Новый горизонт (СИ)

— Как вы узнали об этом? — Моё сердце вдруг совсем разучилось биться (неужели посылка всё же не дошла до Андрея?). — Возле стелы трансфера что-то нашли?
— Хм. — Глава взглянул на меня с интересом. — Нет, ни о каких находках мне не докладывали. И раз уж у нас с вами деловая беседа, отвечу. Когда мои воины стали изучать поляну, то обнаружили, что один артефакт подсвечивался неестественно ярким светом, который со временем погас. Раньше такого не было, вот я у вас и спрашиваю: что именно и, главное, зачем вы вчера сделали?
— Вот как. Слава богу. — Не сдержала я внутри себя вздох облегчения. — По поводу той стелы… — Решив ничего не скрывать, я рассказала всё так, как и было.
— Ясно. — Кивнул глава головой. — С той информацией, что вы предоставили, весьма сомнительно, что кто-то сможет сюда добраться. Ну а если и сможет — то хуже будет лишь для него. — Выпив свой стакан «жижи», глава довольно улыбнулся. — Хорошо, продолжим.
— Минутку, — Ли впервые подала голос в разговоре с главой. — Вы так просто поверили в то, что мы не послали за помощью? А ведь это было бы вполне логично. С чего вдруг? Прошу прощения за грубость, но лично меня подобное поведение очень настораживает.
— Вот как. Ну да это и не удивительно — вы, люди, наверняка привыкли искать подвох везде и всюду. — В лёгкой усмешке главы проскочили иронические нотки. — Тем не менее, если так сильно хотите, я объясню. Кажется, я уже сказал вам вчера о том, что драконы не умеют врать, сейчас же расскажу «почему». Правда в обмен на правду, так сказать. Драконы не врут потому, что это бессмысленно, а вовсе не невозможно. Любой дракон без труда распознает ложь другого, и всё потому, что у каждого из нас с самого рождения есть такая способность, как око правды. Мы видим, когда кто-то пытается исказить истину. Для нас это так же естественно, как различать цвета и запахи.
Ого! А вот это уже интересно. Не знала, что подобная способность вообще может существовать! Однако выходит, своей жизнью мы обязаны исключительно ей. Вряд ли драконы согласились бы вступить в диалог с чужаками, не будучи уверенными в их полной искренности. Это ещё хорошо, что мы вчера не решились врать и лукавить, а то бы уже давно летели с обрыва головой вниз.
— Теперь же, возвращаясь к нашим делам, — продолжил глава, отодвигая пустую тарелку в сторону. — Скажу по правде, изначально я не видел никакого смысла в том, чтобы тратить на вас еду и питьё, однако ваше знание божественного письма всё изменило. Как вы уже поняли, в отличие от вас, нам оно неподвластно. Множество раз мы пытались понять его, однако эти попытки никогда не заканчивались ничем хорошим. Так вот. — Глава переводил свой взгляд с меня на Ли и обратно. В итоге, остановился он всё же на мне. — Мой народ уже много тысячелетий испытывает желание узнать, что за тайны скрываются в этих текстах, доставшихся нам от нашего бога-создателя. Если вы сможете разобрать их и перевести на наш язык, я лично обеспечу вас всем необходимым для счастливой и беззаботной жизни, то есть едой и кровом.
Ясно. Как я и думала, драконы заинтересованы в наших знаниях. Вот только… Бог-создатель владел китайским? Что это за бог-создатель у них такой? Он что, был человеком? С одной стороны, звучало безумно, но с другой, объясняло, почему священное место драконов могли использовать только люди. Однако что-то здесь не складывалось. Разве разумные расы не жили в этом мире задолго до начала заселения его людьми? Может ли быть так, что драконы появились в этом мире намного позже, чем те же эльфы и гномы? И связано ли это с тем, что существуют разумные драконы и обычные мобы в виде драконов? Как-то о неразумных эльфах я вообще не слышала.
— Ваше предложение, уважаемый глава, нас очень заинтересовало, однако перед тем, как заключать какой бы то ни было уговор, мы хотим обсудить несколько важных моментов, — ответила я, не сводя глаз со Свая.
— Например? — С явным неудовольствием спросил глава.
