Рябиновая невеста
Она слушала, затаив дыхание, ведь то, о чём говорил Гленн, сейчас отзывалось в её душе какими-то смутными воспоминаниями о своей настоящей родине. О Гранарде.
— Это было очень опасно, но Айрис не испугалась появления Богов, — продолжил Гленн свой рассказ, — и в ту ночь в пещере Ир-нар-Руна она родила тебя. В ту ночь небо сияло особенно ярко, и от Ир-нар-Руна далеко на Север и даже на юг все видели это. А утром, когда мы пришли за Айрис, она вышла, держа тебя на руках. Сказала, что Боги отметили тебя своей милостью — у тебя на ладони отпечаталась маленькая звёздочка. А ещё Боги сказали, что когда придёт час, то пошлют в мир то, что поможет победить южную заразу. Но не сказали, когда и как, и как мы узнаем, что час пришёл. А может, это Айрис не захотела всего рассказывать, потому что Оракулу известно многое, и не всё из этого положено знать остальным.
— Так я родилась в той пещере? — удивлённо переспросила Олинн.
— Да. И хоть это была радостная новость, но мы испугались. Такое событие могло быть знаком свыше для других — сияние на небе видели все: вёльвы, и шаманы Севера, и фрэйи, и заклинатели. И наши враги его тоже видели — ищейки Низара не заставят себя ждать. Поэтому мы с Айрис скрыли, что ты родилась в пещере. А про знак Богов Айрис придумала, что это будет Звезда Севера. И что она явится в мир по велению Богов уже скоро.
— Так Белый Волк пришёл в Гранард за этой звездой, которую придумала моя мать? — спросила Олинн. — Выходит, звезда не настоящая?
Олинн подумала, что в этой истории Гленн не знает всего. Ведь звезда, которую она сняла с Игвара, она-то была настоящей!
— Нет… Звезда настоящая, — ответил Гленн, — уж не знаю, как она появилась, но однажды Айрис увидела, как ты с ней играешь. Мы долго не могли понять, где ты её взяла, потому что ты говорила, что она просто появилась у тебя в руках.
— Я говорила? — удивилась Олинн.
Она вспомнила рассказ няньки в Олруде, по её словам, когда Олинн привезли в замок, она совсем не разговаривала.
— Да, ты уже умела говорить.
— И что было дальше?
— А дальше… Когда южная зараза перебралась через Перешеек и стало понятно, что и Северу тоже несдобровать, Белый Волк пришёл в Гранард за этой звездой. Он обманул нас, напав на две деревни на западе малым отрядом, чтобы выманить наши основные силы. Я отправился на запад, а Вилф остался, но едва мы покинули замок, Белый Волк напал на Гранард. Ему нужна была звезда Севера. Он убил Вилфа и хотел забрать звезду, но твоя мать сотворила страшное проклятье, пообещав Белому Волку, что род его закончится на его детях. И тогда, чтобы обезопасить себя от него, Белый Волк забрал не только звезду, но и тебя. В залог. Он не тронул Айрис и пообещал, что, если с ним ничего не случится, то ты будешь жить. Когда мы вернулись, Гранард был разграблен, а Айрис едва жива от горя. Но потом, позже, она сказала, что в ту ночь в пещере видела многое, и знала, что так или иначе всё это случится. Она хотела обмануть судьбу, и этот кулон на твоей шее — это её гейс, который долгое время скрывал, кто ты. Но теперь сила его иссякла.
— Может, поэтому я ничего не помнила? И перестала говорить? — спросила Олинн, дослушав рассказ Гленна. — Но почему вы пришли в Илла-Марейну? Зачем встали на сторону короля и отправились на Север?
— Затем, что «божьи люди» в стократ сильнее нас. И нам не победить южную заразу в одиночку. А для этого нам нужна была звезда Севера, но как её было вернуть слабыми силами? Король Тибрайд успел объединить южные кланы, но их было мало. И тогда Игвар поехал на запад, потом на восток. Он говорил с каждым главой клана, убеждая их объединиться. Он помог собрать всю Балейру под начало Гидеона. Он хотел спасти Балейру и короля, своего друга. Игвар сам ушёл за Перешеек, он даже был в плену, но вернулся и сказал, что нашёл то, что искал. И он убедил Гидеона, что ему нужен Север. Мы собрали войска и пошли на Перешеек. Как видишь, всё получилось, — в голосе Гленна послышались тёплые ноты. — Он нашёл тебя и сказал, что ты знаешь, где звезда Севера.
