Миссис Смерть
Стоило девушке открыть дверь, как рядом появился уже знакомый джентльмен и, вежливо улыбнувшись, предложил призрачную руку. Сегодня он снова был бесплотным и молчаливым, но в его компании Лив чувствовала себя отлично.
Внизу, у открытых дверей, царила некоторая суета. Девушка подошла ближе и ахнула:
– Мой сундук!
На пороге дома действительно красовался украденный у нее сундук! Замок был небрежно сбит, вещи перевернуты, испачканы. Баночки с кремом, пудра, мешочки с травами – все рассыпано и перепутано, книги брошены кое-как, у некоторых выдернуты страницы… Слезы заблестели на глазах Оливии, когда она увидела разбитое стекло на рамке с фотографией ее родителей.
– Мисс, мы только что открыли парадный вход, – растерянно заговорила служанка, хотели крыльцо подмести, а тут… Это ваше?
– Мое, – всхлипнула девушка, – но я даже не знаю, что тут можно спасти.
– Вы не плачьте, мисс, – постаралась ее утешить горничная, – я сейчас Бака позову или Эйба, они сундук наверх унесут, а там уж разберемся. И постираем, и зашьем, и замок на место приладим!
– Спасибо! – Оливия постаралась улыбнуться, утирая слезы.
Призрак, что до этих пор неслышно и незаметно стоял рядом, вдруг протянул к ней ладонь, склонился над рукой и…слизнул соленые капли!
– Благодарю вас, мисс! – произнес он знакомым хрипловатым голосом, – очень приятно, когда тебя видят и слышат!
Между тем в холл вышел недовольный мистер Олмидж. Узнав в чем дело, нахмурил брови, а потом уставился на призрака. Оливия обратила внимание, что за спиной гробовщика едва колышется чахоточная блондинка.
– Как вы это сделали? – сухо спросил ее мужчина.
– Что сделала? – удивилась девушка.
– Ваш спутник, – небрежно мотнул головой хозяин дома, – он практически материален и, кажется, снова что-то говорит, а моя леди, – тут он почтительно повернулся к блондинке, почти не видна.
– Днем привидениям сложнее, – пожала плечами Оливия, решив утаить слезы, – может, пора покормить ваших …друзей?
– Наверное, – мистер Олмидж смотрел недоверчиво, – я предложил леди вино и закуски, но это не помогло.
Гостье осталось лишь развести руками, высказывая предположение:
– Возможно, вашей леди нужна особая еда, я могу спросить ее, как только вашей даме станет лучше.
Под разговор они дошли до столовой, где за накрытым столом уже восседала миссис Олмидж. Она мягко пожурила сына за опоздание и недовольно взглянула на девушку:
– Полагаю, мисс Суджик в школе вы не опаздывали к завтраку?
– Нет, миссис Олмидж, не опаздывала. Сегодня меня задержало маленькое происшествие у дверей. Кажется, воры решили вернуть мне мой сундук, хотя и в ужасном состоянии.
Короткий пересказ примирил пожилую женщину с опозданием, а вот когда гостья стала накладывать еду на тарелки призраков, рачительная хозяйка вновь нахмурилась. Поразмыслив, Оливия налила чахоточной деве молока с медом и положила свежую булочку. Это сработало: блондинка быстро обрела цвета и краски, а потом выдохнула с горечью:
– Грилл не смог накормить меня.
Мистер Олмидж виновато потупился и положил на тарелку призрака еще одну булочку. Сдоба осталась лежать без изменений, а вот печеное яблоко, предложенное Оливией, сразу скукожилось и потемнело.
Выбирая те блюда, которые, как ей казалось, могли понравится этой хрупкой девушке с капризным изгибом губ и огромными печальными глазами, Лив наполнила ее тарелку и с радостью наблюдала за тем, как она обретает плотность. Легкое покашливание с другой стороны напомнило девушке о втором призраке:
– О, прошу меня простить, – извинилась она, – выкладывая на блюдо отбивную с картофелем.
Призраки моментально приняли угощение, обретая цвет и плоть. После этого Оливия завтракала в прекрасном обществе. Правда, дама общалась исключительно с мистером Олмиджем в основном посредством взглядов, улыбок и редких слов, произнесенных достаточно четко, чтобы можно было прочесть по губам, похоже гробовщик слышал не все, что она говорила. Зато джентльмен уделял все внимание Оливии и между отбивной и запеканкой рассказал, почему задержался на этом свете.
