Римлянин (СИ)

Кирасиры принца Савойского ударили прямо в лоб развернувшемуся противнику, видя, к чему ведёт движение пяти когорт Таргуса, которые примкнули штыки и уже были очень близко к врагу, который просто не знал, что делать.
Отчётливо видно, что командир противника потерялся. Таргус демонстрировал слишком сложное управление войсками, недоступное ни одной европейской армии. Если говорить метафорически, они ели китайскими палочками, а он рукой.
Правильно отреагировать на серию скоординированных движений точного количества боевых единиц противника с чёткими и актуальными приказами — это не новые пули отлить и не порох в бумажные брикеты расфасовать. Такому надо учиться и учить своих солдат, а это дело небыстрое. И подсмотреть тут недостаточно. Вот настоящее конкурентное преимущество Таргуса перед ними, а не какие-то там пули Несслера, которые он сам когда-то подсмотрел в специализированной литературе параллельного мира.
От легионерского удара во фланг противник дрогнул, поэтому не смог удержать кирасир, которые прорвались сквозь строй и начали рубить всех, кто попадёт под руку.
— Звуковой сигнал отхода тем пяти когортам! — приказал Таргус сигнальщику. — Не ввязываться в бой! Встать на убойной дистанции и продолжать отстрел врага!
Скорость звука — 343 метра в секунду, в текущих реалиях это практически мгновенная скорость передачи информации. Быстрее только флажками или огнём.
Интерпретировав приказ верно, легионеры отцепились от колеблющегося врага, бегом ушли на дистанцию около пятидесяти метров и открыли огонь.
Кирасиры свою работу знали, поэтому врагу не дали шанса собраться и продолжили резню. Когда остались жалкие кучки солдат, которым никто не пришёл на помощь, кирасиры помчались в направлении рассеянных по полю стрелков-штуцерников, которые сильно потеряли от шрапнели, но продолжали обстреливать легионеров в основной формации.
Из-за дыма было не видно, но в не горящей части леса началось какое-то смутное движение.
Таргус как шахматист-профессионал за шахматной доской просчитывал ходы наперёд, причём мог управлять всеми «фигурами», в отличие от командования противника, которое уже потеряло контроль над ситуацией.
Главная их стратегическая ошибка — они поставили артиллерию в лес. Преимущества есть: её не видно до поры до времени, деревья могут послужить естественной защитой от прилетающих ядер, но они даже предположить не могли, что Таргус может его поджечь. Это будет уроком для выживших в этой битве.
Наступающие колонны на левом фланге Таргуса внезапно для них подверглись обстрелу со своего правого фланга, где в этот момент проявили себя силы резерва.
После пяти залпов, резерв помчался в штыковую атаку прямо в уязвимый и «размягчённый» многими десятками килограмм свинца фланг. Поделать с этим враги уже ничего не успевали, манёвренность войск оставляла желать лучшего.
Столкновение и отчаянное убийство не сумевших достойно встретить внезапный удар врагов.
Пробив фланг насквозь, легионеры начали добивание сопротивляющегося фронта и отстрел уже бегущего тыла фактически переставшего существовать построения франко-иберов.
Поляками уже не пахло, они в настоящий момент сверкали красными кафтанами где-то в районе горящего леса.
Виктория в руках Таргуса.
//Там же, спустя пять часов//
После битвы было ещё очень много работы, которую могли сделать только легионеры.
Был разбит каструм, собраны трофеи с поля боя, добиты раненые враги, найдены выжившие легионеры, а также подсчитаны потери.
Из тридцати тысяч легионеров расширенных легионов было безвозвратно потеряно семь тысяч шестьсот двадцать пять человек, ранено с разной степенью тяжести ранений десять тысяч девятьсот три человека, ещё двести семьдесят семь человек пропало без вести, но их сейчас активно ищут.
Таргус сидел на ящике из-под артиллерийских бомб и задумчиво смотрел в направлении новообразованного кладбища, которое легионеры сейчас оснащали оградой.
Каждый легионер достоин надлежащих похорон, поэтому они задержатся здесь на пару дней, чтобы вырыть нужное количество могил.
 
