Небо над океаном (СИ)

Кажется Джексон меня уговаривал. А я давно была согласна, но не хотелось ему об этом вот так легко говорить.
  
Глава 11
 
От темноволосого мулата Лео я узнала, что их группа выступает в клубах, пабах, участвует в фестивалях, а в прошлом году их пригласили на день города и они записали свой первый альбом.
Группа «D.I.V.A.» Название нравилось. Но я не видела смысла в названии и не знала существует ли этот смысл вовсе.
— На счёт клавишных — поддерживаю, — Дэн поднял руку вверх, словно мы сейчас находимся на уроке и сидим за партами.
С Дэном мне уже приходилось встречаться в «Два Рояля». Дэн носил свободную черную футболку, поверх которой свисала золотая цепочка, потертые джинсы с огромными дырками на коленях, а свои длинные, до плеч волосы он заплетал в маленький хвост.
— Я тоже поддерживаю тебя Джек, — высказался Лео. — Но пусть она нам сыграет. Как она играет — слышал только ты. Поэтому нам бы хотелось услышать, на что мы подписываемся. Тем более я вижу ее в первый раз.
Возможно, это и хорошо, что Лео не заметил меня, но я сталкивалась с ним в школьной столовой. Он садился за крайним столом, съедал всю гречку и выпивал два стакана компота. Свой и соседа. Его сосед — упитанный и низкорослый парень Колпачков с неприятными, очень тонкими усиками под носом, у которого они часто отбирали еду, а отдавали порцией щелбанов. Колпачков почему-то молчал, никогда не жаловался, возможно надеялся, что когда-нибудь Лео и Дэн пригласят его в свою компанию. Сейчас я подумала о том, что Колпачков слишком наивен.
Джексон кивнул в мою сторону.
Я нерешительно подошла к роялю.
Один раз я уже облажалась. Оказывается, играть одной и играть на публику совершенно разные вещи. Сейчас моей публикой были Лео, Дэн и Джексон. Втроём они не сводили с меня взгляда.
Я начала перебирать в голове, что я могу сыграть. Ничего не приходило… Только страх… Сначала затаился в груди, а теперь пытался вырваться наружу. Сердце стучало, колотилось, как бешеное. Отбивало ритм когда на меня смотрели пары глаз. Лео, Джексон, Дэн. Дыхание перекрывало, воздух казался пресным.
— Ну смелее, — подгоняли они меня.
— Ты робеешь, как на первом свидании.
— А у нее было это первое свидание?
Раздался смех. Их заливистый хохот еще больше сбивал с истинного пути. Хотелось снова взять ноги в руки и бежать, бежать, бежать… Как я это сделала в «Два рояля».
На счет первого свидания он попал в точку. Парня у меня не было, на первом месте всегда была музыка, а когда мама ушла к этому… Подобрать тут бы подходящее слово, да не получается. Короче когда она ушла я пообещала себе, что никогда не влюблюсь. Ну как пообещала, по крайней мере постараюсь.
Они говорили и говорили, а руки сами потянулись к роялю. Пальцы дрогнули, в комнате с низкими потолками затаилась тишина. Я брала одну ноту, за другой. Легко, медленно, мои пальцы скользили по клавишам. Резко вздымались вверх, затем обрушивались всей тяжестью. У меня не было право на ошибку. Я хочу заниматься, я должна заниматься и этот «Парус» мой шанс.
Я вспомнила отца. Вспомнила его любимый фильм. Он пересматривал его по десятку раз. Он фанател от Штирлица, часто повторял крылатые фразы. Возможно, потому что он был патриотом своей страны, возможно потому что служил. Я этот фильм не смотрела, может потому что не доросла и не понимала его. Но музыка… Эту музыку забыть невозможно. Она навсегда осела в моей памяти. Кажется, она называлась «Двое в кафе».
Меццо-форте…Меццо-пиано… Фортиссимо… Черт возьми, что там дальше. Не хватало нот перед глазами. Но остановиться было сложно, я уже вошла в раж. Импровизация… Я играла, что помнила, а может в этом замкнутом пространстве, где одолевал страх память решила помахать мне ручкой. Нет, не на всегда, на какое-то мимолетное мгновение. Семнадцатое мгновение…
Выдохнула, остановилась, закончила. Боялась взглянуть на них. На это трио, которое уже с минуту молчало. Они открыли рты и глазели на меня. Я растерянно смотрела на них и быстро заморгала.
 
