Страж Тысячемирья (СИ)
Предвосхищая вопрос, «а для чего это лично тебе», отвечу. Прямо сейчас — настоящая артефактная броня, принадлежавшая Ардоллу Серому, плюс, меч Сардиора Отшельника. Не по тебе вещи эти, но — приказ старшего координатора, не обсуждается. — Альбо провёл рукой над столом, и на его поверхности возникли два глухих узких браслета из тонкого металла. Один серый, матовый без узоров, и украшений, а второй желтоватый, словно из старой бронзы, с угловатым рисунком. — Наденешь, уже снять не сможешь. — Предупредил Мастер. — Даже если отрезать руку, всё одно останутся. Только переместятся куда-нибудь ещё. Кто у тебя там в секторе самый наглый? Сеус вроде? С таким набором сможешь его спокойно прирезать, и вообще устроить в вашем божественном курятнике геноцид. Ну если захочешь.
На этот раз Владимир смог нормально попрощаться, раздать ценные указания, и дать задания к его возвращению. Матрисс конечно пребывали в печали, но понимали, что такого как их князь, на поводке не удержать.
Поэтому через портал по ту сторону, Князь вывалился в достаточно растрёпанных чувствах, и увидев в свете городских фонарей троицу совсем босяцкого вида, мгновенно положил их всех в кучу, даже не спрашивая, как звали.
К счастью, языками озаботился мастер Альбо, от чего в голове слегка шумело и туманилось, но это не помешало Соколову быстро обыскать трупы, вынув из карманов и разложив на одном из тел добычу.
Небольшая кучка бумажных и металлических денег, с надписью Госбанк Республики Анор, неряшливая потёртая книжечка, с фотографией, и данными на одного из покойных, с надписью Республика Анор, ещё пара бумажек, где совсем ничего не читалось, кастеты, вытертый до белизны револьвер с тремя патронами в барабане, какие — то семена в бумажном пакетике, видимо местный заменитель семечек, пара ножей, и собственно всё.
Уничтожив всю органику узором «Серого пепла», Владимир отряхнул штаны, встал, и огляделся более подробно. Переулок, в котором он оказался, выходил на плохо освещённую улицу которая в свою очередь упиралась в ярко освещённый проспект.
К сожалению, кроме языка, мастер Альбо не вложил ему в голову ни знания о местной географии, ни о политической ситуации, и всё это следовало как-то выяснить, желательно не попадаясь правоохранителям.
Дома по улице, куда выходил переулок, выглядели вполне прилично, и непонятно что тут делала троица совсем босяцкого вида, а оглянувшись, Соколов понял, что покойники планировали ограбить дом, притащив откуда-то лестницу, чтобы по ней взобраться на пожарную лестницу, а оттуда видимо попасть в сам дом.
Уничтожив корявую поделку безвестного столяра, Владимир подпрыгнул и зацепившись руками за перекладину на уровне второго этажа, ловко, словно ящерица по дереву, взобрался по лестнице на самую крышу, и там действительно находилась дверь, закрытая на ключ, что вообще проблемой не являлось. Обследовав конструкцию с помощью эфирного зрения. Соколов достал из пространственного кармана футляр с отмычками, и через пару минут, уже спускался в темноту дома.
Когда он огляделся с помощью узора «кошачий глаз», стало понятно почему урки выбрали именно этот дом. Везде лежал тонкий слой пыли, и присутствовали следы торопливых сборов — валялись коробки, какие-то книги, постели не убраны, а на кухне следы торопливого завтрака. Непонятно почему это всё не убрала прислуга, потому что дом из трёх этажей, и двух десятков больших комнат, одной хозяйке убрать не под силу.
Но присутствовали и разнообразные ловушки от воров. Часть из них разрядилась из-за предметов, валяющихся прямо на линиях, частично едва мерцали будучи незаряженными, а пару штук пришлось разрядить.
А внизу, в прихожей, на полу у входной двери, валялось целое сокровище — десятка два газет и журналов перехваченных бумажной полоской, со штампом почтового отделения.
Устроившись с относительным комфортом на кухне, Владимир прибрал объедки, помыл посуду, и достав из пространственного кармана бутерброды нарезанные Галей, и бутылку кваса, принялся читать газеты, вникая в местные реалии.
