Формула фальшивых отношений (ЛП)

По какой — то причине не странно находиться в его пространстве. В его гостиной прибрано, на длинном обеденном столе аккуратные стопки бумаг. Он помогает мне настроить подключение к интернету, затем оставляет меня с моей электронной почтой, пока сам принимает душ. Мы заказываем доставку еды в номер и делимся пулькоги из говядины с рисом, несколькими овощными блюдами и очень острым куриным соусом, от которого у меня слезятся глаза, а Оливер смеется надо мной. Мы съедаем сладкий рисовый пирог, хотя я почти наелась, чтобы его есть, затем растягиваемся на удобном диване, смотря “Крепкий орешек” и препираясь, кто из злодеев лучший.
У меня никогда не было такого парня, как Оливер, — фальшивого или нет. Как бы странно ни было поначалу проводить с ним время, сейчас это легко. Он такой целеустремленный в своей профессиональной жизни, что кажется, будто он особенно сильно расслабляется, когда не на работе, и я не хочу нарушать этот распорядок ради него, поэтому, хотя мне не терпится взять свой ноутбук и приступить к выполнению своих задач, я растягиваюсь рядом с ним и позволяю себе последний свободный вечер, прежде чем снова начнется безумие.
ГЛАВА 27
Элли
Я просыпаюсь в тепле и уюте от мягкого рокочущего звука. Я моргаю, пытаясь понять, что происходит. В комнате темно, и мне требуется мгновение, чтобы узнать в ней гостиную Оливера. Урчание исходит из груди Оливера, а теплое одеяло, накинутое на меня, — это он, обнимающий меня сзади.
Я не хочу двигаться. Это слишком приятно, слишком близко к тому, чего я давно хотела, но боялась просить. Я прижималась к Оливеру или он сам устроился рядом со мной? Может быть, нас притягивало друг к другу, притягивала сила, превосходящая нас самих.
Но не будет ли неловким утро, если мы проснемся здесь вместе? Я ерзаю, пытаясь высвободиться из — под руки Оливера, но он дергается во сне, затем перестает храпеть. Постепенно я чувствую, как он просыпается у меня за спиной. Напряжение проникает в его мышцы, дыхание учащается, и, наконец, он убирает мои волосы со своего лица, где они, должно быть, почти душат его.
Я поворачиваюсь, стараясь не ткнуть Оливера локтем. В итоге мой нос упирается ему в грудину, поэтому я фыркаю и приподнимаюсь, пока мы не оказываемся лицом к лицу. В темноте я едва могу разглядеть его черты, но мы находимся в центре оживленного, залитого неоновым светом мегаполиса, и жалюзи на окнах открыты, поэтому я вижу, как его губы растягиваются в улыбке.
— Твои волосы в беспорядке, — бормочет он. Он заправляет прядь волос мне за ухо и добавляет: — Ты такая красивая.
Мы разделяем ещё один вдох, затем я нежно прижимаюсь своими губами к его. Это медленный, сонный поцелуй. Оливер открывает рот и проводит своим языком по моему, и моё тело оживает. Мы прижаты друг к другу с головы до ног, наши тела излучают тепло, наши сердца бьются в унисон. Оливер скользит бедром между моих ног. Он твердый, его член восхитительной, твердой длины прижимается ко мне, и я издаю стон, когда он касается моего естества.
Этот звук действует как катализатор, ускоряя наши движения, придавая страстность каждому поцелую. Оливер ложится на меня сверху, поддерживая большую часть своего веса, демонстрируя силу, учитывая, что он проснулся всего несколько минут назад. Затем я обхватываю ногами его талию и тяну вниз, пока он не устраивается между моих бедер и не перекатывается своими бедрами поверх моих.
Его спортивные штаны не делают ничего, чтобы скрыть его эрекцию. Я хватаюсь за его шею сзади одной рукой, удерживая его на месте, а другую просовываю между нашими телами, чтобы обхватить его член.
Он дергается в моей хватке.
— Чёрт, Элли.
Пошарив в темноте, он задирает мою толстовку и снова ругается, осознав, что на мне нет лифчика — раньше я не беспокоилась об этом, потому что думала, что выйду в вестибюль всего на минуту. Он наклоняется, чтобы взять в рот один сосок, и я выгибаюсь под ним, ощущение проносится от моей груди прямо к моей сердцевине.
