Тень терний (ЛП)

— Странное сочетание, — произношу я вслух, а взгляд невольно находит Кейлин, мирно спящую у меня под боком.
На полях появляются новые слова: «Ты когда-нибудь слышал фразу «противоположности притягиваются»?»
Комментарий книги вызывает у меня смешок. Приходится напомнить себе, что книга реально разумна, а не я сошёл с ума.
Кейлин со стоном разворачивается ко мне. Её сонные, растерянные глаза встречают мои.
— Рев?
Уголки моих губ приподымаются.
— Хорошо поспала, ангел?
Она сводит брови и трёт лицо, принимая сидячее положение.
— Что произошло?
— Ты заснула.
Она обводит взглядом матрас и подушки.
— Я забралась в твою кровать и уснула?
— Не совсем.
Её глаза распахнулись; я с трудом сдержал смех.
— Ты заснула на кофейном столике. Я перенёс тебя сюда, чтобы ты отдохнула.
Она посмотрела на мои колени.
— А сам решил почитать?
— Можно сказать и так.
Она снова потёрла лицо и провела пальцами по волосам, пытаясь справиться с непослушными светлыми прядями.
— Вот почему Кари спрашивала, хочу ли я вернуться к себе.
Моргаю, но ничего не говорю. Кари хотела убедиться, что Кейлин сама приняла это решение, что она чувствует себя в безопасности наедине со мной.
Кейлин перебирается ближе, рассматривает страницы.
— Он с тобой разговаривает?
— Нет, во всяком случае не вслух. Но утоляет моё любопытство.
Кей качает головой, глядя на записи в книге.
— Ты его раздражаешь.
Улыбаюсь.
— Похоже, ты единственная, кто ему нравится.
Пожимаю плечами. Меня это не обижает, только забавляет.
— А как ты добился того, что он начал отвечать? Разве книга не обжигала тебя?
Киваю и показываю ей люмикамень, он пульсирует желтоватым светом.
— Провёл эксперимент. Кажется, успешно.
— А что это такое?
Она медленно тянется к камню. У нас не было возможности поговорить о нём, откуда он взялся. Я испытал некое облегчение от того, что она не знает значение этих камней в моей культуре. Большинство фейри в курсе.
Хотя никто из них даже примерно не может объяснить, почему люмикамни обладают такой силой.
Я держал его в своём кармане с того момента, как мы покинули Светящийся двор и отправились в Обваливающийся двор. Это было пару недель назад, но по ощущениям — в прошлой жизни. Мы не раз использовали его за последние несколько дней.
— Это люмикамень. Изначально они, как фрукты, растут на кустах, а затем высыхают и превращаются в драгоценные камни. Понятия не имею, как и почему они вообще действуют. Это не магические камни. Это просто символ моего двора. В них нет магии; это всё, на что они способны.
Задумываюсь, стоит ли говорить ей, что значил для меня конкретно этот камень, когда я сорвал его с куста.
— Я нашла его, — шепчет она, зажимая люмикамень двумя пальцами, — в Выжженных землях. Он лежал на берегу болота у Огненной Стены, где… мы разделились.
Сглатываю и опускаю взгляд на свои ладони. Должно быть, я выронил его во время схватки с призраком.
— Он был среди чёрной гальки. Даррен назвал их камнями душ. Это всё, что осталось от душ, погибших в Выжженных землях. Я взяла этот камень, потому что он напомнил мне тебя.
Мой взгляд находит её губы. Не о тех вещах думаешь, Рев.
Закрываю глаза и дышу глубже. Мысленно прокручиваю её слова.
— Кто такой Даррен?
— Мой призрак. Так его звали.
— Ох. А когда ты успела узнать его имя?
Неужели она знала всё это время, но старалась не использовать?
— Он помог мне перейти болота, и у нас состоялся довольно душевный разговор. Я узнала, как его звали, он пообещал помочь нам. Нам обоим.
— Он был там, когда мы прошли через Огненную Стену. — Большая часть тех событий была как в тумане. Мы не обсуждали, что происходило после того, как мы разделились. — Ты не выходила, и мы с ним оба решили, что ты погибла, и он… был не очень рад.
Кейлин сглатывает.
