Избранная (не) для стаи Альф (СИ)

Диана
— Влад.
Могу только улыбаться, когда он тащит меня на себя. Отодвигает кресло назад, чтобы я могла устроиться верхом на нём. Стягивает с меня пальто Захара, которое улетает куда-то далеко.
— И что ты делаешь?
Меня распирает от непонятного счастья. Хотя всё до боли просто: я могу получить своих мужчин. Сейчас, в полнолуние, всегда. Они готовы принимать мою странную нужду сразу в нескольких, готовы делиться.
А я готова отдавать им себя.
Это так просто и понятно, что не могу не улыбаться.
Сама жмусь к мужчине, а его губы мажут по щеке. Не хочу поцелуя, просто близости. Вот так, чтобы его ладони жги поясницу, дыхание щекотало шею. Будто момент единения, больше, чем просто при сексе.
— Я скучала.
Глупо скучать по человек, когда его не было всего пару дней. Когда ты проводишь с ним вечер, занимаясь поисками. Мы ведь не просто были в одной комнате, увешанные книгами. Волки касались меня, постоянно. Накрутить прядь на палец, положить ладонь на плечо. Просто задеть, проходя мимо.
И я понимаю, о чём говорил Захар. Что это не в счет. Рядом, но не так, как нужно. Могу касаться, а всё не то. Острая нехватка. И я сейчас её восполняю по полной.
— Что ты делаешь, — отрываюсь от него, когда Влад сжимает моё запястье и тащит к себе. Оставляет короткий поцелуй там, где будет моя рана. Связывающая с кем-то навсегда. — Щекотно.
— Ты пахнешь Захаром.
— Влад.
— Это не упрёк, просто факт. Из-за того, что он касался тебя, ходила в его пальто. И, зеленоглазка, я могу принять, что на тебе будет его запах. Постараться принять. Но мне нужно, чтобы мой тоже был. Понимаешь?
— Понимаю.
Не пытаюсь выдернуть ладонь, потому что сама же пострадаю. Мне нужны его касания, так зачем себя в чём-то ограничивать? Если не можешь ничего изменить, то наслаждайся.
И я наслаждаюсь.
Ещё сильнее дрожу от действий Влада, когда тот ведёт губами дальше по руке, прикусывая зубами кожу на внутреннее сторона локтя. А после повторяет этот путь, снова и снова, добавляя язык.
Это как-то порочно, совсем по-звериному. А у меня внизу стягивает всё. Жаждет большего. Ерзаю на мужчине, стараясь сильнее свети ноги. Но вместо этого чувствую его стояк.
— Что же ты делаешь со мной, малышка? — бормочет, переходя губами на мою шею. — Ммм?
— Не знаю.
Правда ведь не знаю. Почему их так повело на мне. Почему я нравлюсь мужчинам даже ос своими тараканами и заскоками. Но знать не хочу. Даже если хоть крупица в этом из-за Избранности — плевать.
Я упираюсь коленями по бокам от бёдер мужчины, пока в венах медленно закипает кровь. Будто кто-то включил конфорку и забыл. А оно всё кипит и кипит, грозясь убежать. Вырваться из моего тела.
И я сама подаюсь вперёд. Обхватываю мужское лицо, веду по контору щетины. Очерчиваю каждую морщинку возле глаз. Ему двадцать семь же, а уже морщинки.
Такая глупая мысль.
А ещё мне нравится, как Влад смотрит на меня. Пронзительно, хищно. Будто вот-вот бросится. Но ничего не делает. Позволяет мне эту медленную ласку, которой, на самом деле, у нас было мало.
— Хочу тебя.
Не уверена, кто из нас произнес эту фразу, когда всё превращается в вихрь действий. Быстрые поцелуи, руки по телу. Одежда летит прочь, кажется, слышу её треск перед этим.
Мелочи, такие мелочи.
У меня пальцы дрожат, когда я вожусь с его ремнём. Мир будто кружится вокруг, а я пьяная. Очень-очень пьяна, с дымкой в голове. Перед глазами плывёт, каждый мелкий поцелуй на плечах кажется губительным.
Коротко стону, когда пальцы Влада проникают в меня. Приподнимаю бёдра, позволяя больше. Чтобы двигал быстро-быстро, давил на клитор большим пальцем.
Жестко и необходимо.
— Не играй со мной, — прошу, не уверенная, о чём именно говорю. Слова словно из-под толщи воды доносятся. И не я их шепчу. — Я же… Влад.
— Моя зеленоглазая девочка. Жадная.
Он улыбается, сдавливая мои бёдра. И с этой же дьявольской улыбкой целует меня. Будто трахает мой рот, сталкиваясь языками. Проводит по нёбу, лижет губы.
 
