Злобный король (ЛП)

Я вышла из комнаты, предвкушение бурлило в моих венах. Возненавидит ли он меня теперь, когда знает, что я предала его? Отвернется ли он от меня или придет в ярость? По какой-то извращенной причине я чувствовала, что предпочла бы его гнев отстранению.
Я была почти на кухне, когда Сильвио догнал меня. Крепко сжав мою руку, он потащил меня по маленькому коридору. Анджело ждал наверху, его лицо было бесстрастным. Мой телохранитель хорошо разбирался в иерархии в Каса Нера и знал, что лучше не вмешиваться. Сильвио и Франко были выше правил моего отца, когда дело касалось меня.
— Что? — огрызнулась я, вырывая свою руку из хватки Сильвио.
Сильвио окинул меня плотоядным взглядом. В его глазах читалось возбуждение. Мужчина выглядел так, словно был под кайфом, и, насколько я знала, так оно и было.
— Чернов говорил тебе что-нибудь о том, что произошло пять лет назад?
Я закатила глаза.
— Что, игра в покер?
Сильвио вздрогнул.
— Нет, stupida14, рука.
Упоминание об отсутствующей конечности Сильвио привлекло мой взгляд к пустому рукаву его пиджака. При виде этого зрелища меня охватило слабое чувство тошноты.
— Что бы он сказал? Ты заключил пари, проиграл и решил не держать слово. В наказание он взял твою руку. О чем еще тут можно говорить?
При воспоминании о том, что случилось с рукой Сильвио, у меня скрутило живот. Сильвио никогда не вдавался в подробности точных событий, но я знала, что именно Николай отрезал его руку, несмотря на то, что кузен солгал Антонио. Несомненно, Сильвио боялся рассказать своему капо, почему он вообще попал в такую ситуацию, и поэтому придумал отговорку.
Я знала, что за этим стоит Николай, потому что он прислал мне отрубленную руку в подарочной коробке. Он положил коробку в мой школьный шкафчик, чтобы я открыла ее перед уроками. Я никогда не забуду вид отрубленной руки, завернутой в красивую розовую папиросную бумагу.
Сильвио фыркнул и, оглядев коридор, шагнул ко мне. Его взгляд стал расчетливым.
— Так что между вами двумя произошло?
Я попыталась скрыть виноватое выражение лица.
— Ничего.
Он приподнял бровь.
— Ничего? Ты хочешь сказать, что Николай, мать его, Чернов был с тобой наедине несколько дней, и ничего не произошло? Ты лжешь.
— Зачем мне лгать?
— Потому что ты не хочешь, чтобы Антонио узнал, что ты еще более испорченный товар, чем он думал, — сказал Сильвио. Он придвинулся ко мне еще на шаг, и я вздрогнула. — Может быть, ты отдалась ему, или он сам забрал твою невинность, а ты его покрываешь.
— Если бы он что-то у меня забрал, я бы не стала этого скрывать. Я бы позволила своему отцу убить его. Его и любого другого мужчину, который посягнул бы на это, — сказала я, мой голос почти не дрожал.
Сильвио молчал, изучая меня прищуренными глазами. Между нами повисло напряжение, вызванное нашим общим прошлым, его похотью и моим отвращением.
Затем он ухмыльнулся.
— Что ж, возможно, мне следует предложить Zio Антонио, чтобы он тебя проверил. Уверен, что смогу найти врача, который занимается подобными вещами, или я же буду добровольцем. Что скажешь, кузина? Маленький акт, чтобы доказать, что ты не отдалась этому сопляку внизу.
Его рука все еще держала мою, и, когда большой палец двинулся вверх, я задрожала от гнева. Казалось, что моя кожа вот-вот сползет прямо с тела.
— Убери от меня свою чертову руку, или я пойду к отцу и все ему расскажу. И об игре в покер, и о твоей руке, и том факте, что у тебя жалкий маленький стояк на собственную кузину.
От моего язвительного тона по лицу Сильвио поползли красные пятна. Он отступил назад, и я решительно выдернула свою руку из его хватки. Слабость манила таких мужчин, как Сильвио, поэтому мне ни в коем случае нельзя было ее показывать.
— А теперь, если ты не против, проваливай к черту, а мне нужно кое-что сделать для босса. Человека, который владеет тобой, помнишь?
