Ты моя катастрофа (СИ)

— Он из-за тебя сто тысяч должен!
— Жаль. — говорит Вадим. — Нет, правда, жаль.
— Ни черта тебе не жаль.
— Впредь будет лучше думать над своими действиями.
— Это из-за меня? Из-за меня Ян сказал подставить Лёшу?
— Слишком высоко берешь, Ян даже не знал про нашу вылазку.
Тогда я вообще ничего не понимаю.
— Ты же можешь это как-то решить.
— Я? С хера ли?
— Ты его подставил!
— И кто-то может это доказать?
Нет, не может. И он это прекрасно знает. А еще он чего-то хочет. Но от кого? От Лёши?
— Тогда проведи меня, я тоже поставлю и отдам долг за него. — озвучиваю совершенно безумную идею.
Я рисковала. Но я не могла стоять в стороне, когда мой друг в такой ситуации.
— Одуван, тебе нельзя. Насколько я знаю, восемнадцать тебе исполнится только через пару месяцев.
— Провести Лёшу тебя это не остановило.
— Может, я решил встать на путь исправления?
— Это последнее, что можно от тебя ожидать.
— Так и я люблю удивлять.
— Вадим!
— Ладно, ладно, проведу я тебя в клуб. — соглашается парень. — Приходи сегодня к десяти ко входу клуба. Адрес сама найдешь.
Вадим докуривает сигарету и бросает её в мусорный бак. Больше не произносит ни слова. Звенит звонок и парень уходит в свой класс. А я, понимая, что сегодня точно больше ничего нормально не смогу усвоить, спускаюсь в раздевалку, меняю сменку и трусливо сбегаю с уроков.
Вадим хочет, чтобы я пришла в клуб. Но решит ли это проблему? Не верится мне, что Ян тут ни при чем. Вадиму глубоко по боку на Лешу и просто так он бы его в клуб не позвал. 
Ну а я? Действительно придётся рискнуть всем и сделать ставку? К несчастью, выяснить это я могу только одним способом.
  
Глава 11. Эля
 
Без десяти такси припарковывается неподалеку от клуба. Неоновая вывеска “У Бешеного” кислотным зеленым освещает парковку. Тут же, от начала парковки до самого входа в клуб, стоит длинная очередь из тех, кто хочет сегодня попасть внутрь.
— Девушка, парковка платная, я не могу стоять. — обращается ко мне таксист.
— Простите. — Извиняюсь и, наконец, открываю дверь. Одергиваю короткое синее платье (я не знала, в чем люди обычно приходят в такие места, но почему-то мне казалось, что надеть штаны и худак, будет неуместно) и пишу Вадиму.
Что я вообще знаю про этот клуб, кроме того, что, начиная с одиннадцатого класса молодежь каждый вечер шла именно сюда, несмотря на длинные очереди и не совсем бюджетную плату за вход? И кроме того, что именно здесь проходили бои, из-за которых мой друг попал на деньги и из-за которых я стою сейчас здесь, на парковке, а не читаю “Преступление и наказание”, по которому у нас завтра будет урок. Ходили также слухи, что у клуба всегда дежурили машина скорой помощи и труповозка. Но ни того, ни другого на парковке я не заметила.
Друзьям я так ничего и не сказала. Они бы точно попытались меня отговорить или поехали бы вместе со мной. Я не знала, что в итоге придумает Вадим, а потому не хотела вмешивать в это друзей. Однако сама тревожно каждую минуту перепроверяла на месте ли балончик с перцовкой.
Вадим показался на парковке через несколько минут.
— А ты смелая, раз пришла. Хотя лично я в тебе ни капли не сомневался.
— Считаешь, мне нужно бояться?
— Именно так я и считаю.
Мы проходим мимо длинной очереди, Вадим наклоняется к вышибале, что-то говорит ему, и мужчина пропускает нас внутрь, даже не посмотрев на паспорта.
— Что ты ему сказал?
— Что ты моя девушка.
Как только мы переступаем порог клуба, мир погружается в темноту. Здесь слишком дымно, слишком шумно, прожекторы неприятно слепят глаза, а не привыкшие к такой громкой музыке уши хочется заткнуть руками.
— Ну как тебе? — Спрашивает меня Вадим.
— Я в шоке.
— Так понравилось?
— С того, что кто-то всерьез платит за это.
Вадим смеется и идет в сторону бара. Мы пробираемся через толпу, то и дело чувствую, как моя кожа соприкасается с чьей-то чужой. Останавливаем у бара и только сейчас замечаю там Яна. Было бы наивно надеяться на то, что мне удастся решить все дела, не привлекая внимания моего соседа. Но ведь именно на это я и надеялась. И вот он уже стоит возле нас.
 
