Собиратель душ (СИ)
— Милый, я… пойду к папе, наверное. А тебе надо закреплять связь с супругой. Старое правило никто не отменял: чем ближе, тем крепче. Миледи Диана — прекрасное приобретение для нашей семьи, она отлично впишется… — кажется, это она говорила уже на ходу, спешно покидая покои императора.
И мне надо идти. Что теперь врать будем? Император явится в спальню, меня там нет, мимо него я не проходила, он сразу же догадается, что я могу попадать в лабиринт. Или хуже того, обвинит Эрни в пособничестве, и мальчика накажут. А, может, и вовсе отошлют куда-нибудь.
«Скажи, что почувствовала себя плохо. В конце концов, это бывает после… ну, после. Устала, недавно болела. И вообще, его апартаменты — сеть комнат, пошла искать, не нашла и ушла к себе.».
Ага, миновав гостиную, куда выводят абсолютно все двери. Мимо, давай еще варианты.
«Если уж он смог оторваться от тебя, а прнес игрушки он явно еще до разговоа с маман, стало быть, решил дать тебе возможность отдохнуть. Он же здравомыслящий и хорошо воспитанный мужчина, в конце концов. Даже если он захочет прилечь рядом после трех часов марафона, клянусь, ему надо в туалетную комнату. Вот вы уже и разминулись. Ты проснулась, оделась и ушла, потому что неловко и бла-бла-бла. А тебе, если я правильно поняла его маменьку, нельзя больше подпускать императора к телу. Ты совершенно не можешь ему сопротивляться. И связь у них тут какая-то между супругами. Вроде бы нет истинных и избранных, тра… хм… сноша… хайе, ну ты поняла, направо и налево, чего за связь тогда? Не хватало еще, чтобы он стал читать мысли или еще что-нибудь в этом роде. Все. Решено. Заболела, недомогаешь, устала, дайте поспать. И, кстати, смотри.».
В этот момент я выползла из лабиринта в своей комнате. Ух ты, даже не заметила, как добралась! И в своих собственных руках увидела крошечный клочок бумаги с какими-то нечитабельными закорючками. Странно. После перемещения я прекрасно понимала как устную, так и письменную речь любой расы. А это что такое? И где я это взяла?
«Под той самой штучкой с хвостиком, которую вертела в руках, отличный, кстати, хвостик,» — охотно просветила меня леди Ди. А я, себя не помня, кинулась мыть руки. Я?! Вертела?! Да мало ли в чьей жопе она… ф-фу-у-у!! Мыть руки, срочно мыть!
Леди Ди от души хохотала надо мной, пока я тщательно, как учили на пропедевтике, намыливалась. Три раза. Пока кожа не сказала «хватит!», покраснев и немного распухнув.
Взгляд упал на брошенную на краю раковины записку. Точнее, огрызок очень тонкой бумаги, как будто даже туалетной. А вдруг она тоже побывала в местах, где солнце не светит? Пока я не начала намыливать руки в четвертый раз, леди Ди вмешалась.
«Хайе, ты бы лучше в душ сходила. Насчет записки не беспокойся, она написана шифром, который не является ни одним из языков Арданы, ты и не должна его знать. И предложение на ней меня, определенно, вдохновляет. Я этого капитана давно и хорошо знаю. Брось ее в камин.»
Камин был холодным с утра. Я с горем пополам развела огонь, но постаралась отойти от него подальше, потому что жар был совершенно нестерпимым. Как вампир его выдерживал во время наших совместных ужинов? И как мне теперь переносить тепло? С одной стороны, конечно, такая устойчивость к холоду зимой очень даже уместна, а с другой — как быть жарким летом? Уезжать в Гренландию? Пойти в пеший поход до Сургута? А хотя зачем далеко, можно просто на Северный Урал в горы рвануть…
Мысли о родном доме приободрили. Для меня было совершенно естественно строить далеко идущие планы вдали от вампира, стало быть, чем бы там ни была их пресловутая «связь», никакой зависимости от присутствия «Лоу» в моей жизни пока нет. И моя глупая несвоевременная влюбленность не помешает мне сбежать.
«Не хочу-у-у!!» — рыдала жаба. Нет, хочу. Хотим.
Весь день я успешно пряталась ото всех. Делала вид, что потрясена случившимся, устала и хочу набраться сил перед балом. Кошачий глаз пыталась просочиться ко мне, но я уверила, что достаточно прийти за час до начала, чтобы успеть собраться. И заставила ее поклясться собственными клыками, что платье в этот раз у меня приличное. Вирджиния тоже меня посетила, то мягко журя, что прячусь, то уговаривая выйти, но в итоге оставила в покое, когда я пообещала лично для нее спеть что-нибудь на балу. По всей видимости, мое нетрезвое выступление на Вечере Объявления ее впечатлило, а может, она просто проголодалась. Император, кстати, оказался самым ненавязчивым из всех. Будто считал, что уж теперь мне точно от него никуда не деться. Он просто удостоверился, что со мной все в порядке.