— Как-то скучно! — высказался Лео, плюхнулся на диван и залип в телефоне. — Драйва что-ли не хватает.
Дэн пожал плечами.
— Парни вы чего с дубу упали? Она играла без чтения нот! — Джексон заступился за меня и мне стало как-то радостней. — Вы просто ни хрена не понимаете. Вы бы лучше свои косяки замечали.
— Чужие косяки легче замечать, — откликнулся Дэн.
— Ты на последнем концерте так ложал…
— Джейм-сейшен. Мы все вместе ложали.
— У тебя аранжировка ваще отстой… Ты долбишь на барабанах, как дятел.
— А как я должен долбить?!
Я стояла хлопала глазами и понимала, что назревала драка. Ну как минимум крупная ссора.
— Мне кажется пора, — тихо буркнула я и направилась в сторону выхода.
— Стоямба! — крикнул Джексон так громко, что у меня заложило ухо. Он наставил на меня указательный палец. Я замерла на месте, Дэн дернулся, а Лео отбросил в сторону телефон. Был слышен шум падающего гаджета по ту сторону дивана.
— Никто никуда не пойдет. Сейчас мы все дружно сядем и будем репетировать. Всем все понятно?
— Всем, — неохотно ответил Лео.
Лео зевнул и поплелся к гитаре. Дэн крутанул в руке барабанные палочки.
— Раз, два, три…, — палки с нейлоновым наконечником взлетели вверх. Раздался оглушающий звук, пробирающий до дрожи в коленях.
А мне хотелось улыбаться. Улыбаться во все тридцать два…
***
После репетиции я сидела на парапете, втянув шею в плечи и дрожащей рукой набирала номер отца. Зубы стучали от холода, но с каждым очередным длинным гудком все больше и больше понимала, что он не сможет приехать. У него опять какое-нибудь важное совещание. Папа задерживается на неопределенный срок.
Когда моя рука замерзла до такой степени, что телефон стало невыносимо держать, я решила с меня хватит. Спрятала руки глубже в карманы пальто и подумала о том, что нужно было взять перчатки. Мои самые не любимые аксессуары: зонт, перчатки, шарф. Почему-то кажется, что я обязательно без этого обойдусь. Но теперь, в такую мерзлоту согласна на все. И как люди живут в городах, где столбик термометра опускается ниже тридцати пяти? Однажды мой отец ездил на дальний север и рассказывал, как там росли карликовые деревья и люди замотаны в теплые оленьи шубы, лишь одни глаза торчат.
Интересно, чтобы сказала мама, если бы я сейчас ей позвонила? «Дорогая, я спешу на маникюр?» или что-то вроде: «Ты уже взрослая девочка, решай свои проблемы сама». Я шмыгнула носом и продолжала стучать зубами.
Единственное, что меня сейчас согревало, так это мысли о музыке. Если говорить о сегодняшнем вечере — было круто. В последний раз такой спектр эмоций я испытала весной, в парке аттракционов, когда ела огромную сахарную вату, каталась на колесе обозрения и смотрела на ватные облака, подняв голову к васильковому небу.
В инете Лео нашел кое-что драйвовое, по его мнению драйвовое, но как я поняла у каждого из них свое представление о музыке, но они все вместе играют, чувствуют ритм и создают классные треки. Мне особенно понравилось несколько. Скинула себе в плейлист, хотелось послушать перед сном. Голос Джексона нравился больше, чем он сам.
— Ты чего тут рассеялась? На улице не месяц май.
— Что? — я посмотрела по сторонам. Из темноты показался силуэт Джексона. Если честно, я подумала, что он давно ушел. Хотя на счёт мая он прав. Ветер только усиливался, срывался мокрый снег. Казалось, что ещё немного и заметет по самый пояс. Домой придется добираться по непроходимым сугробам.
— Жду отца.
— Давай подвезу.
Я быстро заморгала и также быстро спросила:
— На чем?
— На ковре-самолете. Сорри, летающую метлу пока не приобрел.
Я знала, что он шутил, а мне вот совершенно не смешно.
— У тебя есть права?
— У меня есть права и полномочия управлять лёгким транспортным средством. Я думал, ты в курсе.