Потери огромные, по меркам Таргуса, но для местных это что-то вроде блистательной виктории. Франко-иберо-поляков было около семидесяти тысяч, они были экипированы новейшими пулями и бумажными патронами, которые, как выяснилось сегодня, скорее навредили, чем помогли: деревянные шомполы при интенсивном применении, которое как раз и произошло сегодня, обламываются о края ствола, после чего могут загнать щепку между пулей и стволом, что иногда ведёт к разрыву бумажного патрона и изгибу пыжа. Было найдено несколько мушкетов, которые взорвались от такого обращения.
Победа тридцатью тысячами семидесяти тысяч, тех самых семидесяти тысяч, которые держали за задницу самого принца Савойского ещё в прошлом году — это считается блистательным окончанием битвы. Таргус же думал не о блистательности, а о том, как он будет восстанавливать численность легионов и сколько ему нужно легионов, чтобы безболезненно переживать такие потери.
— О чём думаешь, маленький Карл? — подошёл к нему принц Евгений, севший на ящик по соседству.
Тут был свален десяток ящиков, которые будут отправлены обратно в «Промзону», где их вновь наполнят боеприпасами. Таргус не любил разбрасываться ресурсами, поэтому ничего в его ареале обитания не пропадало зря.
— О сегодняшних потерях, Ваше Королевское Высочество, — честно ответил Таргус. — Неприемлемо много.
— МНОГО?! — поперхнулся принц Евгений. — Разве это много?!
— Ударь вы вовремя, мне бы не пришлось поджигать лес и вступать в неравную схватку, — ответил Таргус. — Я прогнозировал потери в две-три тысячи, а получил семь с половиной тысяч и одиннадцать тысяч раненых.
— Откуда у тебя эти цифры? — удивился принц.
— Мои легионеры очень сильно любят считать, Ваше Королевское Высочество, — пожал плечами Таргус. — Нет. У меня есть специальная служба, которая собирает информацию в войсках, всё это будет использовано в будущем, в исторических хрониках. И я буду выгодно отличаться от вас и вам подобных тем, что про мои потери будет известно точно, а про ваши — сугубо ориентировочно. Отношение к солдату будет видно наглядно.
Принц Савойский кивнул и задумался.
— А-а-а, — протянул он и махнул рукой. — Я уже слишком стар, чтобы изменить историю.
Таргус был с этим не согласен. Принц уже поучаствовал в изменении истории, так как сегодня были разбиты франки, хотя все предпосылки вели к тому, что ничего подобного не должно было быть.
— Я не смог прибыть вовремя потому, что французы оставили заслон в двадцать тысяч, — вновь заговорил принц Савойский. — Они перепутали нас, по всей видимости. С этой армией, которую ты разбил, должен был встретиться я.
Скорее всего, произошла какая-то ошибка и франки подготовили неправильные засады не на тех людей. Заслон из двадцати тысяч должен был встретить Таргуса, разбить или сильно задержать его, а Савойского тем временем должны были долбить эти семьдесят тысяч, при поддержке артиллерии из леса. После Савойского уцелевшие войска должны были ударить в тыл Таргусу. Но кто-то у франков просчитался и его страна очень дорого за это заплатила.
— Это война, — философски произнёс Таргус.
— Да, это война, — согласился принц.
 Глава XVI. "Италия" 
 
//Брешия, 13 июня 1735 года//
— И это «Италия»? — разочарованно спросил Таргус, глядя на какую-то задрипанную деревеньку, которую местные называют Брешией.
Технически, это был город, но по сравнению с тем, что здесь было в родном мире Таргуса, эта дыра являлась деревенькой.
 
В мире Таргуса тут стоял огромный город Бриксия, важный торговый узел, через который идут трансальпийские грузы, предназначенные Медиолану и Риму, а также всем остальным городам провинции Италия.
Здесь торговлей и не пахло, особенно в свете войны.
У него в голове не укладывалось, что через столько лет в Италии вообще возможна война. Но потом он напомнил себе, что это параллельный мир, а там, как известно, возможно абсолютно всё. Даже тот факт, что нет никаких параллельных миров, возможен в параллельных мирах.