Усмиритель душ (СИ)

 Сообразив, что происходящее здорово вредит его имиджу, Юньлань встал, держась за спинку кресла, и бочком выскользнул из кабинета.
 А Да Цин, лизнув лапку, уставился на Шэнь Вэя.
 — Ты человек?
 Шэнь Вэй уставился на него в молчании.
 — Меня интересует сам факт, — объяснил Да Цин, — остальное не имеет значения. Понимаешь меня? Ты человек или… Нечто иное, ну?
 Вопрос ударил по больному, и Шэнь Вэй, помедлив, медленно покачал головой.
 Да Цин, однако, довольно мурлыкнул:
 — Не человек… Хорошо. Этот пацан… Ведёт себя, как мудак, но на деле он совсем не такой. И ты ему очень нравишься, так что постарайся не обмануть его доверия.
 Шэнь Вэй мягко улыбнулся и сказал, выделяя голосом каждое слово:
 — Пока он не прогонит меня, я никогда не подведу его, в жизни или в смерти.
 Да Цин, уставившись ему в глаза, разглядел в их кромешной тьме чудовищную, неописуемую нежность и искренность. Он уже много-много лет не видел столь глубоких и честных эмоций; на мгновение это очаровало его до глубины души.
 Вернулся Чжао Юньлань, держа в руках телефон, и Да Цин спрыгнул ему под ноги.
 — Чего хотела госпожа? — поинтересовался он, обходя шефа по кругу. — Хочу поесть её жареной рыбки!
 — Отъебись, — отмахнулся Юньлань, — и вообще, хватит ко мне лезть, проваливай отсюда, — и для верности отпихнул кота носком ботинка.
 Да Цин в отместку вцепился когтями ему в джинсы и не отпустил, даже когда Юньлань раздражённо потряс ногой.
 — Хочу! Жареной! Рыбки!
 — Ладно, прихвачу тебя с собой, надоедливый ты кошак, — буркнул Чжао Юньлань и наощупь ухватил Да Цина за загривок, шлёпнув его по толстому кошачьему заду. — Вечером первого дня года. Мама сказала, что ты уже и так достаточно пожил, и наверняка тебе немного осталось. Велела обращаться с тобой получше. А я, — Юньлань обернулся к Шэнь Вэю, — попросил её разрешения привести гостя. Ты свободен? Другие планы? Хочешь пойти со мной?
 Шэнь Вэй так изумился, что долго не мог найти слов.
 — Я… Лучше не стоит. Это же новый год, а я посторонний человек, так что…
 — Посторонний? — Юньлань насмешливо вскинул бровь. — Ты что, решил бросить меня?
 Шэнь Вэй потрясённо замолчал.
 Да Цин покачал головой и молча улизнул из кабинета, не забыв плотно затворить за собой дверь. Кое-кому в этой комнате отчаянно не хватало приличия.
 Нужно ли говорить, зная Чжао Юньланя и его бандитскую натуру, что к тому времени, когда пора было собираться на фестиваль, он уже умудрился переубедить Шэнь Вэя и добиться его согласия?
  
 Они вышли на Античную улицу; Чжао Юньлань откуда-то раздобыл тёмные очки и трость для незрячих. Шэнь Вэй направлял его одной рукой, а в другой нёс блестящую коробочку с четырьмя отделениями. В первом лежали собранные в горах грибы линчжи и листья дорогого зелёного чая, во втором — античные инструменты из золота и нефрита. В третьем хранился драгоценный жемчуг и драконьи усы со дна океана, а в четвертом — чёрное золото и железа из глубин преисподней. Небольшая с виду, эта коробочка на самом деле весила несколько сотен килограмм.
 Западного выхода с Античной улицы на самом деле не существовало: там был тупик, и большинство магазинчиков уже успели закрыться. Только тускло светился красный бумажный фонарь на ветке софоры, окутывая стены пёстрым сиянием.
 Стоило им пройти мимо красной лампы, и прямо из воздуха перед ними появилась карета, запряжённая пустотой. С облучка соскочила высокая, худая фигура, одетая в старомодный костюм; лицо этого «человека» было на самом деле лисьей мордой, которую издали можно было принять за мохнатую маску.
 Спрятав когтистые лапы в золотых рукавах, лис уставился хитрыми глазками на коробку в руках Шэнь Вэя и низко поклонился:
 — Добро пожаловать, уважаемые гости. Прошу пройти со мной.
Примечание к части В этой главе и далее будет присутствовать много отсылок к китайской мифологии и её персоналиям. Мы постарались разыскать и корректно перевести каждую из этих отсылок, но если какие-то из них не соответствуют правилам прочтения или переведены неверно, мы будем рады внести необходимые коррективы.
 Помните, что Прист (согласно её собственному примечанию) достаточно вольно обращается в этой новелле с классической китайской мифологией, а мы, в свою очередь, постарались сделать сюжетные линии, связанные с ней, доступными для читателя.
 Спасибо, что читаете ❤️ Глава 63.
 Ярмарка волшебных существ обычно состояла из множества разных блоков, по одному на каждый клан, как было заведено в стародавние времена в человеческих деревнях. Проходила она ежегодно, и кое-где отчаянно бурлила жизнь, но по большей части происходящее не привлекало ровно никакого интереса.
 Дороги города Дракона вились сложной сетью слияний и перекрёстков и были перегружены настолько, что горожане ежедневно застревали в опостылевших пробках, если им чудом удавалось избежать аварии. Тротуары тоже бурлили жизнью, заполненные суетливыми толпами людей.
 И всё же ярмарка волшебного народца в городе Дракона была одной из самых маленьких в этой области.
 Пусть среди жителей и водились совершенно разномастные люди, и стены города Дракона полнились разнообразными тайнами и легендами, для волшебных кланов это место было не слишком подходящим. Без привязки к живым или не будь необходимости пополнять карму, большинство волшебных существ не стали бы здесь жить. Для своего же блага.
 Из-за того, что спецотдел Чжао Юньланя находился именно в городе Дракона, среди волшебных кланов у него имелось множество информаторов, и некоторых из них он даже считал хорошими друзьями. Однако на их ярмарку его ещё ни разу не звали. По сути, в этот день волшебные кланы со всей округи собирались вместе, чтобы отпраздновать окончание года, и несмотря на свои связи, для Чжао Юньланя было бы неправильно забыть о манерах и присоединиться к празднику в качестве чужака.