Гремучий Коктейль 7 (СИ)

— Ты буквально хозяин Чикаго, — с намеком пробубнила блонда.
— У нормальных кошек, не Мишлена, тоже есть хозяева. Только если присмотреться, то эти люди кормят пушистых засранцев, играют с ними, гладят их, выносят их дерьмо. Безвозмездно. Чикаго — та еще кошка, — пояснил я, — Куда проще зарабатывать состояния на том, что людям надо, а потом тратить состояния на товары и услуги, с охотой предоставляемые по всему миру. К примеру, мне Рао Тан уже звонил, интересовался, а не можем ли мы ему воспитать такой отряд девушек, за которых монархи Европы платят по миллиону в месяц.
— И ты, конечно, согласился? — угрюмо пробурчали мне, — Это же твой друг.
— Конечно, я согласился, — покивал я, — Поэтому в Китае скоро откроется университет слуг высшего разряда. Относительно скоро.
— Ты… уникальный человек, Кейн, — сделали мне комплимент, — Спокойно ругаешь, спокойно занимаешься каким-то диким видом спорта, спокойно учишь друга как надо заводить школу рабов, а с другим спокойно собираешься идти на смерть.
— И это мне еще с женой объясняться, когда она спросит, как так вышло, что мы уже не Истинные.
— Кристина будет только рада. Она очень переживала за вашу девочку.
Увидев знакомую персону, машущую мне из открытого кафе, я припарковал мобиль у обочины, попросив Пиату подождать. Уже не первый раз в жизни выходит так, что меня буквально поджидают в определенных местах, неведомым способом выяснив, что я тут собираюсь проехать. Напрягает. Но, если подумать, Дракарис и должен напрягать?
Конечно, он меня напряг.
— Рад бы с тобой пообщаться, Кейн, — буркнул телокрад при виде меня, подсаживающегося к нему за столик, — А еще сильнее рад был бы выслушать… но времени на это у тебя нет. Совсем.
— Даже чаю попить? — попытался пошутить я.
— Даже, Кейн, — совершенно серьезно отрезал этот хохмач, — Видишь ли, прямо сейчас идет совещание, на котором Кадархиалла Ступающий по Траве и два исполнительных директора Синдиката планируют совместную ответную акцию против тебя и твоей семьи. Точнее, уже спланировали, а теперь инструктируют исполнителей.
— Ты говоришь так, как будто знаешь, что мне делать дальше, — нахмурился я, — Почему такие новости и даже не по разговорнику?
— Потому что мне позвонили минуту назад, — достал свой аппарат лжеДмитрий, — Я тебя тут совсем за другим ждал. А предлагаю я тебе отправиться туда и перебить их всех, включая Кадархиаллу и его идиотов-друзей. Это и будет ценой моей помощи.
— Какой помощи?
— В виде Истинного, который подъедет сюда в любую секунду и поможет тебе переправиться в Майями.
Верить ему не хотелось. Всё внутри буквально восставало от мысли, что я войду в портал к незнакомцу, а потом отправлюсь к черту на куличики воевать американского короля, его пятерых апостолов и неизвестно какое количество бандитов. С другой стороны, то, о чем сейчас меня предупреждал телокрад, было очень реальным по логике вещей. Враги объединяются, это нормально. Разделять и властвовать поздно.
— Хорошо, договорились, — бросил я, направляясь к своему мобилю, — Сейчас вернусь.
— Как там закончишь, никуда не уходи, Дайхард, — донеслось мне в спину, — Я знаю отличный ресторанчик в Уэстгейте…
Привычка возить в багажнике патроны и рюкзак с арканитовыми стержнями пригодилась. Несколько валявшихся довольно давно «живых» вещей, измененных гримуаром Горизонта Тысячи Бед, тычущихся мне в руки, я нетерпеливо выкинул из багажника на асфальт, вызвав вопль души от завидевшего их Дракариса, а затем, не обращая внимания на прохожих и прочих ротозеев, принялся вооружаться. Выскочившая из машины Пиата, узнав о происходящем, в ультимативном виде напросилась со мной. Увернувшись от подзатыльника, высокая блондинка ядовито спросила, знаю ли я кого-нибудь еще, обладающего защитным набором артефактов и находящегося в здоровье и сознании. Пришлось ответить, что нет.
— Вот и не мешай с тобой дружить, горе-хозяин! — фыркнула несносная служанка, забирая у меня автомат и возмущаясь, — Я сносная!