— Снимай, — требую я, стаскивая с него футболку, и он одним движением стягивает её через голову. Я смотрю на него, во рту внезапно пересыхает. — Это так горячо.
 
Он смеётся, затем помогает мне сесть, чтобы снять с меня толстовку, и бросает её на пол.
— Я рад, что ты одобряешь.
Он один из лучших спортсменов в мире, офигенная модель нижнего белья, и он весь мой.
Я прижимаю ладони к твердым мышцам его груди и провожу ими вниз, к животу.
— Я думала об этом уже несколько недель.
Он наклоняется обратно, чтобы обхватить ладонью мою грудь и ущипнуть сосок.
— Я хотел раздеть тебя догола в тот день на пляже в Дубае, — признается он. — Это бикини чуть не убило меня.
Я смеюсь, но звук превращается в стон, когда он снова втягивает в рот другой мой сосок и проводит по нему зубами. Он работает со мной, пока я не превращаюсь в подергивающееся, тяжело дышащее месиво, затем скользит рукой вниз по моему телу.
— Можно я сниму это с тебя? — бормочет он, задерживая кончики пальцев на поясе моих леггинсов.
Затаив дыхание, я киваю, затем помогаю ему, приподнимая бедра. Он снимает только мои леггинсы, поэтому я замираю на секунду, а затем снимаю и трусики. Я откидываюсь на спинку дивана и раздвигаю для него бедра.
— Господи, ты великолепна, — говорит он низким голосом. Он кладет свои теплые ладони мне на колени и опускает их к бедрам. — Ты влажная для меня, Элли?
Прежде чем я успеваю ответить, он двумя пальцами раздвигает мои половые губы, легко скользя по ним. Его стон становится прерывистым звуком, и он прижимается ко мне, глубоко целуя.
— Оливер!
Он находит мой клитор и проводит по нему кончиками пальцев маленькими кругами, и я ахаю. Он внимательно наблюдает за мной, оценивая мою реакцию, поэтому я даю ему понять, чего именно я от него хочу. Когда он вводит в меня свои пальцы, сначала два, затем добавляет третий, чтобы подготовить меня к его члену, я приподнимаю бедра, чтобы насладиться ощущениями.
— Мне нужно быть внутри тебя, — хрипит он.
Я помогаю ему снять спортивные штаны и трусы, и его член высвобождается, толстый и твердый. Оливер тянется к своей спортивной сумке, брошенной рядом с диваном, и надевает презерватив. Затем он устраивается у меня между ног, и я раскрываюсь ему. Он прижимает свою широкую головку члена к моей киске, медленно продвигаясь вперед. Он большой — достаточно, чтобы мне было трудно взять его, — но мои внутренние стенки растягиваются, принимая его.
Я всхлипываю, когда он касается моей точки G, и он издает задыхающийся смешок, его крупное тело сотрясается надо мной.
— С тобой так чертовски приятно, детка, — он наклоняется, чтобы поцеловать меня, его дыхание обжигает мои губы. — С тобой всё в порядке?
Я хватаю его за плечо одной рукой и впиваюсь ногтями в его бедро.
— Мне нужно, чтобы ты начал двигаться.
— Чёрт, — Оливер прислоняется своим лбом к моему. — Да, я могу это сделать.
В медленном ритме, которым он начинает, кажется, что он дразнит меня, но я понимаю, что он делает — он дает нам время познать друг друга, научиться тому, что доставляет удовольствие. Поэтому я ерзаю под ним, немного приподнимая бедра, пока каждый толчок его члена не попадает точно в нужное место, и звезды не танцуют за моими закрытыми веками.
— Посмотри на меня, Элли, — шепчет он. — Это то, что тебе нравится?
Я киваю, призывая его двигаться быстрее. Оливер ухмыляется, затем хватает одну из диванных подушек и выскальзывает из меня. Он приподнимает мою задницу, даже не напрягаясь, и подкладывает под меня подушку.
— Так лучше?
Он снова медленно входит в меня. Он опускается ниже, его бедра соприкасаются с моими, и хриплый стон срывается с моих губ.
— О, чёрт, это так приятно, — выпаливаю я, когда он отстраняется. — О Боже.
Под этим новым углом я чувствую каждое скольжение его толстого члена, и это невероятно. Я никогда не могла кончить вот так, не прикасаясь к своему клитору, но я чувствую, что могла бы, если Оливер продолжит так делать.