Человек «удача»! (СИ)

— Будем учиться контролировать огонь, — обойдя меня, ректор Дакар взял два стула, устанавливая их друг напротив друга, и посмотрел на меня, — садитесь.
Не понимая каким образом мы будем это делать, я молча выполнила указание, опуская на один из стульев и не удержалась от мимолетного взгляда в сторону Шеты. Дракончик сидел, подперев мордочку лапами, и наблюдал за нами, что уже само по себе было странно. Обычно он предпочитал ерзать на месте и клянчить шалостей, но похоже сегодня это было ему не интересно.
Ректор тем временем взял со стола свою кружку и, приблизившись, опустился на стул напротив.
— Возьмите, — я растерянно взяла протянутую мне кружку, сжимая ее обеими руками. Она была ледяной, и напиток в ней, судя по всему, остыл уже давно. Секунда и стул ректора придвинулся ближе, я вздрогнула, когда его колени коснулись моих и еле сдержалась от взгляда за спину, уверенная, что Шета по прежнему весьма пристально за нами наблюдал. Я посмотрела на мужчину, который очевидно уже начал играть на публику.
Неожиданно он вновь взял кружку, положив свои ладони поверх моих, тем самым не позволяя мне ее отпустить, и прижимая руки еще крепче к ледяной поверхности.
— Что вы чувствуете? — спросил он, удерживая мои руки вместе с кружкой и подавшись вперед.
Что я чувствую? Замешательство. Неловкость. Недоумение. Какое из чувств назвать? И вместе с тем был страх сделать что-то не так и раскрыть игру ректора, ведь сейчас я действительно не понимала, что же должна была чувствовать.
— Кружка, — его голос ворвался в мои хаотичные мысли, и я сбросила с себя наваждение.
— А? — растерянно переспросила, посмотрев на наши руки.
— Кружка, — терпеливо повторил он.
И стало ясно, какой ответ от меня требовался.
— Она холодная, — ответила я.
— Да. И это можно исправить. Я хочу, чтобы вы подогрели напиток внутри. В действительности это сложнее, чем просто спалить дотла, например, этот кабинет. Нужно использовать лишь малую толику частицы огня для этого элементарного действия и в этом главная сложность. Рассчитать нужную силу стихии и остановиться вовремя.
Из его уст эта тонкая работа казалась для меня невыполнимой.
— Разве я смогу? — напряженно спросила я, вспоминая как сама загораюсь как факел от того что не могу контролировать силу стихии и ничего не могу с этим поделать.
— Конечно сможете, — уверенный и спокойный голос, разгоняющий сомнения, — но сначала я объясню и покажу как. Вы действуете словно топор, когда не знаете принципа, но всегда вполне успешно повторяете урок или даже подхватываете его на лету. Вы молодец.
Я почувствовала неожиданное смущение и гордость от услышанной похвалы.
— Рано радоваться, — тут же осадил он меня, — сначала нужно согреть эту кружку.
Подавив улыбку, я посмотрела на наши руки, оплетающие ее.
— И что же мне делать? — стараясь полностью сосредоточиться спросила я, позабыв обо всем вокруг.
— Следовать за мной, — голос мужчины опустился до шепота, и я почувствовала, как зашевелились волоски на моей коже, когда магия проснулась.
Руки мужчины стали теплее, приятнее, в то время как кружка под моими пальцами оставалась ледяной. Я видела, как его белоснежная кожа краснеет, и заворожено выдохнула, наблюдая, как по венам течет не кровь, а огонь, распространяя свое тепло.
— Держите кружку крепче, — велел он, и я почувствовала, как его руки ослабляют давление, — стихия спит внутри, нужно ее лишь пробудить и направить, но сделать это нужно мягко и нежно.
Его руки скользнули по моим, поднимаясь вверх и магия всколыхнулась в ответ едва слышным откликом, готовая сорваться в любой момент, как только я ей разрешу.
— Не нужно срывать барьер, когда можно лишь немного приоткрыть дверь, — тихие слова успокаивали, и я прикрыла глаза, сосредоточившись на огне внутри себя.
— Совсем немного, лишь для того, чтобы почувствовать тепло, а не жар.
