Сердце вне игры (ЛП)
Глава 13
Марго
В течение следующей недели я начинаю попадать в своего рода рутину.
Я отслеживаю и загружаю видео в TikTok утром, публикую посты в Instagram и Facebook позже в тот же день, а затем обычно просматриваю поток трафика на официальном сайте команды до конца дня. В социальных сетях есть ритм, естественные приливы и отливы, за которыми обычно следуют зрители, и после нескольких недель изучения этого я почти уверена, что точно знаю, когда наши фанаты онлайн, а когда нет.
Я добилась большего успеха с TikTok, чем с любой другой платформой социальных сетей, но по какой-то причине заставить фанатов использовать определенные хэштеги не так просто, как я думала. Тем не менее, наше число подписчиков растет, и популярность большинства учетных записей выросла в геометрической прогрессии с тех пор, как меня наняли. Моя тяжелая работа окупается и получает признание, и я чувствую, что действительно нашла свой путь.
Все идет отлично, но меня расстраивает, когда начинает болеть зуб, во время того, как я сижу на трибунах тренировочной площадки и делаю снимки бегущей команды. Думаю, что вчера почувствовала некоторую боль, когда сделала глоток из особенно холодного стакана чая со льдом, но это быстро прошло, поэтому проигнорировала это и продолжила свои дела.
Теперь боль вернулась, и она острее, чем была. Я морщусь, втягивая воздух сквозь зубы.
Этот же зуб болел пару месяцев назад, и когда мне пришлось пойти к стоматологу, он сказал, что мне, вероятно, понадобится лечение корневого канала. Но потом компания, в которой я работала, закрылась, и мне пришлось остаться без работы, поэтому отвлеклась на шлифовку своего резюме и поиски работы. Боль ушла через некоторое время, поэтому я подумала, что, возможно, она прошла сама по себе, но, очевидно, ошиблась.
Я немного шевелю челюстью, отчего маленькие искорки боли разлетаются по всей правой стороне моего лица, и в итоге упускаю отличную возможность сфотографировать момент, когда Ноа забрасывает шайбу в сетку. Я прекращаю попытки фотографировать и отправляю сообщение своей сестре, которая несколько минут назад написала мне сообщение, спрашивая свободна ли я в эти выходные, чтобы присмотреть за Эйприл на пару часов.
Я: Не уверена. Я была бы рада помочь, если бы могла, но у меня очень сильная зубная боль.
Она отвечает почти сразу.
Хизер: Что? Ты когда-нибудь лечила этот корневой канал?
Я: нет.:(
Хизер: Не могу поверить, что ты отложила это! Это может быть очень серьезно, Мар!
Я: Я знаю, я знаю! Но боль ушла, поэтому я не думала, что это действительно имеет большое значение.
Хизер: Так может ты дантист? Ты должна позаботиться об этом как можно скорее, иначе станет только хуже.
Я не отвечаю несколько секунд, мое внимание привлекли крики и аплодисменты. Кто-то только что забил еще один гол, но я не знаю кто, поэтому злюсь на себя за то, что не уделяю больше внимания тому, ради чего пришла сюда.
Сестра пытается мне позвонить, а когда я не беру трубку, она отправляет еще одно сообщение.
Хизер: Эй, я только что пыталась позвонить. Серьезно, Мар. Я знаю, что ты зациклена на работе, но тебе нужно найти для этого время.
Я: Знаю. Подожди, я на работе. Мне нужно сделать еще несколько фотографий, а потом отойду и позвоню тебе.
Она начинает что-то печатать, потом три точки исчезают, и я не получаю от нее новых сообщений. Возвращаюсь к фотосъемке, хотя моя челюсть все еще пульсирует, и боль начала вызывать у меня мигрень. Я дышу через раз и делаю еще несколько достойных снимков, прежде чем тренер Данауэй объявляет об окончании тренировки, затем спешу в коридор, чтобы набрать сестру.
Она сразу отвечает.
— Я только что разговаривала по телефону с доктором Рейнольдсом, — говорит она мне, и могу сказать, что она сейчас включила материнский режим. — Он может посмотреть тебя в пятницу.
Я сдерживаю улыбку, морщась, потому что это тоже больно. Доктор Рейнольдс — дантист, к которому мы с Хизер ходили в Боулдере, когда были детьми.