— Невыносимая, — уточнил я. Два револьвера, два обычных пистолета, хавн, что еще? А, возьму с собой меч. Чтобы уж точно ничего в мобиле не оставлять.
 
Да еще и Дракарис под ногами путается, собирая эту пищащую ерунду. И кряхтит. Что кряхтит?
— Это за вами, — пробубнил стоящий на четвереньках телокрад, тыча пальцем в мобиль, стоящий у светофора, — Удачи.
Потянулись долгие секунды ожидания, пока сменится сигнал.
— Горе-хозяин, а можно вопрос? — выдала навьюченная автоматом блондинка.
— Да, горе-служанка? — отреагировал я.
— Вы вчера обрекли на смерть целый мир, что вы по этому поводу чувствуете?
— Ничего.
— … совсем? Там же были миллионы, сотни миллионов таких как Зеленка?
Я смерил ехидно смотрящую на меня высокую девушку взглядом, а затем, шагнув навстречу вышедшему из-за руля подъехавшего мобиля человеку, тут же раскрывшему портал прямо на проезжей части, буркнул за спину:
— Мне не до этого.
Интерлюдия
Пиата сама не знала, когда высокий, но вполне человечный друг Константина (а потом и её самой) превратился в это. Превратился? Ожесточился? Сложно сказать. Кейн Дайхард, вроде бы, остался для неё, Кости, своей жены и еще нескольких близких тем же человеком, которым и был раньше. Да, улыбка стала реже и жестче, под глазами залегли тени, подчеркнутые куда более интенсивным сиянием зеленых радужек, но не более.
Однако, другая сторона князя заставляла тренированную лазутчицу напрягаться. Сухая, собранная, жесткая, фонящая насилием и готовностью его применить. Чувство опасного хищника, готового немедленно начать действовать.
Ключевое слово: «заставляла».
Сейчас Пиата выбежала из портала, следуя за совершенно бесчувственной машиной в образе человека во фраке, но с объёмистым рюкзаком за плечами. За тем, кто шагая уверенно и равномерно, прошёл сквозь портал незнакомого человека, которого увидел только что. Она, проскочив следом, лишь успела мазнуть взглядом по веселенькой лужайке синей травы, залитой светом чужого солнца, как уже бежала, с автоматом наперевес, в следующий портал, открытый суровой пухлой девочкой в уморительном чепце.
Машина по имени Кейн Дайхард не удостоила ребенка даже взглядом. Он шёл вперед, держа в каждой руке по пистолету, но весь его вид, с рюкзаком, с торчащим из-за спины мечом, со свисающими гроздями заполненных патронами револьверных барабанов… он кричал об одном.
О войне.
«Мне не до этого» — слова того, кто только-только заявил о том, что принес домой израненного и искалеченного друга лишь затем, чтобы дать ему умереть другой смертью. Даже для неё, шпионки, лазутчицы, телохранительницы и воровки — это было совсем чуждым и непонятным.
Он начал стрелять, только сделав шаг через портал. Она, подбегая, видела, как механично поворачивается голова князя и его руки с зажатыми в них револьверах. До того, как Пиата в прыжке с готовым к бою автоматом нырнула в окно, Кейн уже сделал четыре выстрела. Обнаружив себя на улице, заполненной стоящими черными мобилями и отирающимися возле них людьми в костюмах, выхватывающими оружие, она и сама откроет огонь, прикрывая своего друга со спины.
А это ему было нужно совсем недолго, ровно до момента, пока князь, не окинув взглядом запруженную машинами улочку, не оценил риск их общего с Пиатой положения. Мобили представляли из себя естественное укрытие, а начавшие прятаться за ними стрелки угрожали просадить их защитные артефакты, как только займут позиции. Девушке это подсказал её богатый опыт, которого у Кейна быть не могло, но озвучить свои страхи она не успела.
Князь пришёл в движение. Неуловимым движением засунув револьверы в кобуры, он уже перемахивал в прыжке капот одного из мобилей, а в его руке был…
…меч. Несуразно длинное оружие из прошлых веков, которому давно уже место в музее.
Крик и брызги крови после двух плавных взмахов оружия служат доказательством, что меч устарел недостаточно на вкус противников князя. Сняв короткой очередью очередного бандита с весьма опасным пистолетом-пулеметом, Пиата видит, что Кейн вовсе не ударился в кровавый угар, а просто повысил свою мобильность, одновременно доставая гримуар. Она успела поймать две пули в живот и снять их выпустившего перед тем, как услышала негромкий равнодушный голос друга: