Страж Тысячемирья (СИ)

— Слушаю вас лорд Ронхо Тиарис. — Да, это владыка Дома Рассветных Сумерек Влад. Нет, мы, я имею в виду наш Дом, не можем принять ваше прекрасное предложение о входе в объединение Ашархон. Сейчас у нас отсутствуют свободные средства для осуществления данной операции. Продать или заложить одну из планет? Боюсь это невозможно по религиозным причинам. Каким? Не играть с шулерами, и вообще не торговаться с жуликами. Возможно пожалею. Возможно. Всё покажет время. Спасибо лорд Ронхо. И вам того же.
— Сам понимаешь, мы его послать никак не могли. — Галя пожала плечами. — Не наш уровень. — Она ещё не полностью осознала, что носит в себе будущего человека, и временами, когда задумывалась проводила ладонью по животику, словно гладила будущего малыша.
Это правильно, Галчонок. Не всё что позволено мне, позволено вам, будь вы даже сто раз матрисс нашего дома. Но этот хряк, похоже края потерял. Представляешь, угрожать начал! Типа вы ещё пожалеете.
— Это же Дом Бирюзовой Волны?
— Он самый. Похоже хозяева рабского рынка проявились. Ладно. Закопали тех, закопаем и этих.
— Будь осторожен. — Галина нагнулась, и коснулась губами щеки Владимира, обдав его облаком ароматов.
— Это, само собой. — Владимир проводил взглядом Галю, скосил глаза на экран и никого, не увидев в списке на разговор, встал из-за стола, чтобы пройтись по Дому в сопровождении личного секретаря.
В «Верхнем парке», под ярким солнцем, члены дома, женщины и мужчины занимались боевыми искусствами и физкультурой, но их время заканчивалось на закате, и сюда скоро придут влюблённые парочки и те, кто хотел подышать свежим воздухом перед отдыхом или поиграть во что-нибудь на общих площадках. Рядом находилось футбольное поле, баскетбольные и волейбольные площадки, и даже крытый павильон для тенниса, и прочих игр. Верхний парк, имел размеры полкилометра на километр, и там имелись развлечения на любой вкус включая места для медитаций и просто прогулок в тишине. А Нижний парк, находившийся на уровне земли превратили в настоящий заповедник, со всякой живностью, приручённой настолько что любого зверя можно было покормить с руки. Там порой было несколько темновато, из-за нависающего над ним «Верхнего парка», но специальные светоуловители, волоконные светопроводы, и осветительные призмы, почти полностью компенсировали недостаток света. Здесь же находился пляж и пристань для прогулочных судов.
В общий комплекс Дома Утренних Сумерек, Владимир уже влил под пятьдесят миллиардов, и полагал вложить ещё столько же. Конечно главы Домов, не так вкладывающиеся в своих людей, демонстрировали недовольство, но Соколову на это было совершенно наплевать. Его люди получали лучшее, и отдавали себя полностью.
Ни Дом ни Ковен, не являлись коммерческими предприятиями, а фактически служили семейными корпорациями, где кроме явных обязанностей у людей имелись неявные, общественные, и инициативные, как и положено в любом развитом обществе. Да, у каждого существовал общественный рейтинг, как общеимперский, так и внутренний, но кроме этого, имелось и уважение людей, и общесолидарное понимание, что можно делать, а что нельзя. Люди выпадавшие из этого потока, например, намусорившие в общественном пространстве, предупреждались с потерей рейтинга, а если вдруг понимание не снизошло, то человек отправлялся по месту жительства, и никогда более не мог претендовать на место в Ковене или Доме.
Да, так порой, из системы выталкивали ценных специалистов, но каждый такой случай разбирали Высшие всем составом, поэтому за объективность решений Владимир не переживал.
Все имевшие хороший внутренний рейтинг, получали не только бонусы в зарплате, но и возможности покупать разные блага со скидкой, лучший доступ к жилью, и повышенные шансы на продвижение по карьерной лестнице.
