Кровавые розы (ЛП)

Сумка принадлежала Алише — ярко-розовая, с изображением котёнка, инкрустированного бриллиантами. Ей было несколько лет. Они с Софи купили её ей как-то на Рождество в шутку над её ужасающе девчачьим вкусом. Она никогда не думала, что Алиша сохранила её. И здесь, в квартире вампиров, она хранила их маленькую частичку. Она сохранила маленький кусочек дома.
Горло Лейлы сжалось, и она попыталась сглотнуть. Все бессонные ночи, которые у неё были за предыдущие три месяца, когда Алиша не приходила домой, и вот где она была — крепко спала в постели вампира в центре Блэкторна.
Где их жизни пошли наперекосяк? Деда давно нет. Софи пропала. Алиша спит с вампиром. Её обязанностью было обеспечить безопасность Алиши, оберегать обеих её сестер, и она потерпела во всём неудачу. Если бы она этого не сделала, Алиша не обратилась бы к вампиру из-за того, чего ей не хватало. Она никогда бы не оказалась тут сейчас — ни одна из них. Часы тикали в ожидании их нерешенной судьбы.
Она как-нибудь вытащит Алишу. Назад в Саммертон. Домой. Никто не связывался её семьей. И уж точно не вампир.
Она открыла сумку и порылась внутри. Там были привычные вещи Алиши, до краёв набитая косметикой и кремами. Но она всё-таки нашла зубную щётку.
Лейла тщательно почистила зубы. Наполнив раковину теплой водой, она вымыла лицо и шею и стёрла все следы темницы со своих рук, ног и ступней. Тепло воды сначала вызывало болезненное покалывание на её коже, пока приток крови не начал восстанавливаться, после чего действие стало успокаивающим.
Она убрала сумочку и взглянула на часы. До рассвета осталось меньше восьми часов. Меньше восьми часов на то, чтобы придумать выход из ситуации. Восемь часов наедине с Калебом. Её выживание станет чудом.
Но она могла справиться с этим. Она могла бы это сделать. Как-нибудь она справится с этим.
Лейла отступила к двери. Поколебавшись ещё пару секунд, она глубоко вздохнула и открыла её.
Гостиная вдруг показалась темнее. Вуаль над дверью террасы лениво развевалась с уходящей грозой.
Калеба нигде не было видно, но аромат свежего кофе в воздухе подсказал ей, что он либо недалеко, либо собирается вернуться.
Она обхватила себя руками. Лёгкий ветерок трепал её платье, и она неловко потопталась на месте, прежде чем направиться на террасу.
Там тоже не было никаких признаков его присутствия.
Она вернулась внутрь и присела на диван, но тут же снова встала, когда он появился в коридоре, который был зеркальным отражением коридора Джейка.
Бросив лишь быстрый взгляд в её сторону, он шагнул за стойку. Через несколько мгновений он появился со стеклянным бокалом с янтарной жидкостью в одной руке и кружкой в другой. Подойдя к ней, он протянул ей кофе.
— Судя по твоему виду, тебе он нужен.
Она недоверчиво посмотрела на содержимое, затем снова посмотрела в его зловещие зелёные глаза.
— Не волнуйся, я не подсыпал в него наркотик, — сказал он. — Как ты уже видела, я не настолько хитёр.
Она приняла кружку. От жара у неё начало покалывать руки.
— Пойдём со мной, — сказал он и повернул обратно тем же путем, которым пришёл.
ГЛАВА 9
Лейла на мгновение застыла, как вкопанная. Но, напомнив себе быть покорной, она последовала за ним по коридору.
Дойдя до конца и открыв единственную дверь с правой стороны, Калеб указал ей войти первой.
Как только Лейла вошла внутрь, у неё перехватило дыхание. Комната, наверное, была размером не менее девять на пятнадцать метров. Три из четырёх стен от пола до потолка были заставлены книжными шкафами, в которых хранилась самая большая коллекция книг, которую она когда-либо видела за пределами библиотеки.
Лишенное какого-либо искусственного освещения пространство освещалось янтарным светом от пылающего камина, установленного на стене справа от неё; тёплое сияние пламени смешивалось с лунным светом, льющимся из двух высоких, разделённых створками окон. Прямо перед ней, лицом к окну, стояло кресло с изогнутой спинкой, его зелёно-золотистая ткань дополняла портьеры с рельефным рисунком, которые в избытке ложились на полированный пол из тёмного дерева.