Олинн вздохнула. Как сказать Гленну правду? Впрочем, теперь всё встало на свои места. Теперь понятно, почему звезда растворилась в её ладони…
— А где сейчас моя мать? — спросила Олинн, немного помолчав.
— После того, как потеряла тебя и Вилфа, она ушла в Тэйру — в священный лес. Туда уходят заклинатели и фрэйи, когда в их жизни случается то, что они не в силах вынести. И я давно её не видел. Но она жива, — успокоил Гленн.
— А где эта Тэйра? — с замиранием сердца спросила Олинн.
— На юге, недалеко от Ирвина, — ответил Гленн, вставая, — и ты увидишь её. Но времени у нас не так уж много. С каждой сожжённой фрэйей «божьи люди» становятся всё сильнее. И ты можешь стать следующей. А теперь скажи: ты знаешь где звезда Севера? Это сейчас самое главное.
— Если я скажу, где эта звезда, то что дальше нужно будет с ней делать? Как эта звезда всех спасёт? — спросила Олинн и тоже встала.
— Этого я не знаю. За ответами нам нужно будет отправиться в Тэйру и найти Айрис. Только она знает ответ на этот вопрос. Или, возможно, другой Оракул. Но для этого нам надо будет сбежать из замка. И лучше всего, прямо этой ночью.
— Бежать? А если за нами будет погоня?
— За нами непременно будет погоня. Но Игвар обещал нас прикрыть.
— Тогда отправимся в путь как можно скорее! — горячо произнесла Олинн.
— Нам нужно выиграть немного времени, а, если ты не придёшь на пир, король пошлёт за тобой, и сразу станет ясно, что тебя нет в замке, — Гленн ещё сильнее понизил голос. — На пиру никто не должен заподозрить ничего. Для всех ты всё ещё дочь Белого Волка. И то ли дама сердца Игвара, то ли короля. Пусть всё так и остаётся. Ешь, пей, улыбайся королю. Где-то в середине пира Игвар подаст тебе знак — ты сошлёшься на нездоровье и попросишь у короля разрешения уйти. Иди в свои покои и жди, за тобой придут…
Гленн не договорил, со стороны каменной арки раздались голоса и чьи-то шаги.
— За тобой придут! — шепнул Гленн и, шагнув за могучий ствол дуба, растворился в темноте.
Глава 28
Когда Олинн вошла в зал, гости уже расположились за столами, и она снова ощутила, как все на неё смотрят с любопытством и одним единственным вопросом: кто же она такая? Что в ней столь ценного? Она прошла мимо гостей, к тому месту, на которое указал король, боясь поднять взгляд. Слишком много всего сейчас теснилось в её голове.
Этот пир сильно отличался от вчерашнего. Никаких залитых элем столов, кольчуг и молота, которым дробили щиты северян. В зале зажгли множество свечей, стены украсили гроздьями рябины, падубом и алым болотным плющом. Столов для гостей было немного. Их накрыли скатертями, а над королевским столом повесили большой штандарт с вышитым зелёным деревом. Вся посуда: тарелки, блюда, кубки, всё было дорогим, из серебра и золота. Кубки инкрустированы янтарём, и даже в ручках ножей и вилок вплавлены большие янтарные капли. Недаром же трон Балейры зовётся Янтарным, и Олинн подумала, что, может быть, у Гидеона он, и правда, целиком из янтаря? И что удивительно − в военный поход король прихватил с собой даже посуду и скатерти!
Сегодня в зале собрались только самые почётные гости. Свита короля, коротышка Хейвуд, главы кланов — найты, командоры и те, кто входил в Янтарный совет. Женщин было немного, кто-то из свиты Фэды, и она сама, Олинн, две дамы, одетых, как южанки, и ещё какая-то тощая монашка, с ног до головы в чёрном и с хольмгрегом на груди. Скальды, расположившиеся в углу, наигрывали неспешную мелодию.
И, разглядывая исподтишка гостей, Олинн подумала, что здесь собрались все, кто возлагает на неё какие-то надежды. Ярл Бодвар и Фэда хотят, чтобы она стала женой короля, сняла с его руки кольцо, а потом исчезла навсегда. Гленн хочет, чтобы она спасла Балейру, правда, неизвестно, как. Хейвуд сам хочет стать королём, а для западных найтов Олинн всего лишь помеха на пути их дочерей к трону. А Игвар… А чего хочет Игвар? Этого она не знала, но, как это ни странно, в этом зале нет никого, кому она была бы совсем безразлична. И поэтому Гленн Нье'Лири прав, бежать в Тэйру к матери — это единственное, что сегодня выглядит разумным. Осталось только выдержать половину вечера.