Формула фальшивых отношений (ЛП)
— Спасибо, что привел меня сюда, — говорю я, подходя к краю деревянного настила.
Я снимаю сандалии, спрыгиваю на песок и зарываюсь в него пальцами ног. Хотя я знаю, что песок, должно быть, был привезен сюда людьми, построившими остров, я ценю, какой он теплый и мягкий. Вид тоже неплохой: бирюзовые воды узкого залива отделяют нас от гостиничных комплексов Palm и высоких небоскребов Дубая вдалеке.
— Я подумал, что это меньшее, что я могу сделать, поскольку ты застряла со мной на следующие десять месяцев, — Оливер присоединяется ко мне на песке. — И я хотел провести день вдали от всего этого, прежде чем начнется настоящая работа.
Официант приносит наши напитки и ставит их на стол, затем снова уходит. Голоса других посетителей пляжа слышны достаточно слабо, чтобы у меня возникло ощущение, что мы одни, впервые по — настоящему одни.
— Пора наносить солнцезащитный крем, — внезапно говорит Оливер, вырывая меня из моих мыслей. — Давай.
— Что? — я поворачиваюсь, чтобы посмотреть, как он роется в своей сумке. — Я нанесла свой в отеле.
Но он появляется с флаконом SPF 50 и указывает им на меня.
— Это было по крайней мере час назад. Ты же не хочешь идти туда без защиты.
Я делаю глубокий, укрепляющий вдох, затем снимаю сарафан.
— Прекрасно. Хотя я не думала, что ты будешь так волноваться. Мужчины обычно не…
Я останавливаюсь, потому что Оливер смотрит на меня, всё ещё держа в руке лосьон. Я не вижу его глаз из — за солнцезащитных очков, но мускул на его челюсти подергивается, и он больше не двигается. На мгновение я начинаю беспокоиться, что у меня что — то не в порядке с гардеробом, поэтому опускаю взгляд на себя, чтобы посмотреть, не выпирает ли грудь или что — то в этом роде, но это всего лишь моё бикини.
Когда я снова поднимаю взгляд, Оливер, кажется, восстановил свой прежний контроль.
— Э — э, да, — говорит он, затем прочищает горло. — Представь, что твоя спина сильно обгорела, а потом тебе приходится часами натягивать пропотевший спортивный костюм.
Я сочувственно вздрагиваю и протягиваю руку, чтобы он мог налить немного лосьона мне на ладонь.
— Звучит так, будто ты говоришь по собственному опыту.
Он быстро снимает футболку и намазывает лосьоном руки.
— Недалеко отсюда есть место, где можно взять напрокат большого воздушного змея и заняться серфингом. Ходил с Адамсом и командой несколько лет назад и не надел футболку для защиты, потому что кому она нужна, верно? — ухмыляется он, затем качает головой. — После двух часов пребывания в море, где ты не чувствуешь ожогов, потому что постоянно промокаешь, я весь покраснел. Я помню, это был первый сезон Дианы, и она уложила меня лицом вниз на свой стол, обложив холодными компрессами, и всё время ругала меня. Хёрст чуть не лопнул, когда увидел меня.
Я смеюсь, представляя серьезного отца Беллы с пеной у рта.
— Ты разве не из Калифорнии? Значит, ты не серфер?
— Я там живу, — говорит он. — Но вообще — то я родился в Англии.
Кажется, я где — то читала об этом. Насколько я помню, его мать британка, но его отец был американцем. Но прежде чем я успеваю расспросить его подробнее об этом, он берет меня за руку и наливает ещё одну щедрую порцию лосьона мне на ладонь.
— Ты можешь намазать мне спину? — спрашивает он и поворачивается ко мне спиной.
Я смотрю на мышцы, перекатывающиеся под его загорелой кожей. Так. Много. Мышц.
— Кин? — он оглядывается через плечо, затем выражение его лица меняется. — О, чёрт, прости. Это неуместно. Забудь об этом. Просто…Я вижу там душ, можешь смыть это.
— Нет, — говорю я, отлепляя язык от неба. — Нет, всё в порядке. Всё в порядке. Просто повернись в другую сторону, пожалуйста.
Мой голос звучит слишком властно, но Оливер делает, как я говорю, и больше не протестует. Я размазываю лосьон между ладонями, задерживаю дыхание, затем кладу руки на его спину. Если бы я не была так сосредоточена, я бы пропустила то, как он напрягается под моими прикосновениями, как напрягаются его мышцы. Он делает вдох и расслабляется.
