Вселенная DC. Заметки на полях
Достаточно интересно Дженетт описывала положение дел в тогдашней индустрии комиксов. Отвечая на вопрос о том, сильно ли повлиял на ее управленческий стиль тот факт, что она женщина, Дженетт рассказала о том, что для подчиненных она была в первую очередь боссом, но выражалось это зачастую в том, что почти все буквально старались заглянуть ей в рот и угадать ее «желания» – а связано это было с крайне несправедливой иерархией и несправедливой корпоративной структурой. Помимо подобных личных моментов, были и более прозаичные – никаких роялти, никаких выплат за допечатки, даже свои же страницы художники получали крайне редко (что вообще станет основным лейтмотивом их борьбы за свои права примерно в тот же период). Кан и Левиц вознамерились изменить эту систему, привнеся изменения как в корпоративную структуру, так и в отношение к работе самих сотрудников. Это заняло очень и очень много времени, но, исходя из моего понимания, это также повлияло на подлинный взрыв конца 80-х годов, когда отличные и даже легендарные комиксы посыпались как из рога изобилия.
Если говорить конкретно о цифрах, их приводит заметка [12] газеты New York Times 1985 года – в 1976 году авторская команда получала 20 % роялти за лицензирование новых персонажей, с 1981 года авторы комикса, продажи которого перевалили 100 тысяч выпусков, получали 5 % роялти с продаж. Она стала инициатором более широкого представления комиксов DC в магазинах комиксов, которые начали массово появляться в середине-конце 70-х годов, что привело к появлению так называемого direct market – «рынка прямых продаж», который, в отличие от супермаркетов или газетных киосков был напрямую заинтересован в продвижении и популяризации комиксов.
После не очень удачного расширения линейки DC решило повернуться в сторону новых форматов, в 1979 году, представив такую привычную сегодня вещь, как мини-серию – три выпуска World of Krypton наделали шума! Именно DC и при безусловном участии и влиянии Дженетт Кан начало осваивать формат макси-серий – 12 выпусков, рассказывающих законченную историю, – который было легче продавать и продвигать, и даже издавать в виде книги-сборника (как было с «Хранителями»). Рука об руку с этим шло активное привлечение новых талантов – помимо упомянутой выше поездки в Британию вместе с Карен Бергер, DC активно принимало в свои ряды и «местных» авторов, многие из которых перешли в издательство из рядов Marvel. Мастодонты вроде Роя Томаса и Марва Вулфмана, многообещающие новички Джордж Перез и Джин Колан, стремительно набирающий популярность Фрэнк Миллер и многие и многие другие. Дженетт добивалась того, чтобы авторы не боялись новых идей и экспериментов с форматами, и после не очень удачного Ronin Миллера – который, при этом, знаковый тем, что это первый комикс в истории, на обложке которого имя автора стояло перед названием, – выходит «Возвращение Темного Рыцаря», что буквально поставило индустрию на уши и произвело тектонический сдвиг.
В 1989 году Дженетт покидает пост президента и становится главным редактором. Потом было создание Vertigo, расширение и укрепление позиций DC на рынке – проще говоря, в годы ее руководства вышло невероятное количество отличных комиксов, в чем есть ее безусловная заслуга. Дженетт покинула DC в 2002 году и сегодня остается одним из самых уважаемых и успешных людей в комиксах, сделавшим для них столько, что и представить трудно.
Несмотря на то, что к тому времени в издательстве примерно половина сотрудников была женщинами, женщин-авторов традиционно было немного, в силу самых разных причин – в России они и совсем практически неизвестны. Тем не менее нескольких мы все же упомянем.
