Усмиритель душ (СИ)

 Ледники становились всё ближе, и с горной вершины вдруг брызнул яркий свет — и сразу пропал.
 Чжао Юньлань включил фары. Шэнь Вэй молча сидел рядом с ним, опасаясь отвлекать водителя. Машина двигалась медленно, зачёрпывая колёсами сугробы, и вокруг была сплошная белизна, сквозь которую периодически проглядывали серые тени камней.
 Белый снежный плащ, одевающий горный хребет, до последней минуты отражал яркое закатное небо.
 Пока оно не потемнело окончательно.
 Двумя студентами в машине были рыжеволосая староста и мальчик в очках. Он тихо спросил Шэнь Вэя:
 — Профессор, мы успеем добраться до места? Где будем ночевать?
 Шэнь Вэй медлил с ответом, и Чжао Юньлань ответил вместо него:
 — Не переживай, Речная Деревня уже близко, мы почти на месте, но…
 Его прервала очередная вспышка яркого света впереди, и Юньлань, нахмурившись, остановил машину.
 — Что-то с машиной? — нервно спросила рыжеволосая староста.
 Шэнь Вэй покачал головой:
 — С машиной всё в порядке, но впереди есть какой-то источник света.
 — Ты тоже его видишь? — тихо спросил Чжао Юньлань.
 Они посмотрели друг на друга и резко помрачнели.
 Ощутив перемену настроения, студентка спросила:
 — Может, это фонарь?
 — Фонарей тут нет. Сидите смирно, — приказал Чжао Юньлань. — В сумках есть шоколад и вяленое мясо, перекусите, если проголодались.
 Открыв дверь, он выбрался наружу, и Шэнь Вэй последовал за ним.
 Ветер утих, но температура значительно упала. Воздух промёрз насквозь: это был не тот холод, который медленно забирается под одежду. Подобный мороз мгновенно пробирает до костей. Вокруг было тихо: ни ветерка, ни снежинки.
 Чжао Юньлань сделал несколько лёгких шагов вперёд.
 Где-то вдалеке снова моргнул свет, словно бумажная лампа.
 Он был на верном пути.
 Расширив глаза, Юньлань бросился назад, распахнул дверь и заставил Шэнь Вэя вернуться в машину. Обернувшись, он посигналил другим оставаться на своих местах и не двигаться, а потом тоже забрался внутрь и запер двери.
 Свет блеснул ещё ближе, и в воздухе проступили очертания человеческих фигур.
 Обернувшись к студентам, Чжао Юньлань тихо сказал:
 — Ни звука, что бы вы не увидели. И не приближайтесь к окнам. Ни звука!
 Боковые стёкла быстро запотели, и только переднее, по которому ездили дворники, осталось чистым. К ним медленно приближалась небольшая толпа, ведомая существом с бумажной лампой. Среди них были люди всех возрастов, и каждый из них выглядел просто ужасно — словно все они торопились сбежать от неизвестного несчастья.
  
 Так много людей… Откуда они здесь взялись?
 Дрожа, староста тихо спросила:
 — Кто эти люди?
 — Это не люди. — Чжао Юньлань понизил голос. — Они духи войны.
 Девчонка зажала себе рот, глядя на чужие пустые лица: израненные и без единой эмоции. У предводителя с фонарём и вовсе не было лица, только высокая шляпа, закрывающая его до самого подбородка. Ослепительно белая, его фигура словно была склеена из бумаги.
 Его ноги и плечи не двигались, а тело парило над землёй, как умирающий воздушный змей.
 Проходя мимо машины Чжао Юньланя, фигура с фонарём дважды ему поклонилась. Юньлань кивнул в ответ, и процессия продолжила двигаться, медленно продвигаясь вдоль горной дороги.
 Когда они исчезли, Чжао Юньлань выскочил из машины и вытащил из багажника факел.
 — Там что-то случилось, — сказал он Шэнь Вэю, — я схожу посмотреть, а ты присмотри за детишками.
 Шэнь Вэй невольно нахмурился, и Чжао Юньлань взял его за руку. Пальцы у профессора были ледяные, и Юньлань немедленно ощутил горячую волну желания защитить его от всех бед.
 — Не хмурься, — мягко попросил он. — Всё будет хорошо.
 Глава 29. 
 Снова начал завывать ветер, взметнул снег из-под ног и закрутил вихрем, остро врезавшимся в лицо.
 Фигура Чжао Юньланя исчезла в снежном вихре, и только огонь его факела слабо мерцал вдали.
 Через двадцать минут он не вернулся, и Шэнь Вэй не выдержал.
 — Не двигайтесь и не выходите из машины, — сказал он студентам. — Дайте мне факел. Я пойду за ним, и мы скоро вернёмся.
 — Профессор, что-то случилось? — взволнованно спросила староста.
 Шэнь Вэй поколебался — его глаза тускло блестели за стёклами очков — и сказал ровным тоном:
 — Нет. Я же здесь, разве я могу допустить, чтобы с ним что-то случилось?
 Он открыл дверь и вышел из машины.
 — Но я ведь не об этом спрашивала, — растерянно сказала староста парню в очках. — Я спрашивала, случилось ли что на дороге, и можем ли мы ехать дальше.
 — Я знаю, — кивнул парень.
 Студенты посмотрели друг на друга, и вдруг с ужасом осознали кое-что… ну, кое-что такое, чего не должны были понять.