Усмиритель душ (СИ)

 Чжао Юньлань вспомнил об их первой встрече.
 Похоже, у них с Шэнь Вэем ещё до того откуда-то существовала прочная и глубокая связь.
 Но откуда?
 Он надолго затерялся в мыслях и очнулся, только прикончив сигарету. Затушив её, Юньлань бесцеремонно выбросил окурок в окно, и тот ударился о череп. Череп окрасился чёрным и перестал двигаться.
 До десяти лет Юньлань никого толком не знал, так что в этот период времени ничего произойти не могло. А чем старше он становился, тем яснее и ярче становились его воспоминания: Юньлань всё помнил чётко и последовательно.
 Существовали, конечно, способы воздействия на чужую память: гипноз, например, и другие секретные техники. Но единственное, чего можно было таким образом добиться, — это не дать жертве вспомнить, дотянуться до изменённых воспоминаний. Человеческий опыт слишком сложен, чтобы кто-то, кроме самого человека, мог в деталях вспомнить, что произошло.
 Например, если кто-то попал в аварию, этот кто-то может, оглянувшись назад, вспомнить, что в тот день он куда-то опаздывал. А почему? Потому что отравился и сидел на унитазе. Почему? Потому что сожрал слишком много жирного. А зачем? Чтобы истратить заканчивающийся купон доставки еды.
 Если продолжить цепочку, то можно вспомнить, кто дал тебе этот купон: знакомый или случайный прохожий на улице, и так далее.
 Каждое мгновение в памяти — это звено в цепочке событий. Каким бы умным ты не был, невозможно вычислить все звенья до последнего и аккуратно подправить каждое из них.
 Если в твоей памяти кто-то ковырялся, то детали будут размыты, а если вспомнить о них, то они непременно покажутся тебе странными.
 По удачному стечению обстоятельств Чжао Юньлань в памяти прекрасно разбирался.
 С самого детства ему было известно, как важна и хрупка человеческая память. Одним из первых уроков, когда Да Цин передал ему Орден Хранителя, был обязательный учёт воспоминаний с помощью медитации.
 Чжао Юньлань был совершенно уверен, что раньше они с Шэнь Вэем не встречались.
 Значит… Неужели такой порядочный и харизматичный профессор Шэнь на самом деле сталкер, который уже давно в него влюблён? Глупости: Чжао Юньлань прекрасно понимал, что это невозможно. Если из них двоих кто-то и был жутким преследователем, то только он сам.
 А может, «Шэнь Вэй» — просто прикрытие, и никакой он не человек.
 Чжао Юньлань о нём ничего не знал и не мог узнать, так что варианта было всего два: либо Шэнь Вэй — совершенно обычный человек, либо максимально необычный.
 Три часа прошли очень быстро, и к моменту, как небо загорелось рассветом, черепа все повалились на землю, перестав шевелиться. Жуткое пламя тоже улеглось.
 Чжао Юньлань вышел на улицу убедиться, что солнце взошло, и призраки исчезли, а затем вернулся в дом, чтобы вздремнуть у стены.
  
 «Когда проснусь, — подумал он про себя, — обязательно поговорю с Шэнь Вэем.»
 И быстро провалился в сон, думая о нём. Вся эта суматоха его здорово вымотала.
 Чжу Хун разбудила его через час.
 Чжао Юньлань понял, что кто-то укрыл его пледом, и немедленно попытался отыскать взглядом Шэнь Вэя, но Чжу Хун его отвлекла.
 — Шеф Чжао, — обеспокоенно спросила она, — где Ван Чжэн?
 Глава 33. 
 Что? 
 Чжао Юньлань попытался взять себя в руки. Мысли были вязкие и тягучие, будто склеенные; веки потяжелели.
 — Ван Чжэн? — Он потёр переносицу, с трудом моргая. Сознание расплывалось. — Я проспал меньше часа… её нет?
 Чжу Хун окинула его внимательным взглядом.
 Она знала шефа Чжао много лет: даже устав, он спал довольно чутко. А сейчас они и вовсе находились посреди снежной пустыни, окружённые черепами, а он, тем не менее, крепко уснул? Такого прежде не случалось. Быть беспечным — не то же самое, что быть бессердечным.
 Чжу Хун склонилась ближе и принюхалась.
 — Какого?..
 — Не шевелись. — Чжу Хун откинула одеяло и тщательно провела рукой по его кромке. На пальцах осталась коричневая пыль, понюхав которую, она, наконец, поняла. — Тебя одурманили.
 Головокружение сменилось глухотой. Юньланю казалось, что все звуки будто не могут пробиться сквозь толстую стену. Когда до него наконец дошёл смысл слов Чжу Хун, он лишь выругался.
 — Да чтоб меня!
 Всё происходило слишком быстро. Юньлань ещё не понял, что выбесило его сильнее: что Ван Чжэн опоила его, или что одеялом его укрыл не Шэнь Вэй.
 — Дай мне минералки, — мягко попросил Юньлань. — Желательно, холодной.
 — Не то чтобы у нас была горячая.
 Чжу Хун передала ему замёрзшую бутылку, предварительно стряхнув с неё лёд.
 Юньлань отпил немного, а остаток, нахмурившись, вылил себе на голову.
 — Ты псих!
 — Что ты делаешь?!
 Это Чжу Хун и Шэнь Вэй выпалили одновременно.
 Шэнь Вэй хотел его остановить, но стоял слишком далеко. Пусть даже Чжао Юньлань и поймал его за тем, что он разглядывал его спящим, Шэнь Вэй всё ещё старался соблюдать дистанцию.
 — Линь Цзин, ты остаёшься. Приглядишь за профессором Шэнем и студентами, — сказал Юньлань, выплёскивая остатки воды себе в лицо. Набросив куртку, он вышел за дверь и отшвырнул бросившийся под ноги череп. — Остальные — за мной!