Роковой поцелуй (СИ)
— Он блестит, значит, это металлический дракон, да? — Юна от волнения стала покусывать губы. — Но он не розовый…
— Где ты вообще видела розовых драконов? — хмыкнул Фирс, но тут из его яйца высунулась маленькая синяя лапа, и он полностью переключился на своего подопечного.
— Но скорлупа же розовая, — тем не менее вздохнула Юна.
— Бекки, у твоего, кажется, тоже началось! — позвала подругу Джо. Их яйца располагались близко, и Джоанна наблюдала за обоими, а ещё заодно и Люком.
Ребекка счастливо помчалась туда, а я заглянула к своему.
— Не спешишь, да? — вздохнула я, привычно поглаживая его. — Ничего, не торопись, я буду ждать столько, сколько надо. И я рядом, просто помогаю подругам.
Ответом мне было знакомое тепло под ладонью.
Первым вылупился дракончик у Фирса.
— Воздушный, — оповестил он профессора Лагера, который сразу очутился около него.
— Поздравляю, мирг Фирс, — тот с улыбкой кивнул. — Но какой же пол у него? Давайте же глянем.
— Уверен, самец, — Фирс торжеств поднял своего дракона. Тот был ещё влажным и пытался расправить свои маленькие полупрозрачные крылья.
— Вы правы, так и есть, — усмехнулся профессор. — Несите же его поскорее в купальни. Кто у нас следующий?
— Я! — помахала ему счастливая Юна.
Ее дракончик был почти белым, но гребешек и роговые отростки на голове имели розоватый оттенок. Все, как она хотела.
— Прекрасно, у вас металлический дракон, миз Голд, — профессор осторожно взял у нее новорожденного. — И это тоже самец.
— Как? — улыбка исчезла с лица Юны. Ее глаза расширились в удивлении. — Разве это не самка?
— Самый что ни на есть самец, — ответил профессор. — Смотрите, как утолщен у него хвост у основания. И подщечные мешочки есть. Мы ведь с вами проходили это, миз Голд. Ваш дракон, без сомнения, самец. Прямо яркий его пример.
— Но он же розовый… — протянула Юна.
— Как раз у металлических самцов иногда и встречается этот цвет в окраске, — усмехнулся Лагер, — и никогда у самок. Но вскоре и он видоизменится, скорее всего, в сторону красного или лилового. А теперь поспешите в купальни, миз Голд.
Юна, все ещё заметно пребывая в растерянности, забрала скоро дракона и отправилась вслед за Фирсом.
— Так, а кто тут у нас? — профессор уже был около Люка.
Тот помогал избавиться своему новорожденному дракону от остатков скорлупы. Даже издалека было видно, что его подопечный — древесный дракон. Об этом говорил охристо-желтый окрас без явного блеска и характерные коричневатые шипы на шеи.
— Древесная самка, — сам объявил Люк, осторожно покрутив своего дракона.
— Вы правы, — профессор удовлетворенно кивнул.
— Мы тоже уже все! — позвал взволнованный Рик. У него на руках отряхивался дракончик лазурного цвета. — Кажется, водный.
— Водный, водный малыш, — подтвердил профессор Лагер. — Видите, чешуйки едва различимые? И это тоже… Самец. Поздравляю вас, мирг Тодд.
— Благодарю, — Рик бережно прижал к себе дракона и помчался к купальням.
— Мирг Мур, вижу, вы тоже уже можете нам похвастаться своим новорожденным? — благодушно обратился профессор к Винсенту.
— Кажется, да, — Винс поднялся, держа на руках комочек рубинового цвета.
— Неужели, огненный? — профессор спешно приблизился к нему. — Такая редкость. Видите этот мягкий волнообразный гребень? Он не из твёрдой костной ткани, как у других видов, а эпителиальных нитей, похожей на шерсть.
— Как лошадиная грива, — сказал кто-то.
— Именно. И на хвосте кончик — точно стрела. В нем образуется ядовитое вещество, не забывайте об этом. У вас самка, мирг Мур. Поздравляю, — профессор улыбнулся. — Теперь, с большой долей вероятности, вам дорога в королевский боевой эскадрон.
Винсент широко улыбнулся в ответ:
— Спасибо, профессор.
13.2
Время близилось к обеду, и у Джо тоже наметился прогресс. Бекки между тем готовилась к появлению своего дракона: скорлупа яйца уже вся была покрыта трещинами и ходила ходуном.