Я укуталась чувством собственного достоинства, как плащом. Я не могла позволить Сильвио добраться до меня. Он ждал реакции, любой, даже самой незначительной, и я не хотела давать ему какую-либо победу.
 
Он долгое мгновение изучал меня. Я знала этот взгляд. Может, Сильвио, и не был умным человеком, но он был хитер, и это нервировало меня.
— Тогда беги по своим делам, но не забывай, что ты больше не одна с Черновым. Если я увижу хотя бы намек на сочувствие к человеку, который искалечил меня, я без колебаний расскажу Антонио о своих подозрениях, и этот ублюдок не выйдет отсюда живым.
Глава 14
София
5 лет назад
Выпускной вечер
— Не могу поверить, что сижу рядом с настоящей королевой выпускного бала, — хихикнула Кьяра, наклоняясь ко мне и пихая в бок.
Мы стояли у бара в эксклюзивном нью-йоркском отеле, где школа Святой Терезы для девочек и школа Фрэнсис Преп для мальчиков организовали совместный выпускной.
Я сделала это. Закончила школу. Лента плотно облегала мою грудь. Я потрогала атласную ткань. Никто не был удивлен больше, чем я, когда меня провозгласили королевой бала, но, возможно, это было глупо. В конце концов, в школе Святой Терезы фамилия отца была лучшим показателем популярности. Как будто Антонио Де Санктису было бы небезразлично, что его дочь стала королевой бала. Это никому не принесло бы пользы, но, с другой стороны, большинство детей ожидали, что родители будут любить их в той или иной степени. От этого ожидания я отказалась давным-давно.
Антонио почти отказался пускать меня на праздник. В конечно счете, я уговорила его разрешить мне пойти. Благодаря кузену-идиоту, у меня чуть не отняли последний традиционный школьный опыт. На прошлой неделе Сильвио увезли в больницу, когда он ввязался в какой-то семейный бизнес Де Санктисов и потерял при этом руку. До недавнего времени я верила официальной версии, что это произошло из-за жестокой стычки с конкурирующей семьей в Филадельфии. Пока несколько дней назад в моем школьном шкафчике не появилась особенная посылка. Маленькая, блестящая коробка в подарочной упаковке.
Я открыла ее, глупо надеясь получить подарок-сюрприз, пока не увидела, что внутри.
Отрезанная рука Сильвио была аккуратно уложена на тонкую оберточную бумагу.
Оправившись от шока, я выбросила коробку в мусорное ведро на углу случайной улицы. Если бы я рассказала отцу, он отреагировал бы на предполагаемую угрозу тем, что навсегда запер бы меня в Каса Нера, а я не хотела, чтобы это произошло так близко к выпускному и балу. Было безумием держать это в секрете, но я не могла никому признаться. Я точно знала, кто был настолько сумасшедшим, чтобы так красиво расположить руку на розовой бумаге. Правда заключалась в том, что в самой темной и извращенной части меня я наслаждалась тем, что хоть раз в жизни оказалась в центре чьего-то внимания.
Кьяра вложила мне в руку напиток — тошнотворно-сладкий фруктовый пунш, предоставленный отелем.
Я разгладила платье, убедившись, что пьяное веселье Кьяры не вызвало никаких неприглядных выпуклостей под ним. Обычно мне было бы все равно, но сегодня под платьем у меня было кое-то особенное. Я слишком остро ощущала свою подвязку и лезвие, прижатое к внутренней стороне бедра. Да, было безумием приносить нож на выпускной, но с другой стороны, было безумием вообще приходить на выпускной, когда за тобой охотится убежденный психопат, палач, способный отрубить кому-то руку.
Возможно, Нико был не единственным сумасшедшим.
Нашими парами были сыновья других мафиози из семьи Де Санктис. С Лукой, моим сопровождающим, мы были знакомы давно, но не особенно близко. Он был подходящего возраста и достаточно боялся своего отца, чтобы вести себя прилично, так что соответствовал требованиям Антонио.
— Эй, ребята хотят пойти на афтерпати, вы с нами? — Лука появился рядом со мной, небрежно обняв за плечи. Я пошатнулась под его весом.
— А как же танцы? — прилежно спросила я.
Я взглянула на Анджело, который стоял у стены, увешанной мерцающими лампочками, и выглядел как самая безразличная статуя в мире. Единственным признаком того, что он не спит, было странное моргание его глаз.