Гремучий Коктейль 7 (СИ)

— Через неделю сюда приедет клан Тан!! — взвизгнула беременная девушка, подскакивая, — Через неделю тут всё будет в руках китайцев! Они будут управлять всем, они не выпустят Аркендорф никогда! Ты не по…
— Повторить слова Спигона? — поинтересовался учитель ревнителей, подхватывая с пола своё исподнее, — Это не твоё дело, Ария. Твоё — родить барона Аркендорфа, выбрать себе новую фамилию и отправиться в кругосветное путешествие. Правда, тебе уже некуда будет возвращаться, так как я отзываю своё предложение и разрываю наши отношения. Своей дурацкой попыткой манипуляции, такой детской и грубой, ты меня… сильно оскорбила.
Страх и горечь на лице девушки, наблюдающей за неспешно одевающимся бароном, сменились горячей ненавистью. Чем она была порождена, не знал никто. Отчаянием заключенной? Чувствами той, кто, потеряв столь многое, только что потеряла и то, что осталось? Крахом всех планов, что она настроила в воображении, ожидая приезда её мужчины, того, кто должен был встать на её сторону и оставаться на ней до самого конца?
Неизвестно.
— Я. Сейчас. Превращусь, — пригрозила она натягивающему сапоги итальянцу, — Прямо сейчас! И твой ребенок умрет! Слышишь⁈
Ответом её был сначала взгляд, в котором презрение бултыхалось наполовину с разочарованием. Часто встречающийся, но очень гремучий коктейль.
— Тогда Спигон тебя сожжёт, медленно, — дернув щекой, сообщил барон Медичи, — А я буду смотреть, возможно даже с вином. Или ты даже такое предугадать не в состоянии?
  
Глава 13
 
Некоторые вещи очень полезно произносить вслух, особенно, когда к этому предрасполагают время и место.
— Она урожденная баронесса, Фурио. Её растили простолюдины, ежедневно и постоянно демонстрируя ей те же почести, которых удостаивался её отец. Девчонку не баловали, но слишком сильно любили, поощряли самостоятельность, но забыли, что мир совершенно другой за границами баронства. Что из этого выросло, ты видел сам. Талантливая, своевольная, яркая… но совершенно оторванная от реалий жизни, с перекособоченным жизненным опытом.
— Это ты так называешь, Дайхард? Она еле дождалась конца постельных игр, чтобы затем попытаться натравить меня на вас! — итальянец был раздражен и раздосадован, как и любой мужчина, которому, не сумев его использовать, плюнули в лицо.
— Мне докладывали, что изменившееся отношение замковых слуг сильно подкосило Арию, — я индифферентно пожал плечами, — Плюс беременность. Скука. Одиночество. Возможно, какая-то часть безумия в её голове, сам понимаешь, откуда взявшаяся. Тут тебе лучше знать.
— Мне? — сардонически усмехнулся итальянский барон, ловко выхватывая один из своих револьверов и крутя его на пальце, — Дайхард, ты, конечно, выглядишь взрослым, а уж со всеми этими титулами и своим ростом, так вообще… но определенной доли жизненного цинизма тебе не хватает. Думаешь, тридцативосьмилетний мужчина вслушивается в то, что говорит двадцатилетняя девчонка, которой он периодически задирает юбку?
— Следовательно, мы можем спокойно закрыть тему, — улыбнулся я, — Эмоции и психи Арии попросту никого не волнуют, как и её срывы. Пусть это остается на совести Спигона. А нам пора сосредоточить внимание на другом. Поезд скоро прибывает.
— Эксплуататор, — беззлобно фыркнул барон, отправляя оружие назад в кобуру и беря в руки длинноствольную скорострельную винтовку швейцарского производства, — Мог бы по старой памяти и бесплатно меня отправить.
— И лишиться возможности получить столь серьезное подкрепление? — зевнул я, тоже подбирая ружьё, — Прости, Фурио, но тут больше нет безумцев. Кроме Арии.
Ночка выдалась сложная. Оставшись в Аркендорфе после торжественного возвращения дочери, я всю ночь удерживал её мать от попыток напасть на несчастное дитя и защекотать то до полусмерти. Или пробовать рассмешить иным образом. Или добраться до Анны Эбигейловны с рекомендациями и советами. В общем, супругу приходилось ловить, утаскивать в постель, а затем всячески утомлять, чтобы она не навела суету.
 