— И что было потом? Даррен сказал, что ты смирился с моей смертью и пошёл дальше за книгой заклинаний.
Морщусь.
— Я не смирился, — ворчу я. Не знаю, что бы я сделал, будь у меня выбор. Наверное, если бы я стоял у стены и думал, ждать ли дальше или продолжить миссию, полагаю, рано или поздно я бы всё-таки пошёл за книгой. Но неизвестность мучила бы меня до конца. — Призрак твоего предка, Даррен, сначала напал на меня. Он был в ярости. Но затем… появился Рихган. И мантикора. Они взяли меня в плен.
  
Кейлин касается моих пальцев на смятых простынях, я вцепляюсь в её руку, как в спасательный круг.
— Рихган?
Киваю.
— Он пошёл с ними на сделку. Идиот. Он надеялся, что, сотрудничая с ними, он сможет спасти меня. Но у них были на нас иные планы.
— Даррен тоже наивно считал, что если я просто сбегу из Выжженных земель, то это решит все проблемы.
— Но в итоге он помог тебе.
В те последние мгновения, когда Кейлин уже не могла выдержать атаку Несущего Ночь, Даррен попытался её спасти. И меня он тоже пытался спасти.
Она кивает. Слёзы наполняют её глаза.
— Тем самым он искупил свою вину. Ему был дан шанс получить всё, о чём он мечтал, но он выбрал правильный путь, по совести.
Качаю головой.
— Он выбрал тебя.
Кейлин моргает. Слёзы бегут по её щекам. Я пододвигаюсь ближе, притягиваю её в свои объятья. Она застывает, притихнув напротив моей груди, но её пальцы впиваются в мою спину.
— Никто никогда меня не выбирал.
— Я выбираю, Кей. Я выбираю тебя и буду выбирать снова и снова.
Кейлин
— Я выбираю, Кей. Я выбираю тебя и буду выбирать снова и снова.
Вздрагиваю, почувствовав его дыхание на своей шее. Мне хочется ему верить. Хочется, чтобы это было правдой. Чтобы Рев по-настоящему выбрал меня. Здесь, в этом мире.
Но я не верю.
Он не осознаёт всех последствий. Он думает, что мы придумаем что-нибудь, чтобы остаться вместе, и хотя это тоже важно — то, что он хочет быть рядом со мной, — я собираюсь попросить его о другом.
Сложнее, чем любить кого-то, отпустить того, кого любишь.
И, боюсь, на это он не пойдёт. Если я поддамся ему, этим отношениям, то не уверена, что мне хватит сил потом уйти.
А я должна. Это единственное, что я знаю совершенно точно. Я должна вернуться в Двор Теней. Без вариантов. Для меня других путей не существует. Там моё место. Мой настоящий дом.
Но сейчас я нежусь в объятиях Рева. Это настолько приятно, что я начинаю сомневаться в своём решении. Поэтому, прочистив горло, я отстраняюсь. Его руки отпускают меня, но не глаза.
— Как долго я спала?
— Час, наверное. Ещё довольно рано. Я могу попросить принести нам ужин.
Мы немного поели вечером, но слишком мало, чтобы насытиться.
Прикусываю губу.
— Всё в порядке, — шепчу я. — Но я, наверное, пойду к себе.
Рев замолкает, его мышцы застывают.
— Тебе… не обязательно уходить.
Моргаю.
— Мне всё же лучше уйти, — выдавливаю я, несмотря на сжавшееся сердце.
Рев долго не отвечает. Его взгляд устремлён в пол. В итоге он делает глубокий вдох и встаёт.
— Пойду раздобуду немного еды.
Моё сердце ноет, пока я смотрю ему вслед и жду его возвращения. Рев хочет, чтобы я осталась. Встряхиваю головой. Это так ужасно, что я даже не могу позволить себе порадоваться этой мысли. Мы оба постепенно трезвеем. После того, как поедим, мы уже должны будем прийти в себя. Но точно ли я могу себе доверять?
— Что ты показывал Реву? — спрашиваю я духа в книге заклинаний, всё ещё лежащей на расправленной постели.
Я спала в кровати Рева.
Снова.
— Он спрашивал меня о древних. Я много чего ему показал: историю нашего времени, имена правителей и их земли. Он просил показать карту их территорий.