— Я все понимаю, моя дорогая, после хм… таких упражнений, вам первое время и ходить должно быть непросто… А вы, кстати, удивительно гибкая, признаться, не ожидал!
Я не краснею, черт возьми! Что ж я такого вытворяла? Как же обидно ничего не помнить, кроме ощущения полного восторга и переполняющего все тело счастья! Но не признаваться же в этом второму участнику действа! Так что ограничилась неопределенным хмыканьем и обещанием совместной ночи. Ага. Я и песенку вспомнила, которая мне должна в эту ночь помочь. Я смогу, я справлюсь. Амнезия мне в помощь, иначе, я бы просто не смогла уйти. Вспомнила бы, как он меня касался, как я… впрочем, зачем придумывать. Ноющие мышцы подсказывают, что я точно не бревном лежала. Мужик вот пришел проверить, побеспокоился, значит, не ударила в грязь лицом, и вообще я его жена и стыдиться мне нечего.
Единственная, кого я впустила к себе, это Амади. С полным подносом разнообразной снеди, увидев которую, поняла, насколько проголодалась. А теперь мне следовало бы покушать впрок. На балу будет некогда, потом не факт, что выбранный леди Ди капитан поспешит нас первым делом накормить. Возможно, некоторое время придется нестись без сна и отдыха, отрываясь от погони.
А Эрни пришел сам. Кто бы его остановил! Влетел восторженным вихрем, повиснув у меня на шее.
— Спасибо, спасибо, спасибо!!! Я теперь наследник, мама останется со мной, я буду императором Залтана!! — делился он причиной своей радости.
Амади смеялась и тоже меня благодарила. Я не понимала, за что. Понять, что мальчик будущий император, мог бы любой из них. И рано или поздно это бы случилось, особенно, когда стало бы ясно, что Пророчество исполнено, раз император продолжает быть в своем уме. Они просто через полгода занялись бы плотными поисками нечаянного наследника, проверив, как в сказке про Золушку, всех любовниц императора. Интересно, что вместо туфельки они стали бы примерять? Ох, и затянулось бы это дело у них… Ну да ладно. А вот Рози я сказку подпортила. И испытывала в связи с этим отравляющее всякую радость чувство вины.
Орчанка, когда я с ней поделилась, долго хмурилась, а потом все-таки сказала:
— Эрни, малыш, скушай пирожок, мой хороший, и пойди маме помоги, она сейчас в гостевом крыле. — Эрни, который, как большой игривый котенок, нежился, развалившись на софе и положив кудрявую голову мне на колени, подхватился и умчался, не забыв прикрыть дверь, которую Амади тут же снова заперла. — Рози до неприличия романтична и уверена, что давным-давно влюблена в упыря. На самом деле, она живет в выдуманном мире, где есть губные феи и розовые горгульи. Жизнь ее не баловала, ты же слышала ее историю, вот она и придумала себе прекрасного принца. Люди любят сочинять себе сказки, чтобы было легче жить. А она всрьез в нее поверила. А так как здравомыслия в ней едва хватает, чтобы растить Эрни в любви, вовремя пыль вытирать да подносы с едой господам таскать, то и жизнь ее до сих пор ничему не научила. Ну, не пара она упыренку, совсем ему не подходит. Он не понимает, но магия все чувствует. А она… Хорошая девочка, добрая. Но не императрица. Совсем нет. Вирджинии на один клык.
Помолчав, добавила.
— Слушай меня внимательно. Если упыренок избежал безумия, то его мамаша, как тебя увидела, совсем с катушек съехала. Вирджиния желает привязать тебя к семье де Глоттарини всеми доступными методами. Да не просто так, а чтобы ты слушалась именно ее и влияла на императора. Ничего не ешь и не пей из ее рук. Не принимай подарков, которые нельзя снять. Не давай никаких клятв и обещаний. Если почувствуешь, что вот прямо сейчас тебе страшно или очень хочется сделать то, чего раньше не хотелось, терпи и сопротивляйся. На флер императора у тебя аллергия, на других — нет, как оказалось. Ты не заметила, но кроме императора, никто особо не сдерживается, а ты хоть бы чихнула для приличия. Эрни вообще хлещет им во все стороны, потому что ребенок. Будь осторожна. Дашь клятву — не сможешь уйти. Уже знаешь, где спрячешься?