Римлянин (СИ)

— Чего? — поднял тот глаза от вкуснейших штруделей.
— Ты бы помягче обращался с людьми, — вздохнул Таргус. — Я понимаю, он переступил черту, но не надо было бросаться чернильницей, паркет вон заляпал…
— Да я просто взбеленился из-за этого дерзкого мальчишки! — вновь яростно выпучил глаза курфюрст и поперхнулся крошками штруделя.
— Запей вином, — посоветовал ему Таргус.
— Кха-кха! Кхм, — выпив весь бокал, откашлялся Карл Фридрих. — Ничего, никуда не денутся, пришлют нормального, более сговорчивого. А то ишь…
//Курфюршество Шлезвиг, замок Готторп, приёмный зал, 16 декабря 1735// 
—… Его Королевское Величество согласился на ваше предложение, — произнёс Адриен-Морис де Ноай 3-й герцог де Ноай, новый посол от короля франков к курфюрсту Шлезвигскому.
— Вот и отличненько, — хлопнул в ладони Карл Фридрих, а затем посмотрел на посла. — Штруделей?
Таргус в это время сидел в своей спальне на третьем этаже замка и учил Зозим некоторым аспектам правильной агентурной работы.
—… самое главное: конспиративность и оперативность, — говорил он. — Никто не должен знать о встрече с агентом, а сама встреча с агентом должна занимать минимум времени. Но надёжнее всего, конечно, шифрованные сообщения в условленных тайниках. Шифрами ты в целом уже владеешь, поэтому важно обучить завербованного агента одному из шифров, пока что базового уровня и общаться с ним посредством тайников, чтобы никто, даже при обнаружении тайника, не мог понять, что там написано. Важно: никаких письменных инструкций к расшифровке, в случае раскрытия агента, это очень плохо скажется на всей твоей сети, при условии, что ты используешь общее для всех шифров ключевое слово. Из этого проистекает следующее: никаких общих ключевых слов! Каждый агент должен иметь своё кодовое слово для шифра, чтобы раскрытие его шифров не нанесло ущерба сети в целом. Рано или поздно появятся всякие тайные канцелярии, если уже не появились, которые будут искать твоих агентов, выявлять их и колоть на предмет полезной информации. Какое правило из этого исходит?
— Чтобы агенты знали как можно меньше, господин? — предположила карлица.
— Именно! — поощрительно улыбнулся Таргус. — В идеале они не должны знать ничего, кроме указанных в шифровке действий. Итак… Каким образом ты засылаешь агентов в Париж, исходя из услышанного за сегодня?
Зозим задумалась. Сформулировав мысль, она заговорила:
— Необходимо завербовать купца где-то в городе, именно такого, который ведёт дела с Парижем, но ни в коем случае не оружейного или ещё какого-либо стратегически важного, лучше подойдут продавцы зерна, льна или дешёвой посуды. Нужно его заинтересовать и слегка припугнуть. Я использую несколько переодетых в обычную одежду гренадёров для этого, а затем посулю ему серьёзную сумму денег за сотрудничество. А, нет, я дам ему четверть суммы в качестве аванса! Таким образом он будет повязан с самого начала, что заставит его действовать активнее и смелее, так как вкус денег приятен каждому. Сперва я дам ему задание попроще: что-то вроде выяснения состава семьи главы города, затем вызнать адрес проживания начальника гарнизона, дальше численность охраняющих Версаль солдат и так по нарастающей, чтобы он сам не заметил, как по уши погряз в подлейшем шпионаже. В конечном счёте он будет вербовать других людей, но под надзором моего человека, которого я поселю в каком-нибудь неприметном домике ближе к центру Парижа. Сеть будет расти, а я буду в курсе всего, что происходит в городе, буду знать всех криминальных лидеров, продажных аристократов, влиятельных торговцев и вообще всех ценных для шпионажа персон.
— Молодец, — похвалил её Таргус. — А теперь бери пару гренадёров, переодевай их в гражданскую одежду и иди в город.
— Эм… Прямо сейчас, господин? — неуверенно уточнила Зозим.
— А когда ещё? — удивился Таргус. — Или хочешь пообедать, перед тем, как завербовать своего первого агента? Вперёд! Шпионская сеть в Париже сама себя не сформирует!
Зозим поднялась из кресла и направилась к выходу.
 
