Экс-супруг. Я тебя забыла (СИ)

— Поняла…
— Ни черта ты не поняла, Лиля. По-настоящему в душу мне плюнула ты, — мужчина резко подрывается с дивана и идет на меня. — Я хотел быть хорошим. Я был хорошим! Но ты…
— Я тебя не предавала, — выпаливаю я испуганно. — Я не бросала тебя из-за Мирона. Я встретила его неделей позже. Случайно.
— Плевать на него! Дело в тебе, — подходит очень близко, а я цепенею настолько, что не могу двинуться. Лишь моргать могу. — Все должно было быть иначе.
— Да, иначе. Но ты разрушил мою жизнь. А теперь, когда я почти все вернула…
— Да что ты вернула? Что, скажи? Мужика, который мучил тебя год, а потом вернулся к тебе из-за ребенка? — смеется Сергей. — Он того не стоит.
К черту его и объяснения его. Он свихнулся.
— Сергей, пожалуйста, — прикрываю глаза и тяжело сглатываю, — отведи меня к брату. Я хочу быть с ним и ждать. Прошу.
— Он в гараже. Там холодно и грязно. Лучше тебе остаться здесь.
— Все равно. Я хочу быть с ним до самого отлета. Прошу тебя… Я хочу убедиться, что он в порядке.
На что Сергей немного хмурится, а после начинает кивать.
Я думала, что это согласие, но потом он произносит следующее, подступив ко мне почти вплотную:
— Я полюбил тебя с первой нашей встречи, — выдыхает Сергей с тяжелым взглядом. — И я оберегал тебя, пускай и на расстоянии. Но ты этого так и не поняла. Тебе оказался нужен тот, который любил другую. Хотя... он и сейчас ее любит.
Слышать не хочу.
— Хватит. Ты отведешь меня к брату или нет?
— Не думай, что я желаю тебе зла.
И снова он уходит от ответа.
— Ты не желаешь, а делаешь зло, Сергей. Ты мог просто улететь.
— Я и улетаю.
— Ты меня за собой тянешь. Используешь меня.
— Использую?..
— Именно. Думаешь, я верю в твои чувства? Я твоя страховка.
— Вот, что ты обо мне думаешь… — Сергей растягивает губы в улыбке.
— Да, ты используешь людей. Например, Светлану. Помнишь такую? Ей на то время и восемнадцати, кажется, не было, когда ты втягивал ее. И где она теперь? Знаешь?
— В психушке. Мне известно. Там ей и место. Я даже врагу такой бабы не пожелаю. У нее вместо мозгов каша.
— Ты заставил ее совершать преступления.
— Она даже не считала это преступлением. Она считала, что освобождает его. Искренне. Она бы и тебя убила, если бы не я.
— Да ты просто герой. Может, уже отведешь меня к брату? Хотя бы на минуту. Я хочу взглянуть на него. И не смей больше переводить тему.
— Обещаешь вести себя хорошо?
— Да. Я обещаю, — смотрю на него в упор.
— Ладно, Лиля, — кивает Сергей. — Идем за мной.
Сергей идет первым, а я за ним. Этот большой дом. Очень большой.
— Это твой дом? — интересуюсь.
— Он записан не на мое имя, — отвечает Сергей. — Так что у него не возникнет мысли искать тебя здесь. Тебя же это интересует?
Мысленно чертыхнувшись, я заставляю себя промолчать.
Вскоре Окуневский останавливается напротив одной из дверей и, открыв ее, делает пригласительный жест рукой.
— Входи.
Я залетаю в плохо освещенное помещение и вижу брата, привязанного к стулу. Его руки за спиной, а на лице местами крови. У губ и бровей. Рядом с ним стоит шкафоподобный надзиратель, которому так и хочется расцарапать рожу, но я лишь одариваю ублюдка убийственным взглядом и бегу к брату.
— Максим! Максим, тебе больно? — глупость спрашиваю. У него вся бровь рассечена.
— Нормально, нормально… — говорит брат тихо. — Ни на что не соглашайся, — цедит он.
— Она уже согласилась, — звучит позади от Сергея. — Скоро ты будешь свободен, Максим. О сестре своей не беспокойся. Она будет в порядке.
— Она будет в порядке, когда ты ублюдок либо сдохнешь, либо окажешься за решеткой. Лиля, ничего не бойся, — Максим мне подмигивает. — Он меня не убьет. Ведь если убьет, то у него не останется рычагов давления на тебя. А если не дай бог с тобой что-то случится, то он сто процентов труп.
— Все, пойдем. Видишь же, он в порядке, — Окуневский берет меня за локоть. Я с трудом сдерживаю свое желание вырваться. Только хуже сделаю. — Пойдем, дорогая.
Когда Сергей приводит меня обратно, то я вырываюсь из его хватки.
 
