Что такое не везет (СИ)

Вот и думай, как жить дальше. С одной стороны, в памяти отразилось прошлогоднее «приглашение» если можно так выразиться в приют. Тогда, после очередного запоя отца, на крики сбежались соседи, и оторвали Вовочку от разъяренного родителя, решившего преподать сыну, очередной урок. Именно тогда, инспектор по делам несовершеннолетних, предложила Вовочке, отправить его в школу-интернат, где учится довольно много знакомых ему детей. Все же поселок считается рабочим, и таких семей, как у него, как минимум половина. С одной стороны, выглядит это, очень даже привлекательно. Дети там живут в теплых благоустроенных общежитиях, получают трехразовое питание, их одевают и обувают. Только знай учись и отдыхай в свободное от учебы время. Вот только, то, что выглядит вполне благопристойно, на деле оказывается совсем по-другому.
Еда в интернатовской столовой, мало отличается от привокзального общепита, да и та, чаще всего достается с боем. Хотя это официально не объявляется, но в школе-интернате действуют негласные правила, касающиеся всего на свете. Не поздоровался с учителем при его появлении — штраф, не сделал уроков, или получил двойку — штраф и оставление без сладкого. Нагрубил кому-то, вместо обеда будешь наводить порядок в общежитии. Тебе конечно принесут корочку хлеба, но это и все, на что можешь рассчитывать. А попробуешь жаловаться еще и на темную нарвешься. А уж о том, что старшаки забирают себе самое вкусное, не стоит и вспоминать. Просто вначале, в столовой появляются именно они, и пройдясь по столам, выуживают из кастрюль и котелков, мясо, масло, забирают большую часть сахара, и так далее. Тоже самое касается и одежды. Вовка не однажды видел в каком тряпье ходят его сверстники, и уподобляться им не хотелось совершенно. Мало того, что отбирают старшие, так еще и снабжают детей откровенным браком с Андижанской швейной фабрике, выдавая это за качественную одежду. А она начинает разваливаться практически сразу, а уж после первой стирки превращается вообще в откровенное тряпьё.
Правда в тот раз у инспектора ничего не вышло, одним словом, протрезвевший папаня, написал жалобу и целую неделю ходил трезвым, что было очень удивительно. В общем сына отстояли. Как оказалось, тому было веская причина, на Вовочку родители получают некое пособие, потому что Сидоров старший, числится инвалидом войны, и человеком с ограниченными возможностями. И потому:
— Терять такие деньжищи отдавая паршивца в интернат? Вы, что с дуба рухнули⁈
Да и я собственно не рвался туда, прекрасно понимая, что здесь, как бы то ни было гораздо лучше. Сейчас же нужно было думать о том, что делать дальше, и на что дальше жить. С одной стороны, получив такую плюшку, от убежища, я подумал о том, что теперь-то, смогу хоть как-то противостоять своему папаше. Во всяком случае, стоит ему только взяться за ремень, отправлять его в нирвану, достаточно простое дело. Хотя кто знает, получится ли подобное еще раз, или все это одноразовое умение. Во всяком случае попытаться повторить, и не обязательно на папашке, обязательно стоит. Но вот денег это не принесет, хотя какую-то защиту, мне и обеспечит. В остальном же надо что-то решать. Самое паршивое, состоит в том, что на работу, в таком возрасте как у меня, не брали. Это я знаю точно, в прошлой жизни работал дважды, устраиваясь на работу на летние каникулы.
И после второго раза зарекся это делать до конца школы. Потому, что я вроде бы что-то и зарабатывал, но тратить заработанное брались родители. Оказывается они лучше знали, на что запустить эти деньги. В итоге, мои друзья с кем я работал к концу лета обзавелись мопедами, а мне справили новую школьную форму. Спрашивается, за что я трудился все лето? Нет, понятно что помогать родителям нужно, но не так же радикально. Но опять же это происходило после седьмого и восьмого класса, то есть тогда мне было уже четырнадцать-пятнадцать лет. Раньше, ни под каким видом, за исключением, пожалуй, уборщика помещений. И то, только в том случае, если мать возьмет еще одну ставку, а я буду выполнять часть ее работы. Но подобного мне и даром не надо. Что-что, а выбить из нее деньги, не получится при всем моем желании. А еще наверняка запьет, и все придется делать самому. А значит, зачем мне лишние хлопоты?