 
Ещё одно кресло с откидной спинкой стояло у камина. Оно было обращено к двуспальному дивану. В центре стены рядом с камином, была приоткрытая дверь. Изнутри вырисовывалась темнота, а с дальней стороны от неё находился ещё один книжный шкаф. Слева от неё стоял длинный стол красного дерева с двумя стульями.
Она посмотрела на потолок, на мгновение завороженная замысловатостью того, что явно было оригинальным гипсовым покрытием здания: две потолочные розы, обрамляющие чёрные люстры. Комнату наполнял затхлый запах книг и кожи, смешанный с ароматом горящего дерева.
Лейла нервно оглянулась, когда Калеб закрыл за ними дверь. Он подошел к камину и поставил свой бокал на богато украшенную каминную доску красного дерева.
— Присаживайся, — сказал он.
Огонь в камине явно был разведён ради неё и, несомненно, был главной причиной, по которой он привел её в комнату.
Когда он исчез в тёмном дверном проёме, она на мгновение заколебалась, но затем села по центру дивана. Она наклонилась вперёд и вытянула шею, желая заглянуть в комнату, теперь освещённую слабым, далёким свечением. Тяжёлая отдёрнутая штора висела над единственным створчатым окном слева, частично закрывая сиденье у окна. Рядом с окном стоял большой, широченный комод с выдвижными ящиками. Чёрная металлическая кровать, казалось, стояла у стены прямо перед дверью, а в углу красовался богато украшенный латунный шар. Кроме этого, всё, что она могла видеть, это покрывала, такого же насыщенного тёмно-синего цвета, как и штора.
Она сжала колени вместе, благодарная покалывающему теплу, уже охватившему её ступни и голени. Она засунула слегка подвёрнутые ступни в тёплые складки ковра с глубоким ворсом. Сделала глоток горячего напитка, благодарная за то, что он согрел её горло. Кофе был сладким, той сладостью, которую дают, чтобы помочь человеку после шока.
Калеб появился через несколько минут. Он сменил забрызганную кровью серую рубашку. Вместо неё на нём была чёрная, которую он оставил расстёгнутой, демонстрируя каждый отточенный, закалённый мускул своей обнажённой груди. Теперь Лейла могла разглядеть татуировку, обвивавшую его шею: агрессивно изогнутый вверх хвост скорпиона, покрывавший его правую грудную клетку. На его плоском животе, чуть левее, нечто кельтское спиралью спускалось вниз, скрываясь из виду под джинсами. Джинсами, которые низко сидели на его стройных бёдрах и открывали на дюйм чёрную резинку нижнего белья.
Прилив был волнующим, мгновенное напряжение в её теле вызвало затруднённое дыхание. Чувствуя, что краснеет, она испытала благодарность к полумраку комнаты.
Босой, он молча подошёл к креслу у камина и, прежде чем сесть, взял что-то с каминной полки.
Вытащив сигарету, он вернул пачку на каминную полку. Его бицепсы напряглись при этом движении. Он поджёг кончик зажигалкой, которую использовал ещё в комнате Джейка, а затем бросил её рядом с пачкой. Весь процесс был плавным и хорошо отработанным — загадочно увлекательным.
Курение было запрещено в Саммертоне, как и любой другой источник загрязнения, не говоря уже о том, что оно наносило непоправимый вред организму курильщика, а также тем, кто находился поблизости. Это было просто неприемлемо. Но вампирам было глубоко плевать на это. Было доказано, что табак никак на них не влияет. Лейла вспомнила, что это был умный аргумент, используемый протестующими против вампиров, чтобы придать вес своему аргументу о том, что вампиры вполне способны выжить в пронизанном загрязнениями Блэкторне.
Она всегда считала курение отвратительной привычкой, но было нечто завораживающее в том, как Калеб с лёгкостью и точностью прикуривал, привлекая внимание к его сильным рукам и умелым пальцам. И когда он выпустил ровную струйку дыма через чарующие губы, она почувствовала неприятный прилив, от которого её затошнило.