— Ты мерзавец! Какой же ты мерзавец! — сокрушаюсь я. — У тебя был шанс исчезнуть, когда Мирон счел тебя мертвым, но нет… Слушай, у тебя все еще есть этот шанс. Если ты отпустишь нас, то я попрошу Мирона, чтобы он тебя не преследовал. Он меня послушает.
— Не нужно мне помилование от Барсова, — рычит Окуневский. — И лучше не зли меня, Лиля. На самом деле мне твое согласие и не нужно. Я с тобой по-хорошему хочу. Не вынуждай меня, — цедит со всей строгостью, после чего смотрит на часы на своем запястье. — Так, мне нужно сделать пару звонков. Ты пока отдыхай.
  
Глава 57.
 
Окуневский уходит, а я начинаю тихо рыдать, присев на край дивана.
Господи… Мирон, пожалуйста, появись как можно скорее. Не дай нам улететь.
Спустя пять минут я пытаюсь выйти из этой комнаты, но дверь заперта. А окна… на окнах решетки. Я их сразу не заметила. Они окрашены в белый цвет. Даже если я разобью стекло, то все равно не выберусь.
Дорогу до того места где держат брата я запомнила, но мне туда не добраться, если я не смогу открыть дверь или окно. Да и как я его освобожу? Так же я сомневаюсь, что смогу найти телефон.
Сев обратно на диван, я думаю о том, что бы было, останься я дома и расскажи все Мирону.
В таком случае моего брата скорее всего не было бы уже в живых. Я уверена. Я бы себе никогда не простила.
Как же я хочу к своей малышке. Я не сомневаюсь, что Мирон и Василиса позаботятся о Ульяне, но материнское сердце не может быть спокойно. Она моя плоть и кровь. Я не смогу без нее. Этому выродку, который не имеет своих детей, конечно не понять.
Немного погодя, когда становится совсем темно, я снова рвусь к двери, пытаюсь даже выбить ее, толкая плечом, но только боль себе причиняю.
Потом я слышу шум. Кто-то идет. Я тороплюсь вернуться на диван.
В комнату врывается Сергей, и настрой у него совсем другой, нежели раньше.
— Иди сюда, — приказывает он мне, но я не двигаюсь. — Я что тебе сказал, — сам подлетает и хватает за руку, заставляет встать.
— Пусти! Куда мы?
— Пора на самолет. Сейчас же.
— Нет, нет! — пытаюсь вырваться, но Окуневский тащит меня за собой. — Пожалуйста, нет… — пытаюсь затормозить ногами. — Я не могу… Пожалуйста.
— Мне убить твоего брата? — останавливается.
— Нет, но… — шумно дышу. — Можно же как-то по-другому.... Я прошу тебя, — можно сказать, умоляю его. — Моя девочка… Я очень люблю ее.
Взгляд Сергея на мгновение меняется, но чуть позже я вижу в нем всю ту же стойкость и жестокость.
— Нам пора, Лиля, — твердо произносит Сергей, сжимая мое запястье.
— Нет. Стой! — вскрикиваю, пуская слезы. Я должна сыграть. Остановить нас, насколько это возможно. Если он правда что-то чувствует ко мне, то это должно подействовать. — Скажи честно, зачем ты хочешь взять меня с собой?
— Я всегда этого хотел.
— Понимаю, — киваю. — Но как ты думаешь я буду без дочери? Она — мое все. И я ее люблю куда сильнее, чем когда-либо любила Мирона. Я ведь мать.
— Не говори, что я не предлагал тебе взять ее с собой. Ты намеренно не взяла ребенка с собой. Твое решение.
— Тогда я не знала, что тебе нужно от меня. Вдруг… вдруг ты хотел убить меня. Откуда мне было знать? Я не могла рисковать дочерью.
— Ты правда так думала? Я? Тебя убить? — горько усмехается Сергей и касается ладонью моей щеки. — Я тебя не трону.
— Но моя дочь… — роняю слезы.
Сергей пальцами стирает слезинки с моего лица, смотря сочувственно.
— Не сейчас, Лиля.
— Что?..
— Сейчас я ничего не могу сделать. Но в будущем… я постараюсь вернуть тебе дочь, — обещает мне Сергей. — Поверь мне.
— Где… где сейчас мой брат? — сглотнув, спрашиваю я. — Я хочу увидеть его перед тем как мы…
— Обещаю, что его скоро отвезут в центр города.