Конечно, ценные специалисты порой требовались так сильно, что уже всё равно что у него там в голове, но таких не принимали в Дом, и Ковен, а оставляли на контракте. Человек приходил с утра в офис, делал своё дело, и уходил вечером, и никому не было никакого дела до того, что там у него в семье, и не хамит ли он продавщицам. Но таких служащих не допускали до важных секретов, и вообще держали подальше от внутренней кухни Дома. Случалось, и так, что человек просился в Дом, но комиссия, рассмотрев все за и против, оставляла человека на контракте. Но бывало и другое, когда люди уходили из членов Дома, переходя на контракт. Этому никто не препятствовал. Вольному — воля, но тут же удаляли человека от важных дел.
 
Но происходили и вовсе неприятные случаи, когда человек просто сбежал на вольные хлеба никого не предупредив, а оставшись на дне, начал торговать секретами. Много не успел, потому как ведьмы достали из хранилища образец крови предателя, и прокляли его, фактически сразу убив. Случившееся довели до всех, но кто-то видимо совсем не понял, и через месяц, дама, решив, что мало зарабатывает, а достойна большего, сбежала в ходе поездки на отдых, и тоже сгнила заживо, попав под проклятье.
Не составило большого труда раздобыть фотографии погибших, и распоряжением Владимира их выложили в общий чат, «для ознакомления».
Десятка два членов Дома, сразу запросились «на выход» и им позволили уйти. Только не в Тысячемирье, а на Землю. А единственный портал находился под полным контролем Ковена и Дома.
Владимира естественно узнавали все, но особого ажиотажа его появление не вызывало. Дамы, кто находился в «свободном поиске» постреливали глазками, успевая изогнуться каким-нибудь причудливым образом, дети махали руками, выкрикивая на бегу что-то вроде «Привет!», мужчины, оказавшееся на пути, чинно здоровались. Совсем редко случалось так. что кто-то подходил со своей проблемой, но это уже в случае непреодолимых сложностей. В таких случаях, обычно кроме помощи, следовали организационные выводы по людям, и службам, порой достаточно жёсткие.
Именно поэтому очередь желающих вступить в Ковен, тянулась на многие годы. Конечно специалисты по списку, и некоторые другие категории проскакивали без очереди, но Ковен и Дом тоже не могли переварить всех. А кроме того, нельзя было ослаблять страну, потому что вымыть из неё всех ценных специалистов это верный путь уничтожить все перспективы развития. Это все понимали и порой, даже очень нужного специалиста в Ковене заворачивали, объясняя, что он нужнее стране.
Подобных нюансов, в работе существовало немало, но к счастью, аппарат Дома справлялся. Не в последнюю очередь благодаря качественным дорогим имплантам — ассистентам вживляемым всем члена Дома, и оплаченному доступу к тысячам курсов по разным специальностям. Люди с охотой учились, потому что за каждую подтверждённую специальность получали доплату, и это не стало выдумкой Владимира, а было общей практикой Тысячемирья. Более образованные работники, имевшие по две — три специальности лучше работали, принимали правильные решения, и становились первыми кандидатами на продвижение по службе.
Кроме того, внутренний рейтинг Дома учитывал спортивные достижения, количество детей в семье, и волонтёрскую работу. Да, очень многое если не всё можно сделать с помощью сервисных роботов, но Владимир считал правильным, когда люди сами беспокоились о своём доме. Подрезали деревья, подметали дорожки, следили за порядком, и так далее. И это тоже являлось частью политики Дома и Ковена. А кому не нравится быть в единой семье — никого собственно силой и не держат. Хотя, да. Семья размером в двадцать тысяч человек, — это сильно. Но зато, например, не существовало никаких проблем с детьми. Малыши сами добирались до детского сада, и сами приходили обратно. А если как-то заблудился, то первый же встреченный взрослый сразу отводил малыша на пост охраны порядка, и его отвозили домой. Да и не было во всём комплексе Дома, ничего опасного. А если какие –то вещи могли представлять даже гипотетическую опасность, то там детям никак не пройти.
И здесь Владимир ничего не придумывал. Изначальные Дома, все строились по тому же принципу огромной семьи, и если внутри существовали какие-то группы, то лишь те, у которых имелись ещё более тесные связи. Войны между Домами, или между Домом и какой-нибудь корпорацией случались нередко, и любую опасность должен был встретить не «коллектив», а именно дружная семья.