– Все довольно просто, юная мисс, я не успел сообщить своим родным, где хранятся фамильные реликвии. О, это не драгоценные вещи, они важны лишь для моего рода. Но без них невозможно подтвердить право владения и еще кое-что.
– Значит, вы все еще не выполнили свою миссию? – шепотом спросила Оливия, поглядывая на недовольно поджавшую губы миссис Олмидж.
Старушка имела право обижаться: единственный любимый сын ворковал с блондинистым призраком, а гостья делила свое внимание между другим призраком и тарелкой.
– Увы, я умер далеко от своего замка, – отвечал мужчина, – тело привезли в этот городок и дед мистера Олмиджа устроил погребальную церемонию, своим даром невольно привязав меня к этому дому.
– Даром?
– Он мог видеть тех, кто не ушел, – вздохнул джентльмен, осушая бокал с вином, – но не слышал, а я остался рядом, надеясь, что он сумеет меня понять, напишет письмо моим родным. Когда я потерял надежду, было поздно. Погребальная служба привязывает призрака к телу или к месту, иногда к человеку, а тут произошло все сразу.
– Понятно, – Оливии стало жаль этого импозантного седовласого мужчину, – если вы назовете имя вашего рода, я попытаюсь написать вашим потомкам. Маловероятно, что мне поверят, но вдруг они смогут приехать сюда и узнать все от вас?
Седовласый джентльмен вдруг зарумянился, словно юная девушка:
– Простите меня, мисс, – хрипло сказал он, – я так обрадовался тому, что могу поговорить с живым человеком, что не представился! Лорд Вайберг! Виконт Вайберг! – мужчина встал и красиво поклонился.
– Очень приятно, сударь, мисс Оливия Суджик! – выполнила свою часть ритуала девушка. – Положить вам еще жаркого? – спросила она, стараясь сгладить возникшую неловкость.
– Буду благодарен! – ответил призрак, возвращаясь за стол.
Глава 4
Почтовая
После завтрака гостья объявила хозяевам, что хочет написать письмо, и присела за красивый письменный стол в гостиной. Увы, пожилая миссис Олмидж уже плохо видела и давно не брала в руки перо, а ее сын предпочитал заниматься делами в своем кабинете, поэтому бумага в специальном отделении столика оказалась желтоватой, в чернильнице одиноко сохла муха, а перья крошились от старости.
Испросив разрешения у любезной хозяйки, Оливия сходила за своим личным письменным прибором и листом недурной белой бумаги. Она предпочла бы писать письмо у себя в спальне, но пожилой джентльмен категорически отказался входить в комнату «юной незамужней мисс».
Расположившись на скрипучем стуле, девушка задумчиво посмотрела на бумагу из столика, которую выбрала для черновика, а потом перевела взгляд на призрака:
– А как зовут вашего потомка, того, кто унаследовал титул?
– Моего сына звали Лоуренс, Лоуренс Вайберг, но я не знаю, сумел ли он подтвердить свое право на титул. Наши земли очень древние и когда-то вошли в состав империи как самостоятельная единица с правом управления и передачи титула в пределах одного рода.
Оливия прикусила губу и аккуратно вывела: «Его сиятельству, лорду Лоуренсу Вайбергу». Весь вечер юная мисс потратила на изложение ситуации с призраком. Поскольку пожилой джентльмен явно не доверял почте, а еще опасался, что кто-нибудь попробует захватить титул, то девушке оставалось только просить лорда приехать в этот городок для встречи с призраком его батюшки, готовым поведать о месте хранения фамильных реликвий. Все это нужно было изложить красивым почерком и ясным языком, стараясь не ставить клякс и не делать ошибок.
Только поздно вечером девушка сочла, что черновик принял достойный вид, но сил переписывать письмо набело уже не осталось. Вежливо простившись с миссис Олмидж и ее сыном, Оливия поднялась к себе, быстро приготовилась ко сну и легла в кровать, размышляя, достаточно ли красив ее почерк, чтобы письмо не оказалось в мусорной корзине?