(не) его. Я и мой сын (СИ)

— Спасибо, -несмело кидаю в его сторону, и понимаю, что мне пора идти, время доходит до девяти, а ровно мне нужно быть в кабинете у начальства. Я конечно, думала, что буду показывать только Волонскому, но раз так уж сложилось, придется и со вторым познакомится.
Хотя, может он и занят совсем другими делами?! Чего ему в офисе торчать, раз он решать дела приехал?
— Здравствуйте, - здороваюсь с секретарем Волонского, убирая прядь волос за ухо, - у меня презентация на девять, - она наконец то поднимает взгляд, и сурово сводит брови.
— Нету, Бориса Дмитриевича, постой здесь, - она выходит, и медленно дефилирует к кабинету, после короткого стука, скрывается.
— Иди, - неожиданно быстро возвращается, и как угорелая снова возвращается на своё место, будто бежит от стаи бешеных собак.
Мои нервные клетки начинают шалить, и я здорово нервничаю перед кабинетом. Да что там за зверь такой приехал, что тут все по струнке ходят?! Интерес во мне всегда превышал страх, и поэтому я долго не мнусь, а вхожу, даже забыв стукнуть пару раз для приличия, да и нужно было ли, если дверь была приоткрытая. Секретарь так бежала, что даже до конца не закрыла.
Этот кабинет мне уже хорошо знаком, поэтому я не теряюсь, начинаю идти, и только потом поднимаю голову вверх.
— Здравст...- слова приветствия застревают в горле, а в сердце замирает, затем начинает больно биться в ускоренном темпе, что кажется сейчас вырвется из груди. Меня будто оглушили, взрывом бомбы, в ушах звенит, а тело немеет, из рук выпадает папка с распечатками, летит на пол, и громко приземляется.
Я распадаюсь на кусочки, снова собираю себя, приводя в чувство, но его взгляд прямо в сердце. Больно, всё еще больно. Тишина в кабинете становится просто не выносимой, а воздух напряжен, что еще немного и пойдут искры.
— Здравствуй, Диана! - его голос всё тот же, мужественный, с легкой хрипотцой, и невероятно увлекающий, его хочется слушать, всегда.
Горло спазмом сводит, внутри боль по венам, режет, и вдохнуть невозможно, воспоминания одни за другими проносятся в голове, ломают, снова заставляют чувствовать. Я ведь думала, всё в прошлом, но сейчас понимаю, что обманывалась.
  
Глава 6
 
Тело будто парализованное, и выгляжу я наверняка по идиотски, открывая и закрывая рот. Но ничего с собой поделать не могу, я в глубочайшем шоке. Могла ли я вообще подумать об этой встрече? Да нет же конечно, я помню вопрос Волонского, про Евгения, почему он не сказал, что Абрамов его совладелец? Это шутка такая или что?
Личико Тима всплывает перед глазами. Как же он похож на этого грозного мужчину. Вроде сынишка такой маленький, но взгляд его определенно от отца. Отмахиваюсь, от этих мыслей, он выбрал другую жизнь. Выбрал бывшую жену, и того малыша. Я так и не знаю чей он. Родной ли сын Евгения, или может это ребенок того заграничного мужчины, к которому уезжала мать Вероники.
Как в замедленной съемке наблюдаю, как мужчина присаживается на корточки передо мной, и начинает собирать вещи, которые я уронила.
— Не ожидала тебя здесь увидеть, - голос сухой и почти безжизненный, едва слышен, мне кажется моё сердце бьется в разы громче голоса.
— Да, для меня это тоже сюрприз, - говорит немного, как мне кажется отстранено, и в груди расцветает обида за этот тон, и потому что Женя, даже не смотрит на меня. Встает, протягивает папку с распечатками, и тут же отводит взгляд. Дикая боль заглушает все звуки, я на автомате подхожу к столу, хотя хочется уйти отсюда, просто выбежать и разреветься, как глупой маленькой девочке, от неразделенной любви, которая продолжает во мне жить. Только зачем? И почему? Я так хотела...хотела чтобы она прошла, и не могла даже подумать что спустя столько времени, мне хватит лишь единственного взгляда на мужчину, чтобы понять, что это была лишь иллюзия, того что я всё забыла.
— Присаживайся, Диана! - давит голосом, и продолжает смотреть в сторону, желваками играет, и совершенно точно злится. На меня ли? Оттого что я снова появилась в его жизни, думает буду мешать им с женой быть счастливыми? В голове, сплошной бардак, сотни вопросов, и ни одного ответа на них!
 