— Какого хера она здесь делает?! — обращается он к Вадиму.
— Он сказал, что я смогу здесь решить один свой вопрос. — Не даю парню ответить за меня. Я не пустое место. Хочет узнать, почему я здесь, пусть спрашивает у меня.
— И какой же?
— Не думаю, что тебя это должно касаться. — Если Вадим не соврал и Ян действительно ничего не знает, то будет лучше, если он так и будет продолжать держаться подальше от этого дела.
— Какой? — спрашивает уже у Вадима.
— Рыжий проставился на стольник.
— Болтун. — бурчу я.
Ян хочет сказать что-то еще, но позади нас неожиданно зажглись прожекторы и я увидела ту самую арену. Так вот, где все и происходит. На арену поднялся мужчина, на вид ему было не меньше сорока.
— Вадим, уведи ее, быстро. — командным тоном говорит Ян.
— Я никуда отсюда не уйду, пока не решу свой вопрос!
И вместо того, чтобы схватить меня за руку и насильно выпихнуть из клуба, Ян произносит, снова обращаясь не ко мне.
— Если она потеряется, я тебя убью.
Что ж, это вполне может сойти за согласие. Ян исчезает в толпе. А мы под натиском этой самой толпы движемся в сторону арены. Если быть честной, мне до жути интересно увидеть своими глазами все то, о чем шептались старшеклассники в школьных коридорах, понять, что же такого захватывающего в этих боях и за что все эти люди готовы отдавать деньги.
— Это кто? — спрашиваю у Вадима, указывая на мужчину.
— Бешеный.
Так вот, как выглядит хозяин этого заведения! Он снова подносит микрофон ко рту и приглашает на ринг первого бойца.
— Воитель! Зал, больше шума!
И из правого угла на арену лишь в спортивных шортах поднимается парень, на вид ему около двадцати. Люди вокруг, словно обезумев, кричат и теснят друг друга, пытаясь протиснуться вперед. А потом Бешеный вызывает на ринг второго бойца, и то, что еще минуту назад казалось мне безумием, теперь кажется всего лишь разогревом перед настоящей агонией. “Гром!”, “Гром!”, “Гром!” — кричали вокруг. Вторым бойцом был он.
— Ну? — обращаюсь к Вадиму. — Как я могу сделать ставку?
— Я разве говорил, что ты будешь делать ставку?
— Ты прикалываешься? Тогда какого я тут стою?
— Одуван, стой и наслаждайся шоу, пока взрослые дяди решают твои проблемы.
Я не поняла, что значили его слова, но начался бой и я уже не могла думать ни о чем другом. Ян выглядел, как настоящий боец. Он был спокоен, источал уверенность и одним лишь этим приковывал к себе взгляды. Но я понимала, что не только этим. По правде говоря, он был хорош собой, словно римский бог, неуязвимый, непоколебимый и очень красивый.
Он нанес первый удар, пошел в наступление. Я смотрела на двух дерущихся парней (по правде говоря, действительно смотрела я только на него) и это вызывало во мне две совершенно противоположные эмоции: страх и восхищение. Страх от того, что я, наверное, впервые поняла, кто именно живет в соседней квартире и насколько чуждо ему сострадание чужой боли. Ян был жесток не только на арене, но и в жизни.
— Хочешь уйти? — спрашивает Вадим, вырывая меня из оцепенения.
Отрицательно качаю головой. Я не хотела уходить. Я смотрела на него и понимала, что сейчас, несмотря на жестокость происходящего, я почему-то испытываю то же, что и тогда, когда впервые увидела его в скейт-парке. И я скучала по этому.
— Не переживай, Ян никогда не проигрывает.
— А жаль.
Мои слова вызывают у парня улыбку. Ян не был похож на того, кто может проиграть. Он был готов смириться с чем угодно, но только не с поражением. Возможно именно поэтому он никогда не прощал, когда кто-то указывал на его ошибки. Поэтому я так сильно хотела размазать его в литературном конкурсе.