— Активный малыш, — усмехался профессор, проходя мимо. — Старается.
Вскоре в скорлупе образовалось отверстие, и в нее проснулся кончик закругленного травянисто-зеленого хвоста.
— Кажется, у меня тоже древесный, — Бекки с радостью и одновременно испугом посмотрела на меня. — Похоже, мне все же суждено быть целителем.
Я знала, что в глубине души она хотела именно этого, но боялась, как такое могут воспринять родители. Они мечтали видеть ее в числе стражей, патрулирующих окрестности королевского дворца. Мирг Линдсей даже место успел ей там подыскать через свои связи. Целителем же он ее даже не представлял.
— Поздравляю, — я быстро обняла ее, а потом мы вместе стали помогать дракончику освободиться. Он был ярко-зелёным с брюшком светлее на несколько тонов.
— Это самец, — заметила Бекки. — Я ведь права? Вот и подщёчные мешочки…
— Все верно, миз Линдсей, — наклонился к нам профессор Лагер.
Бекки просияла и вновь глянула на меня:
— Ну, я пойду, да?
— Конечно, беги скорее, — подбодрила ее я.
— Твой тоже вот-вот появится, уверена, — сказала она мне и, подхватив своего дракона, отправилась в купальни.
Вылупление малыша Джоанны было ещё на половине процесса, и я вернулась к своему яйцу.
— Видишь, уже многие твои сородичи купаются в теплой водичке, — обратилась я к нему, — и греются на солнышке.
— У вас водяный самец, миз Линдсей, поздравляю, — донесся до меня голос профессора, который стоял над Сарой и ее зеленовато-голубым новорожденным драконом. — Мирг Мален, что там у вас? Ещё не вылупился?
— Уже скоро, — отозвался Гай Мален.
Ну вот, и там уже скоро… Я подавила непрошенный вздох.
— Сегодня обед с доставкой! — на пороге Колыбельного дома появился наш повар Бобо. — Кто проголодался?
Проголодались, похоже, все, потому что с радостью накинулись на принесенные сэндвичи, печенье и чай. Одна из корзин Бобо быстро опустела, вторую же он понес к купальням, где его ждали не менее оголодавшие хранители, чьи драконы уже появились на свет.
Я только доела свой сэндвич, когда увидела на своем яйце маленькую трещинку. Неужели!
— Давай, я очень жду тебя, — шепотом подбодрила я его.
Потом заметила, что Джоанна пытается помочь своему дракону вылезти наружу. Тот пробил слишком узкую щель, и подруга старалась расширить ее с сосредоточенным выражением лица. Наконец ей это удалось, и изнутри выскользнул, точно серо-голубая ящерка, дракон. Он отличался от других малышей особым изяществом и красивыми, будто покрытые инеем, крыльями.
— Воздушный! — воскликнули мы с Джо одновременно и улыбнулись друг другу.
— Самка, — определила Джо.
— Она красавица, — добавила я.
— Мы с ней облетим весь мир! — я ещё никогда не видела Джоанну такой счастливой.
— Прекрасные планы, миз Джей, — подошёл к ней профессор. — Только поспешите к купальням, чтобы ваш дракон не замёрз. Миз Рафор, как у вас дела?
— В ожидании, — отозвалась я, показывая на новые трещинки, которые узором разбегались по скорлупе моего яйца.
— Прекрасно, значит, к ужину все завершится, — он довольно потер ладони друг о друга.
Я обвела взглядом Колыбельный дом: кроме меня ожидали появления своих драконов ещё три хранителя. Весь пол был покрыт разноцветными осколками скорлупы, и среди них по-прежнему расхаживал профессор Лагер. Двери Колыбельной стояли открытыми нараспашку, и иногда мимо них проходил кто-то из преподавателей или стражей. И я вдруг поймала себя на том, что думаю о Шейне. О том, что сегодня его ещё не видела, но мне этого бы хотелось. Ведь сегодня такой важный день. Я тряхнула головой, отгоняя эти странные и глупые мысли. С чего бы Шейну сюда приходить?
Но тут моё яйцо качнулось, потом ещё разок, и по скорлупе побежала уже более глубокая трещина. Постепенно она стала расходиться, становясь шире.
— Давай, давай! — я тотчас забыла и о Шейне, и обо всем остальном, сосредоточившись на происходящем.