Планета в целом находилась на уровне 19 века Земли. Уже появились автомобили и самолёты, хотя основное пассажирское сообщение осуществлялось с помощью дирижаблей, поездов и морского транспорта.
Два материка, около пяти десятков государств, из которых десяток крупных или сильных, а остальные довольствовались местами зрителей на политическом спектакле.
Республика Анор, где очутился Владимир, занимала большую часть материка Алгарда, и тянулась от субтропиков северного полушария, почти до южного полюса. Страна хоть и не являлась лидером научно-технического прогресса, но и в хвосте не плелась, уделяя особое внимание летающему транспорту — дирижаблям и самолётам, что подразумевало хорошую инженерную школу. А кроме того, в республике очень серьёзно занимались дорогами в том числе и железными, по которым уже ходили не только паровозы на угле и мазуте, но и тепловозы, с дизельными двигателями.
В целом же Анор представлял собой обычную парламентскую республику власть в которой оспаривали старые землевладельцы, в лице дворянских семей сохранивших часть привилегий, новые промышленники, и банкиры. Народу в этом раскладе доставалась роль свадебного генерала, которому если и давали слово, то только для прославления новобрачных. Правда, порой в борьбу вступала партия лавочников, но выглядело это весьма слабо.
Владимир читал быстро, и ко второму дню, прочитал всё что было в доме, исключая лишь сотни томов по уголовному законодательству и праву вообще. Хозяин дома как видно занимался юридической практикой, но и другими источниками не брезговал. Так в доме в библиотеке нашлась двадцатитомная «Энциклопедия Мира», двухтомный «Анатомический Атлас», и даже трёхтомник, «Пистолеты и Револьверы», что заняло его ещё на целый день.
Теперь, когда он хоть как-то ориентировался в обстановке, снова выбрался на крышу, закрыл за собой замок, и спрыгнув на брусчатку в переулке, спокойным шагом отправился в меняльную контору, адрес которой подсмотрел в телефонном справочнике, и даже выяснил текущий курс золота.
С собой у князя, имелось около двух тонн золота в виде золотого песка с мелкими слитками содержанием около 85 процентов. Такое золото добывали повсюду, и в том числе на островах, принадлежащих королевству Ихнар. Добывалось оно относительно просто, а вот прорваться через плотных заслон береговой охраны и пограничников, было гораздо сложнее. Тем не менее, золото утекало контрабандными каналами, и охотно скупалось ювелирами.
Поменяв десять килограммов золота на деньги, он стал обладателем пачки наличных примерно в сто тысяч аруби, что уже позволяло как минимум переодеться из неброских штанов и куртки во что-то более приличное, и снять квартиру.
К счастью в столице, этого хватало навалом, так что уже к вечеру, Владимир, одетый по местной моде как дворянин средней руки, знакомился вживую с местной кухней в ресторане Угорский Странник, сняв двумя этажами выше вполне приличный номер из трёх комнат, и не подозревая какую волну успел породить своим появлением.
Хрипя и придыхая, почтенный торговец рассказывал по телефону, историю покупки крупной партии золота.
— И ты знаешь, хорм геар, я такую рожу даже в портовых тавернах не встречал. Ну я тебе точно говорю, душегуб, как он есть. Глаза холодные, волос светлый, сразу видно — северянин, а им человека прибить — что муравья. Слышал Пуги Толстый с дружками исчез? Я тебе говорю вообще, начисто. Словно не было человека. Собрал дружков, повёл на дело, и пропал, как в воду канул. Люди даже в Медицинский институт ездили, ну туда где все неопознанные трупы сваливают. Нет его. Ни его ни дружков. А этот, слышь, северянин, который, так мне на стол узелок с песком шмяк, и смотрит своим ледяным глазом. И ты знаешь, что-то мне сразу захотелось в толчок. Ну серьёзно. Так я ему и газету с дневным курсом показал, и взвесил по-честному. А там веришь, вот ровно восемь кун. Ну и рассчитался тоже. Дал новенькие купюры, а не рвань всякую. И вот знаешь, стоило ему уйти, так какая благодать на меня спустилась словно прям боженька рукой взмахнул… Господи, думаю, как хорошо-то что я его не стал нахлобучивать…