Наиболее известной, пожалуй, является Гейл Симон – заслуженная сценаристка и без преувеличения ветеран индустрии. Ее творческий путь начался как раз с «Девушки в холодильнике», который в 1999 году наделал приличное количество шума и привлек внимание как к проблеме, так и к самой Гейл. После нескольких лет работы над комиксами о Симпсонах и короткой серии о Дэдпуле Симон переезжает в DC, где с ходу заявляет о себе крепкой серией о Хищных Птицах – женской команде супергероев, состоящей из Охотницы, Черной Канарейки, Оракула и Леди Блекхок. За ней последовала прекрасная серия Villains United, в которой Гейл собрала отряд из второсортных злодеев и создала увлекательную, напряженную и даже драматическую историю, что лично мне пришлась по вкусу. В 2007 году Симон стала сценаристкой серии комиксов о Чудо-Женщине, и по сей день она дольше всех писала эту серию по сравнению с другими сценаристками – и немудрено, это очень хороший комикс. В 2012 году она писала серию о Бэтгерл, которая была весьма неплоха, но тогда у нее начались трения с редакторским составом и свою должность она оставила. Я вижу ее вклад в том, что она внесла здоровую долю психологизма в уже знакомых персонажей и наряду с напряженным действием оставляла простор для размышлений и самокопаний у своих персонажей.
Джоэль Джонс чуть больше известна отечественному читателю, как минимум потому, что на русском языке издан ее комикс «Леди-Убийца»; также она нарисовала с полдюжины выпусков серии «Бэтмен», изданных на русском языке. Джонс – отличная художница (ее Женщина-Кошка просто загляденье) и весьма неплохая сценаристка: в ее активе помимо упомянутого выше еще и сольная серия о той же Женщине-Кошке, и она же стала создательницей новой Чудо-Женщины бразильского происхождения, серия комиксов о которой должна стартовать этим летом (на момент написания этих строк лето еще не наступило, эх).
Аманда Коннер начинала свою карьеру примерно в то же время, что и Гейл, но подлинная слава пришла к ней чуть позже – в 2011 году вместе со своим мужем Джимми Палмиотти она начала писать сольную серию о Харли Квинн, которая получила серьезную популярность и буквально вознесла героиню в список самых известных персонажей DC.
Великолепная художница Джилл Томпсон нарисовала с дюжину выпусков культовой серии «Песочный Человек» и первые 15 выпусков не менее культовой (но, увы, не изданной в России) серии The Invisibles Гранта Моррисона. Ее грубоватый, но характерный стиль весьма хорошо ложится на сюрреалистичные истории, что сделало ее идеальной кандидаткой на роль художницы в упомянутых сериях.
Большая глава получилась, ничего не скажешь, но очень важная. Сейчас же я приглашаю вас в несколько другую степь. Давайте отойдем от чистой супергероики и посмотрим на то, как DC экспериментировало с жанрами и трендами, от фэнтези до научной фантастики, – поверьте, там есть о чем поговорить.
Глава 14
Магия, колдовство и просто странные вещи
Магия на сегодняшний день не то чтобы самый популярный концепт в супергеройских комиксах – так или иначе, сверхъестественное со временем все сильнее и сильнее уступало рациональному, и в 20-м столетии умами людей больше владела наука, а не колдуны или заклинания. При всем при этом суеверия, оккультизм, проклятия и прочие малоприятные вещи свои позиции сдают очень неохотно, и в тех же комиксах (и в DC в том числе) находилось место и призракам, и вампирам, и прочим вымышленным существам. О магии в комиксах DC стоит сказать не только потому, что благодаря ей поп-культура получила, пожалуй, самого популярного мага современности – хорошо известного всем вам Джона Константина, – но и потому, что это довольно интересный срез вселенной. Начнем мы разговор о магии с первых магов, а точнее с того, почему они получились именно такими.
В массовом сознании слово «маг» ассоциируется либо с Мерлином, либо с Гендальфом; с недавных пор к этому списку присоединились Гарри Поттер и профессор Дамблдор (речь сейчас о наиболее популярных персонажах). Все они так или иначе восходят к представлениям людей древности о магии и мироустройстве – не владея той полнотой знания об окружающем мире, доступном нам, древний человек объяснял непонятные ему явления влиянием сверхъестественных сил. Маг древности – он не только ходячая установка по метанию огня или молний, он человек, который способен постигать то, что недоступно обычным людям, он скорее wizard, то есть «мудрец». Запомните этот тезис, он пригодится нам в будущем.