню десятков автографов и уже собирался приступить к трапезе, как передо мной появилась та самая Агнесса, с которой мы бились в финале. Не понял? А она чего не уехала?
— Здравствуйте, князь Александр! — церемонно приветствовала она меня.
— Привет, — без обиняков поздоровался с ней. За нашим столом сразу наступила тишина, и все внимание обратилось на Агнессу. Но та ни грамма не смутилась. — А вы разве не уехали? — поинтересовался я. Насколько мне было известно, делегации Академий отбыли сегодняшним утром.
— Я остаюсь в Московской академии до конца учебного года, — объяснила девушка.
— Искренне рад за вас, надеюсь, вам понравится, — равнодушно пожал плечами, — Вы что-то хотели? 
— Да, — коротко ответила она, — хотела бы предложить вам свою дружбу!
Вот тут я реально подвис.
«А что? Вполне подойдет. Не смотри, что тощая, Марфа откормит!» — сразу же вмешалась в нашу беседу находчивая Уна.
«Что значит откормит? Причем тут Марфа? Хватит уже мне девушек!»
«Девушек много не бывает, — наставительно заметила фея, — к тому же она отличная магесса! Чуть не разделала тебя!»
«У меня хватает хороших бойцов!» — возразил я и бросил настороженный взгляд на Милославскую. Та спокойно ожидала моего ответа. 
— Я не собираюсь с вами враждовать, — улыбнулся одобрительно, — дружбу принимаю!
— Спасибо! — она снова церемонно поклонилась и удалилась.
— Что? — вопросительно посмотрел я на Симонову и Иру. — Чего вы так смотрите?
Блин, и не только они. Весь гарем, за исключением Уны, чего-то от меня ждал.
— Ты не знаешь? — укоризненно спросила Ира.
— Чего не знаю? — все эти недомолвки начинали меня раздражать. — Скажите наконец нормально!
— Саша, — осторожно заметила моя жена, — ты сейчас официально принял дружбу дворянки и взял на себя определенную ответственность…
— Так, блин, — почувствовал поднимающуюся злость, — если ты мне сейчас нормально не объяснишь, кто-то вечером будет наказан… 
Только закончив фразу и заметив довольное лицо Иры и веселые усмешки остальных девушек, понял, что слегка погорячился. Нужно было пообещать посадить ее на голодный паек.
— Если девушка предлагает свою дружбу, а мужчина ее принимает, он должен защищать ее. То есть у него появляется обязательство перед ней, а у нее нет. Это очень старая и редкая формулировка, но все дворяне ее знают! Правда, не помню, чтобы кто-то применял ее, — произнесла Симонова, опередив собравшуюся уже что-то возразить Иру.
— Насчет «все должны знать» ты, конечно, погорячилась, — фыркнула Ира. 
— Раз традиция не распространена и никем не используется, значит, я тоже ничего не знаю, — успокоившись, махнул рукой. — Мы не поддерживаем старые замшелые традиции. Бред какой-то, впрягаться за незнакомую девушку. Будем дружить с Агнессой на расстоянии.
Хотя вроде ничего такая рыжулька. По моему гарему, конечно, не скажешь, но мне нравились рыжие. Навестить, что-ли, Скуратову… да и вообще, мои эльфийки красивее Милославской? Хотя Уна права, магесса из нее шикарная.
Видимо, почувствовав мое раздражение, никто не стал возражать, а я выкинул ситуацию из головы. Лишь Уна некоторое время ворчала у меня в голове на тему «присмотрелся бы к девочке» и «не надо так с плеча рубить».
На остальных предметах после обеда я вообще не напрягался. Особенно на фехтовании. Ирвинг теперь относился ко мне крайне уважительно. Особенно после того как в самом начале урока, выдав остальным задания на разминку, предложил тренировочный бой. Ну как бы не вопрос. Мой сороковой уровень фехтования смотрелся весьма достойно, что же на сотом будет? С Джоном Ирвингом мы сражались на равных, никакой тебе легкой победы, как с Алексеем. Пришлось попотеть, тем не менее я умудрился закончить бой чистой победой. 
Когда мы опустили тренировочные шпаги, собравшаяся вокруг группа восторженно зааплодировала. Не все, само собой. Владик вот наградил меня испуганным взглядом, а Лайка каким-то странно задумчивым. Пусть подумают, стоит ли плести новые интриги вокруг меня. Еще и Вяземский поливал меня злобой на расстоянии. Вот же блин. Когда успокоится-то? По словам Алины, он перебрался в свою квартиру в местной общаге и заявил сестре, что она предала его. В общем, очень запущенный случай. Я пока не знал, как все разрулить.