— Хм, почти уверена, что он детский дантист, — напоминаю я ей. — Я не видела его много лет. У меня есть другой стоматолог здесь, в Денвере, к которому я собираюсь пойти. Уверяю тебя — он очень хороший.
— Ну, он не может быть таким хорошим, — возражает она. — Если он просто позволил тебя неделями не звонить и не спрашивать, почему ты не записываешься на прием к нему.
— Да… об этом. Он звонил. Несколько раз. Я просто не перезванивала.
— Марго!
— Чего ты хочешь от меня? Все это произошло примерно в то же время, когда «SheMoves» разорился, а я была занята. Боль ушла, поэтому подумала, что проблема тоже ушла.
Она стонет.
— Я понимаю. Просто пообещай мне, что ты позвонишь ему сегодня и договоришься о встрече. Если тебе нужно, чтобы я отвезла тебя, то все нормально. Можешь считать, что это сделано.
Я киваю, потом вспоминаю, что она меня не видит. А это значит, что мне действительно нужно поговорить, хотя каждый раз, когда слишком широко открываю челюсть, мне становится больно.
— Хорошо, — говорю я, стараясь, чтобы челюсть оставалась неподвижной, насколько это возможно. — Я назначу встречу и дам тебе знать, когда она состоится. Ты права, меня нужно будет подвезти. Но не хочу, чтобы тебе приходилось пропускать работу или что-то в этом роде. Если для тебя сейчас неподходящее время, спрошу у Дерека или Джоша.
— Хорошо. Держи меня в курсе.
Я вешаю трубку и сразу же звоню своему дантисту. К счастью, у них есть свободное окно в пятницу, то есть через два дня. Говорю им, что приду, затем завершаю звонок и добавляю напоминание в свой календарь.
Выбившаяся прядь волос щекочет мне лицо, когда я кладу телефон в карман и, не задумываясь, протягиваю руку, чтобы убрать ее. При этом случайно шлепаю себя по щеке, и боль от зуба исходит наружу с шокирующей интенсивностью. Я немного взвизгнула и огляделась, чтобы посмотреть, не заметил ли кто.
Конечно, кто-то заметил.
Ноа.
Он и остальная команда выходят из раздевалки, и он направляется ко мне по прямой, с выражением беспокойства на лице.
— Привет, — говорит он, когда оказывается достаточно близко. — Все в порядке?
— Да, все в порядке, — говорю ему, улыбаясь сквозь боль. Или пытаюсь, по крайней мере. — Просто зубная боль, не о чем беспокоиться.
— Зубная боль?
— Ага. В пятницу пойду лечить корневой канал. Ничего страшного. Но я только что случайно ударила себя по лицу, так что, если выгляжу так, будто я в агонии… это потому, что так и есть. Но буду в порядке.
— Ай, — он сочувственно вздрагивает. — Корневые каналы сильно болят, не так ли?
— Думаю, да, — признаюсь я, нежно поглаживая щеку. — Но меня, вероятно, нокаутируют за это. Мне всегда было очень тяжело лечить зубы. Однажды психанула и выблевала на моего дантиста, когда была ребенком. Так что теперь, для более масштабных процедур, я нашла место, которое даст мне хорошие лекарства, чтобы успокоиться.
— Это хорошо, — он кивает, затем хмурит брови, как будто что-то только что пришло ему в голову. — Кто тебя отвезет?
— Что?
— Ты не можешь водить машину сама, если тебе собираются поставить наркоз, — отмечает он. — Значит, тебе понадобится кто-то, кто отвезет тебя, а затем кто-то, кто позаботится о том, чтобы ты благополучно добралась до дома.
— Оу… — мое сердце иррационально спотыкается, когда я качаю головой. — Моя сестра сделает это. Она на севере, в Боулдере, и мои братья тоже. Так что, если она не сможет этого сделать, смогу попросить одного из них подвезти.
— Боулдер слишком далеко. Я тебя отвезу.
— Очень мило с твоей стороны предложить это, — запинаюсь я. — Но на самом деле, это не имеет большого значения. Хизер вполне может сама это сделать, — затем хмурюсь, когда до меня доходит, что время моей встречи будет примерно тогда, когда Эйприл выйдет из подготовительного класса. — Хотя, думаю, ей придется взять с собой мою племянницу. Надеюсь, у них есть игрушки в кабинете дантиста. Что-нибудь, чтобы развлечь Эйприл, пока они ждут.