Человек «удача»! (СИ)

— Я? Я… Юна, это не то что… — под моим напором мужчина растерялся, испуганно взирая на гневную меня, я же чувствовала, как огонь начинает подниматься по моему телу.
— Может по вам и сохнет пол академии, но уж точно не я, — гордо заявила я, поджимая губы.
Ректор оторопел, взирая на меня с растерянностью.
— Я хотел предложить сказать, что это было недоразумение,… с другом я улажу, — осторожно заметил он, уставившись на мои волосы. Я поняла, что кончики снова заалели пламенем, но лишь чуть-чуть.
Смутившись своей вспышки, я снова опустилась в кресло…
— Это… нервы, — пробормотала я.
— Понимаю… — отозвался ректор, и в кабинете повисла неловкая тишина.
Я нервно разглаживала подол своего платья, не решая снова посмотреть на мужчину. Он осторожно кашлянул, и когда я из-под опущенных ресниц взглянула на него, то заметила, как он нервно оправил костюм и покосился в мою сторону, покусывая губы.
— Ну… значит… фиктивная помолвка? — осторожно спросил он.
Я облизнула губы, на секунду вспомнив наш поцелуй в саду и сдерживая подступающее смущение. Вцепившись в подол платья, я смяла его.
— Ага… — тихо согласилась я.
И снова повисло неловкое молчание, я теребила платье, а ректор Дакар мялся на месте, пока, наконец, не уселся в свое кресло. Он взял бумаги с края стола, перебирая их, но очевидно даже не читая.
— Так мне идти? — робко предположила я, понимая, что разговор окончен.
— Да, — тихо ответил он, не поднимая на меня глаз, — можете идти.
Тут же подскочив со своего места, я быстро добралась до выхода. Выйдя в коридор, я прошла несколько шагов вперед и, свернув за угол, остановилась и прижалась к стене, пытаясь прийти в себя и осмыслить все, что произошло за столь короткий промежуток времени.
Шалость Шеты раскрылась и теперь получается, что я помолвлена с ректором Дакаром, и вряд ли его радует данный факт. Сама мысль казалась дикой, но сердце от нее начинало колотиться с бешеной скоростью и по телу бежали мурашки. Помолвка. Пусть и фиктивная, пусть только для родственников, но она все равно оставалась помолвкой. И как назло из головы все никак не шел поцелуй в саду. Я коснулась своих губ, проводя по ним пальцами. Все события дня смешались в голове, превращаясь в безумный калейдоскоп. И хотя я изо всех сил пыталась доказать, что нисколько не заинтересована в мужчине, сердце внезапно вновь екнуло. Влипла так влипла… по самые уши.
  
Глава двенадцатая
 
Когда я проснулась на следующее утро, то около минуты оставалась призрачная надежда на то, что все это было просто сном, но когда повернулась на бок, то увидела на стуле снятое вчера белоснежно белое платье без алых всполохов и Айлин, сидящую на кровати. Поджав под себя ноги, она обнимала подушку и гипнотизировала меня взглядом.
— Ну наконец-то! — девушка отбросила подушку, вскакивая с кровати и перемещаясь на мою постель — Сколько можно спать?! Рассказывай!! Как бал? С кем танцевала? Почему у платья совсем другой цвет? И почему у тебя волосы теперь изумрудные!! Новая стихия?!!
Мне захотелось схватить одеяло и спрятаться под ним, потому что все эти вопросы неизменно подразумевали в своем ответе ректора Дакара.
— Эм…. — протянула я, уставившись в горящие глаза подруги, — да, у меня земля проснулась.
— Как? Как? Боже ты теперь нос самому Исару утрешь!
— Я вышла в сад погулять, — на ходу сочиняла я новую историю, понимая, что мне придется рассказать ее еще не раз, а значит и запомнить как следует, — присела на скамейку, цветы красивые были, сорвала бутон, он распустился на моей руке.
— Как красиво, — заворожено ответила девушка, продолжая взирать на меня восторженно, и я начала рассказывать ей про бал, чувствуя стыд за то, что в моих словах почти не было правды.
Заболтавшись, мы пропустили завтрак. Первой опомнилась подруга, я была так занята фильтрацией своего рассказа, что совершенно не следила за временем.
— Ой! Давай собирайся скорее! Ректор Дакар нас убьет! — воскликнула девушка, вскакивая на ноги и стаскивая пижаму.
 