 
Ирвингу не понравилось нарушение дисциплины и зрители, как и куча свидетелей «унижения» преподавателя. Он слегка побагровел и быстро разогнал народ заниматься. Меня же попытался расспросить, как я сумел научиться фехтовать так быстро, на что я ляпнул о хорошем учителе, который пробудил во мне спящее мастерство. Тот сразу надулся, как индюк, и, забыв о своем недавнем поражении, начал рассказывать о турнирах, на которых он победил, и войнах, в которых участвовал. Рассказчик был из него никакой, поэтому я лишь облегченно вздохнул, когда занятие подошло к концу. Сдается мне, теперь на каждом уроке придется выслушивать рассказы о приключениях уважаемого Ирвинга. Если верить его болтовне, вся жизнь нашего преподавателя по фехтованию была сплошным подвигом. 
Вернувшись на виллу, сначала я передал Уне слова нашей журналистки о планах на конец недели, чем изрядно порадовал фамильяра. Потом собрал народ в гостиной и объявил о предстоящей поездке в Москву. Хотел еще и Марфу взять с собой, пусть развеется, но она отказалась, мотивировав это тем, что ей там совсем не интересно и, если можно, она хотела бы остаться дома. Как раз опробует какой-то хитрый, сложный и долгий рецепт. Короче, фанат своего дела — это всегда фанат. Решил не заставлять ее. Я же настоящий демократ? И у меня, наверное, самый демократичный гарем в новом мире, учитывая разнообразие девушек. К тому же хозяин гарема, то есть я, всегда считал, что если кто-то умеет делать что-то гораздо лучше меня, пусть она это делает. Всему научиться нельзя, лучше заниматься тем, что получается лучше всего. Лично у меня в список входили секс и концерты.
— Как обычно в четверг утром со мной поедут те, кто не учится в Академии… — начал было я, чем сразу вызвал бурю эмоций у Ариэль, Белки, Симоновой и Иры. Керана как всегда лишь кивнула. Гоблинка вообще со всем соглашалась и никогда даже не пыталась со мной спорить. Не знаю, хорошо это или плохо.
— Мы можем и пропустить пару дней! — возмущенно выпалила Белка, сразу поддержанная Симоновой и моей женой. 
«Саша, я договорюсь со Скуратовой, — раздался в моей голове голос Уны, — ничего страшного не случится. Пусть девочки отдохнут! И договорюсь, чтобы за виллой приглядывали».
Вот же блин… не то чтобы я не хотел брать с собой всех, просто, честно говоря, десять девушек в сопровождении не перебор ли?
«Почему перебор? — искренне удивилась фея. — Наоборот, покажем всем твой крутой статус! Да в особняк они не поедут, зато на выставку сходим, потом по магазинам девчонки прошвырнутся. Разве они этого не заслуживают?»
«Заслуживают, конечно. А со Скуратовой я сам договорюсь!»
Агнесса распалила во мне желание потрогать нежные рыжие волосы, надо ведь чем-то вечер занять. Мурра пускай лучше ночью постель греет. Решено, сегодня у нас день по-ирландски!
«Ой, представляю я, как ты с Настенькой договоришься», — промурлыкала фея, и мне захотелось сделать жест «рука-лицо». Настенька… причем в устах феи это звучало нисколько не по-панибратски, а вполне естественно. 
Скуратова только обрадовалась мне и легко выдала всем разрешение на отлучку. Не успев договорить, она набросилась на меня с жаром, доступным только рыжим, и значительно задержала. Вернувшись на виллу в темноте, я едва успел перексить остывшими лепешками с мясом, прежде чем услышал требовательное урчание МУрры.
Оставшееся время до вечера среды, можно сказать, я отдыхал. Нет, на лекции ходил, конечно, но домашние задания не делал. Все равно никто не спрашивал. Ничего нового на занятиях не говорил. До сих пор считаю, что общая магия — темный лес. Вот она мне точно не нужна, в моем развитии и с моим видением Системы, Древа навыков и панелью заклинаний. Хотя даже с такими плюшками я умудрялся периодически «косячить». Если внезапно Система отключится, ни одного заклинания произнести не смогу.