А вот утром… утром на поезде прибывал Рао Тан, глава клана Тан, со всей свитой и семьей. Разведка Аркендорфа и подкупленные нами люди в соседних городах, все хором утверждали, что Синдикат обязательно попытается ликвидировать главу темного китайского клана. Несколько поспешных попыток напасть на состав уже было, но мой старый приятель, будучи человеком крайне осторожным, путешествовать отправился в бронированных вагонах с многочисленной и хорошо вооруженной охраной.
Только вот из поезда рано или поздно надо выйти.
Мы с Фурио, Кристиной и двумя «бегемотами» собирались просто поддержать высаживающихся, в то время как основную работу провернут сами швейцарцы, знающие этот отрезок гор как свои пять пальцев.
Ну и плюс кавар в розданных мной патронах. На всякий случай.
Этот самый случай перестал быть всяким минуты за три до того, как нам пришлось открывать огонь по модернизированной дрезине, нагнавшей остановившийся поезд и набитой неизвестными вооруженными лицами. Потом, после того как выскочившие из поезда китайцы в странной зеленоватой униформе откроют шквальный огонь из автоматов, что сметет отчаянно отстреливающихся боевиков, я узнаю о том, что Синдикат нанял двух магов, чтобы обрушить каменную лавину на остановившийся поезд. Обоих снимут нанятые мной «секретари» из тех же самых винтовок, которыми орудовали и мы с бароном.
Пленных никто брать не собирался.
— Стрелять в людей неприятно, — мрачно резюмировал барон Медичи, с сожалением расставаясь с высокоточной винтовкой, — Даже в бандитов. Особенно, защищая других бандитов.
— Мир не идеален, — парировал я, рассматривая ожидающую меня делегацию, — Я аристократ, и я бью бандитов, которые не уважают аристократов, с бандитами, которые уважают. Происходящее логично.
— Тебе это определенно не впервой, да, Кейн?
— Ваша дорога к баронскому венцу была изрядно полита кровью, господин преподаватель. Дорога к княжескому столу ничем от нее не отличается. Живые везде одинаковы, что в этом мире, что и в других. Я открою портал, попросите сидящую в зале девушку доставить вас в Санкт-Петербург моим именем.
— Один вопрос напоследок, Кейн. Ты же не будешь мне мешать видеться с собственным ребенком?
— Кем бы я был, если бы встал между младенцем и его единственным родителем! — удивленно я вытаращил глаза на смутившегося итальянца, — Нет, ваша светлость, ни в коем случае. Бойтесь другого — что вас могут не выпустить из Аркендорфа, если приедете сюда тогда, когда нас уже здесь не будет. Эти добрые люди, столь метко стреляющие в незваных гостей, сильно нуждаются в твердом правителе.
Барон очень правильно понял намек. Нельзя упрекать его в недоверчивости, с позиции постороннего наблюдателя видно, что Дайхарды полностью захватили Аркендорф и делают здесь всё, что захотят. Разумеется, это похоже на узурпацию. Хозяйка-предательница неадекватна, будущее туманно — буквально бери и владей. С точки зрения простолюдина или барона. С моей точки зрения плейбоя, миллионера, гения и Истинного — Аркендорф тот же геморрой, что и Чикаго. Огромные проблемы и почти никакой отдачи. Змеи, пожирающие собственный хвост.
На полнокровную встречу клана Тан времени не было категорически, но остаток дня я, скрипя зубами, выделил на то, чтобы как следует посидеть со старым знакомым, который несмотря на всю славу коварства ушлых китайцев, ни разу меня не подвел. Да и обстоятельства, включая «баронессу» фон Аркендорф, не предрасполагали к проведению массового застолья. Поэтому лорда Тан мы просто расположили в городе, выкупив целую гостиницу к вящему удовольствию её хозяина.
Теперь служба безопасности маленького горного баронства пополнилась почти двумя сотнями бойцов клана, сделав проникновение посторонних элементов в городок почти невозможным. Впрочем, думаю, Синдикату теперь будет не до спешно укрепляющегося клана — убийство двух волшебников этой конторе не простят.
Можно уходить. Теперь, когда количество вооруженных людей в баронстве плюс-минус равно той огневой мощи, что была здесь до того, как я разослал своих служанок по всей Европе учить местных обращаться с броней, можно выдохнуть с облегчением. Ну и клятвенные заверения жены, что теперь с Алисы не только не спустят глаз, но и будут с ней играть.