— Первые провалы неизбежны, но опыт придёт, тем более, что сейчас пока что у наших врагов с контршпионажем дела обстоят не очень! — напутствовал её Таргус.
Сам он посидел немного в своём кресле, задумчивым взглядом гипнотизируя карту Европы, а затем поднялся и направился в приёмный зал, где уже должна была состояться встреча Карла Фридриха с послом франков.
В коридоре на первом этаже он столкнулся с группой франков, один из которых оказался новым послом. Губы его были заляпаны недостаточно тщательно вытертым вишнёвым соком.
Карл Фридрих сидел во главе стола и продолжал есть штрудели, запивая их вином.
— Ну, как всё прошло? — поинтересовался у него Таргус.
— А, замечательно, — лениво вытерев губы платком, ответил курфюрст. — В следующем месяце свадьба, а тебе нужно до конца войны успеть произвести свои мушкеты.
Примечания:
1 — Автоматон — марионетка с механическим приводом, выполняющая действия по заданной программе. Можно сказать, что это первые в истории человечества роботы, хотя до крайности примитивные и созданные сугубо для развлечения: они могли выполнять очень ограниченный спектр действий, включающий в себя написание заданных слов, игрой примитивной мелодии на свирели или имитирующее естественное пожирание еды, как, например, механическая утка Вокансона, способная ещё и высрать пережёванную еду.
2 — Зимний дворец — в данном случае не елизаветинский Зимний дворец 1754 года, Зимний дворец Анны Иоанновны, построенный в 1735 году.
 Глава XIX. Ружейная принцесса 
 
//Курфюршество Шлезвиг, г. Киль, городской дворец, подземелье, 29 декабря 1735//
— Это просто так не закончится, не-е-ет, ребятушки… — Таргус подал знак Арнольду и тот поднёс к носу вырубившегося наёмника колбочку с нашатырным спиртом.
Очнувшийся узник заорал от боли, которая никуда не делась.
— Рассказывайте по-хорошему, вы всё равно всё расскажете, — Таргус неспешно расхаживал туда-сюда перед двумя висящими на Х-образных крестах наёмниками. — Отсюда никуда не деться, только на небеса, но туда вас может отправить только Арнольд и только когда я скажу. Вот этому прижги левое колено.
Арнольд пробурчал что-то положительное и воткнул раскалённый прут в правое колено наёмника, который заверещал от этого как живая свинья над костром.
— Твою ж мать, Арнольд! Опять ты за своё?! Левое колено — это вот это колено! — Таргус указал на нужное колено. — Стой! Пока не надо. Говорите, дорогие вы мои, кто послал, зачем вы пытались убить моего папашу? Вы расскажете, всё расскажете. Но к концу нашей беседы это будете не совсем вы. Лишь обоссавшиеся и обосравшиеся обрубки, когда-то бывшие гордыми людьми. Ох, а где же мои манеры? Я ведь не представил вам Арнольда! Знакомьтесь, это Арнольд, он раньше работал городским палачом, но потом получил, кхм, производственную травму и был брошен роднёй на произвол судьбы. Вот бедняжка, правда? Но тут появился я, как это здесь говорится, добрый самаритянин! Спас бедняжку Арно от бесславной смерти уличного безумца, от голода и обиды кидающегося на прохожих людей! Дал ему работу! И знаете что? Теперь он даже больше подходит для работы палача, чем раньше! Он перестал морально уставать от любимого дела, он не способен жалеть, окажись на его столе я, он бы и меня не пожалел, клянусь вам! Идеальный палач, машина боли, хозяин истязаний! И знаете, что будет, если я просто уйду и оставлю вас с ним? Он будет пытать вас не для раскрытия каких-то секретов или получения полезной информации, о нет, нет-нет-нет! Вы расскажете ему всё, абсолютно всё! Но ему будет плевать на любые ваши слова! Он будет делать это с вами только потому, что любит это занятие любовью истинного профессионала! Итак, я ухожу?
 
— Ваше Светлейшее Высокородие! Я всё расскажу! — воскликнул один рыжий парень, который ещё не успел попасть в обработку Арнольдом.