  
Металлы сейчас у населения не принимают. Именно поэтому почти каждый год, пионеры собирают металлолом, макулатуру, и школы централизовано все это сдают, непонятно кому, просто за какую-то мифическую идею. Вроде бы говорят, что за счет сдачи сырья школам выделяют деньги на покупку новых учебников, но мне что-то не верится во все эти сказки. В принципе макулатуру можно под шумок пару раз и отнести на приемку, как сегодня случилось с тряпьем, но постоянно этим заниматься не выйдет. Во-первых, сразу же начнут прорабатывать на собрании, типа в школу не несешь, а сам сдаешь. В принципе плевать, но есть одно, но. Если об этом узнают в детской комнате милиции, то рано или поздно меня просто отправят в интернат. Просто объявив о том, что родители меня не обеспечивают, и потому я и занялся подобным делом. Да и приемные цены, тоже оставляют желать лучшего. Максимум, что я заработаю, так это на тарелку пельменей.
В расстроенных чувствах, я поднялся со скамьи и поплелся в сторону родительского дома. Ну хотя бы сегодня, я был сыт. А завтра что-нибудь придумаю, решил я для себя. Дома, меня ждал очередной облом. Уходя я захлопнул дверь, как-то даже не подумав о ключах, а теперь входная дверь оказалась заперта. Родители же, продолжая пребывать в нирване, просто не обращали внимание на мой стук, вначале по дверному полотну, а затем и по окнам. Вспомнив о том, что открывал форточку у себя в комнате сунулся было туда, в надежде пролезть через нее в дом. Но увы, и она оказалась закрыта. Похоже кто-то из них все-таки просыпался. Отойдя на несколько шагов к ограде участка взглянул наверх. Так оно и есть из трубы шел дымок, говорящий о том, что печь затопили. Получается, кто-то из родителей встал, затопил печь, закрыл форточку, а заодно и дверь, совершенно забыв обо мне. А может и не забыв, а наоборот таким образом завершив начатое наказание.
В памяти всплыли пара моментов о том, что такое бывало и раньше. Однажды мне пришлось ночевать в саду у дома, а другой раз у печной трубы на чердаке. В принципе там довольно тепло, и единственная проблема состоит в том, что сейчас туда просто не добраться. Единственная лестница, по которой можно было это сделать, благополучно пропита еще в прошлом году. Была бы весна или лето, проблем бы не было, можно было бы устроиться прямо на улице, а сейчас, в середине зимы, это просто нереально.
Закурив очередную сигарету, чтобы хоть слегка согреться, все же старая ватная фуфайка и тоненькие брючата не давали почти никакой защиты от холода, я задумался. В принципе, найти место для ночлега, не такая большая проблема. Например, можно добраться до заводского клуба, тем более, что сегодня, суббота и значит там танцы. Под шумок просочиться мимо контролера, забраться под сцену, и спокойно устроиться среди старой мебели. Да, жестковато, не очень тепло, хотя, когда все разойдутся можно подняться и наверх к какой ни будь батарее отопления, и залечь там. Как вариант, вполне подходяще, хотя часов до десяти вечера там будет топот танцующих, потом около часа будет шарахаться сторож, разыскивая «усталых» и выпроваживая их на улицу, и вполне можно попасть ему под руку, а потом искать себе новое место. В общем вариант, так себе.
Второй и, пожалуй, самый выгодный — Школа. Отжать монтировкой запасной выход в спортзале, проще простого, а после спокойно устроиться на спортивных матах, и в уюте, и тепле продрыхнуть до самого утра. Тем более, что там просто английский замок, и отжав дверь снаружи, ее легко закрыть барашком изнутри. А если удастся попасть в тренерскую, то считай можно спокойно выспаться на старом диване, который был перенесен из учительской, и даже попить чайку с печенюшками. У Кощея всегда есть и то, и другое, не говоря уже о чайнике. Кощей — это школьный физрук. Константин Константинович. Пока выговоришь, язык сломаешь. Длинный худой, и очень нескладный мужик. Ходит будто на ходулях, не выпускает изо рта беломорину, и постоянно кашляет. Говорят, когда-то еще до войны, был мастером спорта по гребле, хотя по нему этого точно не скажешь. Но вроде бы прошел войну, и даже побывал в плену, в каком-то из лагерей. С тех пор так и не поправился. За глаза, все называют его Кощеем. Впрочем, кликуха пошла от него самого, говорят, что она сам когда-то, брякнул, что он как Кощей-Бессмертный, ни одна хворь его не берет. С тех пор так и зовут.