Вылезая из-под одеяла и открывая шкаф, я застыла, после чего решительно взяла зеленую рубашку и улыбнулась, представив, как вытянутся лица окружающих при виде меня. Когда я посмотрела в зеркало, то увидела лишь изумрудные пряди, к моему разочарованию последние отблески огня исчезли из моей внешности. Моя глаза были зелеными, приблизившись к зеркальной поверхности, я всмотрелась в них, ощущая себя кошкой. Земля всегда казалась мне худшей из стихий, но сейчас, пропитанная ее силой насквозь я внезапно осознала, что люблю ее. В отличие от огня, который питал меня яростью, силой, мощью, земля вызывала совсем другие эмоции. Я была фиктивно помолвлена, по академии бегал Исар под экспериментальным любовным приворотом, ну а я просто была ходячей катастрофой, но вместо паники и страха меня наполняло небывалое спокойствие. Отголоски огня пробивались внутрь, пробегая по телу, но сейчас я была полностью во власти земли и почувствовала, что способна взять себя в руки во чтобы то ни стало. Спокойствие, умиротворение и… любовь к миру. Вот, что я испытывала.
Внезапное озарение было словно как удар по голове. Я застыла, вновь уставившись на свое отражение и ярко зеленые глаза. За всеми волнениями дня я так и не поняла, что теперь, помимо домысла у меня было реальное доказательство того, что ректор Дакар владеет всеми четырьмя стихиями.
Касаясь меня ветром, он продемонстрировал, что владеет стихией воздуха, а когда использовал воздушный щит, окончательно это подтвердил. Ректор играючи владел стихией огня, а когда мы случайно склеились, пользовался стихией воды чтобы нейтрализовать воздействие клея. Единственной скрытой стихией, которой не хватало, чтобы быть уверенной, что у него есть возможность владеть духом, была стихия земли. Неудивительно, что вычислить количество стихий было трудно, поскольку землю было легче всего скрыть. Ей редко пользуются в обычной жизни. Я бы пожалуй никогда не получила подтверждения четвертой стихии, если бы не бал. Возможно, ректор просто забылся, когда опускался на корточки и касался каменной плитки, взывая к земле и пробуждая ее под своей рукой. Но теперь я могла с уверенностью утверждать, что у него был полный набор. Четыре стихии были главным условием появления пятой, и на моей памяти я не встречала магов четырех стихий. Единственным исключением являлась королевская семья. О других ходили только слухи и возможно преувеличенные. И хотя маги пяти стихий были скорее легендой, я не сомневалась, что ректор относился именно к ним. Вспоминая его странную магию, мурашки, которые бежали по телу, и его воздействие на человеческий разум не оставалось сомнений в том, что он был сильнейший маг из всех, кого я когда-либо встречала. Лишь одно мне было не ясно. В памяти всплыли слова отца о том, что он купил у него специальное зелье, чтобы скрывать стихии. Зачем?
Но на этом мои умозаключения закончились, потому, как вместо ответа была пустота. Подобная сила была престижна, и работа ректора академии казалась смешной для человека подобного уровня. От мысли, что я спустила с пригорка, запустила тряпкой и еще много чего сделала с магом, владеющим пятью стихиями, стало не по себе. И этого человека я втянула в интригу с фиктивным браком и духом огня, находившимся вне закона.
На занятие мы успели вовремя, ректора Дакара все еще не было, но стоило нам усесться за парту, как я разглядела Исара, нетерпеливо постукивающего пальцами по дереву и смотревшего в сторону входа. По кабинету прошелся ропот, когда ребята начали замечать изменения в моей внешности. Исар подорвался с места, направляясь к нам, но был остановлен появившимся ректором Дакаром. Не скрывая своего разочарования, он вернулся обратно, в то время как глава нашей академии подошел к доске.
— Поговорим сегодня о взаимодействии стихий и их несовместимости, — начал он, расстегивая пиджак и облокотившись о стол, — самым очевидным примером может служить огонь и вода, стихии полностью друг другу противоположные.