И я почувствовала тепло, которое медленно заскользило и по моим венам тоже, двигаясь послушно и осторожно к кончикам моих пальцев. Мне показалось, что кружка стала еще холодней, но на деле это мои руки нагрелись, передавая тепло.
 
Я не смогла удержать победную улыбку и открыла глаза. Холода больше не было, было лишь тепло и мои руки так же мерцали красным. От кружки стало подниматься тепло.
Томный вздох рядом заставил меня поднять глаза, и когда я увидела за спиной ректора мордочку Шеты, буквально вытянувшего шею от любопытства, то спокойствия как не бывало. Внезапно кружка стала не просто теплой, а даже обжигающей, мои руки дрогнули, и горячая жидкость опрокинулась прямо на брюки мужчины. В то время как мы с Шетой дружно ойкнули, ректор вскрикнул, вскакивая с места.
— Что ж ты мужика то обварила! — испуганно закричал Шета, начиная махать на ректора крыльями — Тебе за него еще замуж выходить! Ему еще наследников делать!
И в мгновение ока, протянув вперед лапы, сдернул с мужчины брюки. Отлетевшая пуговица с шумом покатилась по полу, рядом на полу оказалась пряжка ремня, как и сами брюки. Мы с ректором застыли, уставившись друг на друга, и я нервно сглотнула, чувствуя себя не в своей тарелке. Единственный, кто не терялся, был Шета, потянувшийся лапами к трусам Дакара.
— Скорей снимай! Надо спасать наследие!
Ректор, опомнившись, весьма резво отпрыгнул от нацеленных на его одежду лап, выпутываясь из остатков брюк.
— Причем тут наследие! — я кинулась наперерез Шете, пытаясь успокоить не на шутку разбушевавшегося дракончика.
— Уйди, ничего ты не понимаешь, кто же мужика кипятком-то поливает да по самому драгоценному!
— Я в порядке, — поспешно возразил мужчина, подхватывая с пола брюки и прикрываясь ними, отступил к своему столу.
— Конечно в порядке! Потому что я вовремя среагировал!
Я заметила укатившуюся пуговицу и, подняв ее, двинулась к Дакару, чтобы помочь починить брюки.
— Вот пуговица, — стараясь не смотреть на мужчину, я протянула ему потерявшуюся деталь, — я могу почини…
Громкий стук в дверь перебил мои слова, заставив всех троих замереть на месте и практически перестать дышать.
— Господин ректор, — послышался с той стороны голос Ирмы Кармировны и ручка двери зашевелилась.
— Вы дверь закрыли? — тихо спросил у меня мужчина.
— Нет, — пискнула я, наблюдая, как та начинает открываться.
Я даже опомниться не успела, как меня схватили и, пригнув голову, пихнули под стол. Стул жалобно скрипнул, когда на него с размахом опустился ректор с брюками на коленях.
Я застыла в неудобной позе, едва дыша и стараясь себя не выдать. Голые ноги ректора, практически не прикрытые свисающими штанами были у мен прямо перед носом, что создавало особую атмосферу… неловкости. Хлопок двери заставил вздрогнуть, а потом послышался бодрый цокот каблуков приближающейся столу женщине.
— Господин ректор! Наконец-то я вас нашла! — судя по звукам, женщина целенаправленно продолжала приближаться к столу.
— Ходют тут, когда не ждут, — раздался ворчливый голос Шеты и шаги тут же прекратились.
— Простите? — голос ее обрел грозные нотки, и я готова была поклясться, что Шета удостоился уничтожающего взгляда. После того как он разбив окно ввалился в ее кабинет прямо посреди урока, дракончик явно попал в черный список, а выбраться из него было очень непросто, даже если ты питомец самого ректора.
— Шета, — голос мужчины прозвучал предостерегающе, и я была уверена, что от него он получил тоже не самый ласковый взгляд, только вот я бы на его месте дракончика не расстраивала, кто знает, что он еще может учудить. Но сидя под столом на корточках и уставившись на голые ноги мужчины, трудно было не засмеяться, слыша его серьезный голос. Я зажала рот рукой, подавляя смешок. Картинка была еще та, интересно, каково ему самому сейчас поддерживать официальный вид, сидя за столом без штанов?
— Вам нужно заняться его воспитанием! — надменно заявила Ирма Кармировна, снова начиная приближаться к столу, веселье тут же пропало.