— Может мне стоит уйти, раз вам, так не приятно со мной общаться Евгений Александрович? - слова вылетают быстрее, чем я прикусываю язык ,во рту моментально чувствуется привкус крови. Что ты делаешь, Диана? Все внутренние ресурсы отправляю лишь на то, чтобы не говорить больше ничего. Щеки огнем горят, а пальцы онемели уже ,сдавливать в одной руке сумку, а в другой папку.
— Сядь, Диана, и послушай меня! - он наконец то смотрит мне в глаза, долго, пристально. А я тону, чувствую, что погибаю, мне кажется, что в них что-то прежнее есть, совсем неуловимое, крохи нежности, которые я впитываю в себя, при это ртом хватая воздух. словно всё время без него мне не чем было дышать, а сейчас кислород наконец то попадает легкие, насыщает.
Беззвучно опускаюсь на стул, и складываю руке на столе, сжимая одну руку другой.
— Я слушаю, - отвечаю почти спокойно, немного остепенив себя, хоть обида продолжает давить. Она скорее неосознанная, и возможно распространяется на нас обоих, из-за Тимура. Первопричиной стал поступок Евгения, не говорить ему о сыне, но решение принимала я. Сознательно отстраняя его от ношей жизни с сыном.
Эта встреча всколыхнула все чувства внутри, не зажившие раны, едва затянувшиеся, снова открылись, и теперь ноют, принося дискомфорт.
Мне хочется заорать на него "Как ты мог?". Но вместо этого отвожу взгляд, мне кажется еще немного и он поймет что я что-то скрываю от него, взгляд как сканер, пробирающийся под кожу.
— Я понимаю, что ты сейчас на взводе, Диан, но давай без глупостей! Мы оба - взрослые люди, и я не собираюсь препятствовать твоей работе в компании. Меня здесь почти не бывает, поэтому встречаться мы будем довольно таки редко, и я постараюсь эти встречи минимизировать, - почти скрепя зубами договаривает, в груди всё кровью обливается, и глаза начинает печь от подступивших слез, - не потому , что мне неприятно! Потому что так будет правильно, Диана, надеюсь ты это понимаешь!
НЕ ПОНИМАЮ!
Тело всё вибрирует, я не понимаю, ни-че-го! Но послушно киваю. Почему? Я боюсь, что он узнает о сыне, и возненавидит меня. Потому что скрыла эту информацию от него.
— Я поняла, - говорю сухо, и взгляд падает на папку в его руках. Сердце моментально ускоряется до невероятной скорости, дыхание спирает, кажется вся кровь вокруг сердца крутится, разгоняя его еще сильнее. Он аккуратно листает, переворачивая страницы моего резюме, кивает иногда своим мыслям.
— Борис Дмитриевич, не сказал тебе что я совладелец? У тебя в рекомендательном письме моя компания и подпись! - он начинает хмурится, окидывая меня внимательным взглядом.
— Нет, просто уточнил, действительно ли я работала у вас! - почти пищу, впиваясь ногтями себе в руки.
— И мне ничего не сказал, - хмыкает, но скорее не зло, а по доброму, - ладно, разберемся с этим, - он снова опускает глаза, и я вижу что следующий листок, будет личная информация, где имеется запись о Тимуре, - Диан, ты себя хорошо чувствуешь, побледнела вся?! - спрашивает, когда перелистывает страницу, если он сейчас опустит глаза, то узнает, что у меня есть сын.
Шансы на то, что он подумает, что это его ребенок, минимальны, так мне кажется, но если он всё таки задастся вопросом, что если?
  
Глава 7
 
Сердце в пятки опускается, в глазах темнеет, а ногти сильнее впиваются в ладошки. Вдыхаю глубоко, задержав дыхание. И в этот момент открывается дверь в кабинет, наши взгляды с Евгением Александровичем, привлекает вошедший.
— Фух, я уж думал опоздаю, но видно, всё же вовремя, - Волонский широко улыбается, с интересом оглядывая наши застывшие тела, и расслабленной походкой входит, усаживаясь по правую руку от Абрамова. Застываю, и наконец начинаю дышать, потому что понимаю, Евгений остановил просмотр моего резюме, и отложил папку на край стола.