— Первое и главное — вы перестанете обращаться с нами как с пленниками, больше никаких охранников, караулящих у дверей. Во-вторых, мы хотим свободно передвигаться по деревне и всем островам, в том числе и в священное место, которое мы с подругой видели вчера и хотели бы изучить подробней. В-третьих, обоюдный обмен информацией. И наконец, в-четвёртых, — я слегка сузила глаза в пристальном взгляде, — вы позволите нам пользоваться стелой трансфера для связи с нашими товарищами.
 
— Невозможно. — Глава даже слегка привстал от возмущения. — Думайте, о чём просите! Священное место вам никто посещать не позволит, тем более использовать его в своих собственных и непонятных нам целях. Мы ещё можем обсудить другие условия, но об этих забудьте сразу.
— Видимо, не так уж и сильно вы хотите узнать, о чем говорится в древних текстах вашего племени, — Ли улыбнулась главе наглой улыбкой.
— Я сказал, что это исключено, о посещении священного места и других островов — забудьте. Даже если бы я и разрешил — что само по себе невозможно — я не в праве в одиночку решать такие вопросы. Священное место принадлежит всем племенам в равной степени, это общее наследие нашего народа. Ну а разрешить вам посещать враждебные острова — всё равно, что объявить им войну. Остальные условия я принимаю, однако с некоторыми уточнениями. Мы перестанем ограничивать вашу свободу, однако вам запрещено покидать территорию нашего племени. Более того, вам запрещено вступать в контакт с другими племенами и разглашать раздобытую вами информацию. Ну и в последних: работать вы будете по двенадцать часов в сутки и каждый день предоставлять отчёт о проделанной работе лично мне одному. Моя дочь Кита проведёт вам экскурсию по нашему племени и объяснит его правила. На этом всё. Вы свободны.
Спорить с таким решением главы мы не стали, так как изначально и не надеялись на одобрение всех наших условий, главное для нас было — заполучить относительную свободу передвижения и доступ к информации о жизни и строе местных племён. Всё остальное было нужно лишь для того, чтобы два этих пункта нам всё же одобрили. Вот только мне как-то очень не понравилось уточнение о двенадцатичасовом рабочем дне. И дело тут даже не в нарушении моего трудового права, а в вопросе: что будет с нами, когда древние тексты для перевода просто закончатся? Как-то глава забыл упомянуть об этом, и что-то мне подсказывало, что это далеко не просто так.
— Как всё прошло? Вы договорились? — Вдруг накинулась на нас с расспросами до этого неразговорчивая Кита.
— Эммммм, да. Теперь будем работать у вас в архиве, или что-то вроде этого. Думаю, тебе это известно куда лучше, — ответила я девушке.
— Да-да, я вас сейчас отведу в нужное место и всё объясню. — Доброжелательно улыбнувшись, драконика пригласила нас следовать за ней.
— Хм, — обратилась я к девушке, решив начать диалог. — А ты сегодня куда веселее, чем была вчера. Такой ты мне нравишься куда больше.
— Спасибо. — Улыбнулась она в ответ. — Вы правы, вчера я вас двоих ещё слегка побаивалась, но теперь уже всё в порядке. Вы мне плохими людьми больше не кажетесь.
— С чего вдруг? — Спросила Ли как-то чересчур раздражённо. — Значит, я не ошиблась, и ты всё-таки подслушивала наш утренний разговор?
— А? — Девушка удивилась, но быстро взяла себя в руки. — Простите, как-то само получилось. Однако подслушав, о чём вы говорите, я поняла, что драконы и люди между собою не сильно и отличаются. Так что пока вы здесь, в случае чего можете обращаться ко мне по любому вопросу.
Долго упрашивать нас не пришлось, так как вопросов за последнее время лично у меня накопилось достаточно. Кита без труда шла на диалог, и я без промедления решила этим воспользоваться. Пока мы втроём шли до нужного места, выяснили довольно много интересного. Как мы с Ли и предполагали, парящих островов здесь много, около пятидесяти, однако больших и пригодных для жизни всего лишь десять, каждый из которых населяет одно из десяти местных племён драконов. Священный остров, по которому мы так долго блуждали, находится в самом центре и с разных сторон окружён всеми десятью другими главными островами. Также он не принадлежит какому-то одному племени, а считается мирной зоной, за которой по очереди присматривают все племена сразу. Так вышло, что в этом месяце была очередь племени Киты. Этот остров — своеобразный храм и святилище для местных жителей, на который просто так драконам летать-ходить не разрешается. За исключением отдельной группы, которая поддерживала порядок на той поляне, лишь главы каждого племени и их семьи имели право посещать остров — и то исключительно в «День памяти».