Башня Черного дракона (СИ)

Да твою ж ты за ногу да сковородкой по голове! Какого черта?
Я и в лес дремучий поперлась, чуть в болоте не увязла, хорошо хоть догадалась палку использовать, так смогла опереться на нее и выбраться. И в чистое поле выходила тоску развеять — и каждый раз одно и то же!
Я не видела решения проблемы. Я тут застряла надолго, а точнее, навечно. С горя решила напиться, уж вина, добра этого, в погребе хватало, чтобы гасить тоску годами.
А потом пьяная и зареванная пошла к дракону горе выговаривать. Тот с видом психоаналитика лапкой по спине аккуратно похлопывал и поддакивал, а морда при этом понятливая такая!
— Вот скажи, как ты тут все время жил, а? Со стенами разговаривал? А, ты же не можешь. — Махнула рукой. Дошло до меня. — А мне что делать? Я и так уже полной дурой себя чув… ик… чувству… ик… Да что такое! В общем, жить-то как теперь?
Дракон вместо слов положил голову на пол, а меня в охапку взял и замер.
А что, тепло и приятно.
Я чувствовала себя в полной безопасности, несмотря на близость клыкастой пасти. Обняла чешуйчатую лапу, облила новой порцией слез и надо же, успокоилась.
— Один ты меня понимаешь… — Никого другого здесь не было, но не в этом суть. — Вот и будем тут жить с тобой вдвоем. А может, мне за тебя замуж выйти, а? — подняла я голову и посмотрела в огромный глаз дракона.
Я несла пьяный бред, но тогда мне он казался разумным.
Тамал моргнул и его глаз стал в два раза больше. Дракон перестал дышать, а потом вспомнил, что надо и резко выдохнул вместе с огнем и дымом. Аж закашлялся, бедолага.
— Да ладно тебе, пошутила я, что я изверг насильно тянуть к венцу? — по-дружески похлопала я его, ничуть не испугавшись огня.
Зверь поперхнулся и с шумом втянул воздух, раздувая ноздри.
— Ты просто иногда бываешь такой милашка! — проворковала я, ощущая, как меня переполняют чувства.
На самом же деле меня переполняло нечто другое, благородное и изысканное на вкус. И это нечто теперь плескалось в моем желудке и туманило мозг. А я ведь и не поела толком.
Я повернулась в теплых объятиях Тамала, погладила его опешившую морду и со смехом, от всей души чмокнула в пупырчатую щеку.
Видели бы вы его реакцию! Этак он совсем задохнется от привалившего счастья в виде пьяной девицы, забывшей про все приличия.
Эх, дракоша, если бы мой поцелуй мог расколдовать тебя! А что, одна, вон, поцеловала жабу — и вышла потом за прекрасного принца замуж. И я так хочу.
Но такое только в сказках происходит…
Я рассмеялась.
До чего дошла! К дракону уже пристаю! Самой смешно и одновременно грустно стало.
Но вино согревало уставшее тело, рассеивало тревогу и печаль в душе, а присутствие дракона прогоняло одиночество и наполняло чувством единения. Уж лучше зверь, чем вообще никто. А он не только разумный, но еще и теплый! Никогда бы не подумала, что драконы такие… такие приятные на ощупь.
Я с удовольствием растянулась рядом, обняла лапу зверя, положила на нее голову и… уснула.
Как только открыла глаза, мигом протрезвела. И куда делось мое чувство самосохранения? Вместе со мной напилось вчера.
Я все так же лежала в объятиях дракона, согретая его теплом и дыханием, а он, не мигая, смотрел на меня.
Он что, за всю ночь так и не шелохнулся? Боялся побеспокоить?
В душе что-то виновато зашкрябалось лапкой.
Я натянуто улыбнулась и, прикрывая рот, (не дышать же перегаром!) произнесла, с ужасом вспоминая про тот бред, что несла накануне вечером:
— Я вчера лишнего наговорила, ты уж прости. Не знаю, что на меня нашло.
Дракон молчал, внимательно слушая.
— Так я пойду? — я аккуратно и с трудом приподняла один его когтистый палец с себя.
Только тогда он пошевелился и выпустил.
Я тут же попрощалась и почти бегом покинула зал, чувствуя, как пылают щеки.
Пока шла, приглаживала волосы и одежду, попробовала дохнуть в ладошку и с перекошенным лицом отвела руку.
— Твою ты…
Чуть не захмелела от винных паров, вышедших изо рта, а от перегара чуть не прослезилась. Во рту кислятина жуткая. А память еще услужливо подсунула сцену с поцелуем. Вот, смотри и убивайся теперь.
 