Я стараюсь, чтобы мои прикосновения были как можно более безличными, поэтому не задерживаюсь на тепле его кожи или очаровательных, едва заметных ямочках чуть выше пояса его шорт. Неважно, как сильно мне хотелось бы провести большими пальцами по изгибу его позвоночника и почувствовать там сопротивление, я не позволяю себе этого, потому что не хочу переступать границы дозволенного.
Однажды летом в старших классах я работала администратором в местном гараже без кондиционера, запертая на весь день в стеклянной коробке офиса. Я чуть не умерла тогда от теплового удара, но я почти уверена, что тот случай не сравнится с этим. Моё лицо, кажется, вот — вот вспыхнет пламенем, в животе разливается жар, и, конечно же, мои ладони оставят следы ожогов на коже Оливера…
Сосредоточься.
Я на мгновение зажмуриваю глаза, затем заставляю себя успокоиться. Как только белые пятна исчезают, я откашливаюсь и поворачиваюсь к нему спиной, чтобы он не видел выражения моего лица.
— Твоя очередь.
Тихий выдох Оливера — единственное предупреждение, которое я получаю. Его ладони крепко сжимают мои плечи, затем скользят по верхней части спины. Я стараюсь не задерживать дыхание, когда он дотягивается до бретелек моего бикини. На мгновение один из его пальцев проскальзывает под лямку на спине, и я могу поклясться, что он произносит почти неслышное “Чёрт”. Но я не оборачиваюсь, пока он не проделывает то же самое с нижней частью моей спины.
Хорошо, что верх моего бикини с подкладкой, потому что мои соски неуместно напряжены, хотя я прекрасно знаю, что ничто из того, что только что произошло, не должно было быть сексуальным.
— Хочешь поплавать? — спрашивает Оливер более хриплым голосом. Он прочищает горло. — Или мы можем остаться здесь, у бассейна.
Я обдумываю варианты.
— Сначала море, — решаю я.
Я делаю глоток пина — колады, жалея, что не выбрала алкогольную, а не безалкогольную версию. Затем я направляюсь прямо к воде, не дожидаясь Оливера, но он догоняет меня в три легких шага. Он улыбается мне, и в этот золотой момент, когда солнце светит ему на лицо, а море за спиной, он такой красивый, что у меня сводит живот.
В моей голове звучит сигнал тревоги, и я снова поворачиваюсь лицом к воде, читая себе строгую лекцию. Последнее, что мне нужно, — это влюбиться в своего коллегу. Мы будем вместе, как он выразился, в течение следующих десяти месяцев. Ради всего святого, сезон ещё даже не начался.
Поэтому вместо того, чтобы потакать своему желанию ещё немного поглазеть на него, я разбегаюсь по мокрому пляжному песку и прыгаю в воду.
ГЛАВА 13
Оливер
Элли заходит в воду, но, похоже, на полпути передумывает нырять, как будто забыла о своих солнечных очках и шляпе. Она совершает странный маневр, похожий на пируэт, размахивает руками, затем теряет равновесие и погружается по нос. Отплевываясь, она стоит на мелководье и стряхивает воду с рук.
Я моргаю, затем взрываюсь смехом, не в силах сдержаться.
— Вау, Кин, я никогда раньше не видел этого движения.
Она краснеет, и, хотя её глаза скрыты за солнцезащитными очками, я знаю, что она смотрит на меня.
— Заткнись.
Я захожу в воду по колено, а затем прыгаю прямо в воду, к черту солнечные очки. Ничто не сравнится с этим первым погружением. Вода смывает напряжение дня. Когда я снова выныриваю, Элли медленно подплывает ко мне, затем погружается в воду и снова встает, хотя на этот раз вода доходит ей до плеч.
И это хорошо. Теперь я могу смотреть на неё без опасности того, что мой взгляд опустится ниже, чем это уместно. Но чёрт. Может быть, я и дисциплинирован в своей работе, но мне потребовалась каждая капля моего самообладания, чтобы удержаться от того, чтобы чуть раньше не коснуться пальцами шеи Элли. Мне пришлось прикусить язык, чтобы сосредоточиться, и все же мой член подергивался в шортах.