А после толкается. Усаживает меня на себя, заполняя. Я не представляю, как этот момент может быть настолько идеальным. С его членом внутри, губами на затвердевших сосках. И ладонью, что сжимает мои волосы, заставляя запрокинуть голову.
— Двигайся, Ди, давай.
И я даю, и двигаюсь, и растворяюсь в движениях. Наказываю нас обоих тем, как медленно опускаюсь на него. Но хочу прочувствовать каждый сантиметр. Начиная от головки, заканчивая твёрдым стволом.
Медлительность, которая ломает меня. Выкручивает нервы, которые и так на предели. Мне хорошо, жутко запредельно хорошо. До давления в груди, отнимающихся рук. Совсем не чувствую свои пальцы, которые сжимают широкие плечи.
Вся немею, наполненная разрывающими чувствами.
— Нахуй, — бормочет Влад, сильнее сжимая человеческие зубы на моей шее. Но ощутимо, чтобы разряди потекли по венами. Двести двадцать и больше.
— Я уже на нём, — охаю, когда мужчина перехватывает контроль. Вбивается сильнее, превращая меня в сгусток возбуждения.
— Захар на тебя плохо влияет, зеленоглазка.
— Буд… Будем говорить о нём?
Не будем.
Потому что между стонами и криками не хватает места для слов. Горло дерёт, между ног всё горит огнём. И я наслаждаюсь каждой секундой своих мучений.
Пока жар не занимает каждую клеточку тела, каждый атом, заставляя их давить и взрываться. Короткими вспышками удовольствия, всё чаще и больше.
Пока я сама не взрываюсь.
Меня колотит, горло сжимает.
— Малышка.
Меня бьёт жалящим удовольствием, когда мужчина продолжает двигаься во мне. Не держусь больше, полностью лежу на нём, вжимаясь губами в солёную кожу.
— Моя.
Его.
Их.
Без вопросов, сожалений, сомнений.
В голове звенящая пустота после оргазма, тело до сих пор потряхивает. Продолжаю неконтролируемо сжиматься на члене мужчины, слушая его тяжёлое дыхание.
Меня словно нет.
Ровно до той секунды, пока Влад не кусает меня по-настоящему. Впиваясь зубами в местечко, где шея переходит в плечи. Привычное движение, заставляющее откидывать голову, подставляясь сильнее.
Но затем боль нарастает, пока не разрывается вместе с глухим хлопком моей кожи.
Влад словно…
… ставит мне метку.
  
Глава 60. Последсвтвия укусов
 
Захар
— Зеленоглазка, ну погоди.
— Не смей ко мне приближаться! Придурок блохастый.
Я слышу вернувшуюся парочку до того, как они успевают выбраться из машины. Вайолка хохочет, мы с Ником переглядываемся. Очевидно, что Кошак, как и я, не особо хочет попадаться под Дианину горячую руку.
Немного жаль Влада, которому приходится сдерживать Альфу, чтобы не гаркнуть в ответ. Малышка разошлась, а он даже не рычит, терпит все оскорбления. Хотя, обычно, даже свою самку одёргиваешь перед другими.
Все понимают, что дома она тобой крутит как хочет, но хоть при других сохраняешь вид, что поводок у тебя, а не давно перекочевал в руки пары.
Но я чувствую эту смесь злости в девушке, и каплю сладкой радости. Будто кто-о во время грозы достал сахарную вату.
Чистый кайф.
И что натворил Альфа?
— Ди…
— В жопу иди, — отвечает в рифму, пока Ник ржёт в открытую.
— Не забывайся зеленоглазка. Ты говоришь с Альфой.
— Зато ты прекрасно забываться умеешь, Альфа хренов!
Входная дверь хлопает так, что мне жаль дом ведьмы. Но вместе с этим хочу насладиться представлением. Влад должен был сделать что-то дикое, чтобы так вывести из себя зеленоглазку.
Воздух забивает запах секса. Неужели Альфа облажался в этом деле? Так я не прочь утешить Ди и показать, что я лучше.
— У нас есть серебро? — девушка спрашивает серьёзно, хмурится, влетая к нам на кухню. — Или что там против оборотней работает?