Я готова была рвать волосы на голове от стыда. Не знала, что законченная алкоголичка и вдобавок эта… слова даже не знаю такого. Не питаю я никаких чувств к животным, кроме симпатии. Я нормальных мужиков люблю! Любила!
Так, немедленно привести себя в порядок, выветрить дурь из головы и… и… снова подумать, как решить свою главную проблему. Не заливать горе алкоголем и слезами, таким образом забывая о нем на время, а попытаться найти выход из замкнутого круга.
Должно быть решение! Я что-то упустила. Попробую вновь заглянуть в библиотеку.
Последующие дни я прожила в соседстве с книгами — и снова ничего!
Нет, я, конечно, узнала для себя много чего «полезного», например, как строить замки или воевать с соседним государством, а вот о порталах ни слова. Все, что я теперь знаю, это то, что не могу покинуть замок, есть граница, за которую я не в силах переступить. Но я не хотела сдаваться иначе, если перестану бороться, я же тут… застряну навсегда!
Дракон, конечно, лучше, чем вообще никто, но не выходить же мне, в самом деле, за него замуж!
А тем временем погода портилась, с севера пришли холодные ветра со снегом и вьюгой, и я им завидовала, они-то могут гулять, где им вздумается, а я тут застряла в этой вечной тюрьме.
Мало того, что в другом мире, так еще в старом сыром замке.
Согревалась я теплом от огня, а бывало, и самим драконом, когда засиживалась у него вечером.
Из башни пришлось переехать в одну из нижних комнат с большим камином, поближе к библиотеке, благо книг там много, еще долго буду развлекаться.
И с драконом мне удалось в короткий срок установить доверительные отношения. Не имея вокруг живой души, невольно сблизишься и начнешь рассказывать про свою жизнь.
Тамал слушал всегда внимательно, он вообще душка-собеседник, жаль только, что ничего сам сказать не мог.
А еще мы летали!
— Тамал, ты уверен, что я не свалюсь с твоей спины?
Дракон фыркнул, если перевести, то это звучало примерно так: «Обижаешь?»
Я сходила на кухню и вынесла во двор стул, встала на него. Этот зверь подозрительно насмешливо покосился на меня. Да я бы на коня так залезала, а тут целый дракон!
И я на свой страх и риск влезла ему на спину, схватившись за крыло, замирая от его телодвижений, когда он пытался помочь мне. В общем, совместными усилиями мы справились. А уж когда он прижался к земле, чтобы оттолкнуться, и расправил свои черные кожистые паруса, моя душа покинула это бренное тело, лишь представив, что меня сейчас ждет.
В первый раз, когда он подхватил меня со скалы, я толком ничего не рассмотрела из-за мумияподобного состояния и сильного ветра, но переборов боязнь высоты, я смогла потом наслаждаться нашими воздушными прогулками.
Видеть мир за пределами прозрачных границ и наблюдать за реакцией людей. Все казалось таким кромешным, словно игрушечным. Люди видели нас, но знали, что дракон не может пересечь линию, высыпали из домов или останавливались, чтобы удовлетворить свое любопытство. А я им даже рукой махала с дальнего расстояния. Это их жутко удивляло, застывшие фигуры сразу оживали.
Совместные полеты стали для меня отдушиной, и со временем я совсем перестала бояться, доверяя свою жизнь дракону. Упади я в воздухе, не испугалась бы ни капли, потому как знала, крылатик не допустит, чтобы я превратилась в лепешку.
А еще я нуждалась в тренировках, тело привыкло к каждодневным нагрузках. Не хватало моих учениц и вообще прежней жизни. Я думала, она у меня не сильно интересная, что я неудачница, у которой сломана карьера, а теперь мне казалось, если бы я вернулась, радовалась бы каждому дню своей жизни.
 
Коньки я с собой прихватила, удручало лишь отсутствие катка, но с приходом зимы эта проблема решилась.
Как-то утром я проснулась и с удивлением увидела редкие деревья и кустарники на территории замка в хрустальном одеянье.