Соучастник (ЛП)

Мой пульс учащается ─ передо мной множество фотографий, на которых изображены изуродованные и мертвые тела бесчисленных мужчин, ─ я знаю, что она делает. Это же чертовски очевидно. Если она сможет переубедить меня заставить понять, насколько опасен человек, с которым я связалась, тогда ее работа станет намного проще. Какое разочарование, что это не новость для меня.
Я знаю, что Зет и раньше причинял людям боль.
Знаю, что Зет убивал людей.
Знаю, что он делал ужасные вещи.
Знаю, что он считает себя монстром.
Но также я знаю его.
Нет оправдания лишению жизни другого человека. Я знаю это. Поддерживаю это и твердо в это верю. Но Зет убивал врагов Чарли не потому, что ему этого хотелось и определенно не потому, что ему это нравилось. Он делал это, потому что был одинок. Он делал это, потому что с самого рождения его окружало насилие, и он не знал ничего другого. Делал это, потому что Чарли Холсан был человеком, на которого он равнялся в детстве. Чарли Холсан был для Зета образцом для подражания. Он делал это, потому что Чарли Холсан приказал ему это сделать.
И несмотря на все это, несмотря на жестокость в прошлом и воспитание, в нем все еще живет доброта. Он защищал меня. Боролся за меня. Нашел мою сестру и прошел со мной через многое. Он больше не одинок. И я точно знаю, что Зет больше никогда никого не убьет. Только если это потребуется для моей защиты.
─ У этого человека скверный характер, ─ продолжает Лоуэлл, тыча пальцем в фотографии. ─ Что, если в следующий раз это будет не какой-нибудь заказ, а, Слоан? Что, если в следующий раз он приставит пистолет к твоей голове?
Ух ты. Черта с два. Все. С меня хватит. Я встаю так быстро, что дешевый пластиковый стул, на котором сидела, опрокидывается. Кажется, окружающие нас люди перестали есть, пить, разговаривать, смеяться и уставились на меня.
─ Ты не знаешь его. Очевидно, тебе мало что известно об этом человеке.
Лоуэлл поднимает руки.
─ Прости. Прости, Слоан. Просто сядь, хорошо? Сядь обратно. Мы еще не закончили.
─ А я думаю, закончили.
Затем я пробираюсь сквозь толпу, расталкивая людей, пытаясь выбраться наружу. Она не собиралась получать у судьи бумаги. Она пришла сюда, чтобы убедить меня сдать Зета и ничего больше. Я в бешенстве. У меня нет с собой телефона. Ребел настояла на этом, просто на случай, если за мной наблюдают и, ну не знаю, что меня могут подслушать, но в данный момент мечтаю, чтобы у меня был телефон. Я хочу позвонить Зету. Хочу поговорить с Зетом. Хочу найти его и убраться отсюда к чертовой матери.
Я не оборачиваюсь, чтобы посмотреть, следует ли за мной Лоуэлл, знаю, что да. Знаю, что среди толпы, наблюдающей за мной, будут и другие агенты. Но это неважно. Пробираюсь вслепую, моя единственная цель ─ найти выход. Я бегу вверх по эскалатору, проталкиваясь мимо людей, полная решимости пройти мимо, и…
Я останавливаюсь.
Что за херня?
Поднявшись на верхнюю ступеньку эскалатора, протискиваюсь мимо человека, преграждающего мне путь, и только потом обнаруживаю, что он мне знаком. Это мой отец.
─ Здравствуй, Слоан.
Я оступаюсь на движущейся дорожке, прижимаясь руками к его груди, ладони оказываются на коричневой замшевой куртке, которую я подарила ему на прошлое Рождество. Он грустно улыбается, глядя на меня, и понимаю, что сейчас мне разобьют сердце.
─ Если у тебя есть минутка, ─ мягко говорит он, убирая за ухо выбившуюся из моего хвоста прядь волос, ─ думаю, нам стоит поговорить.
Глава 2
Не знаю, что делать. Для меня это все в новинку. Майкл тоже вряд ли поможет в этой ситуации. С тех пор как мы приехали в кофейню «Fresco's Coffee House», он только и делает, что сидит, сохраняя спокойствие, пьет маккиато за маккиато и читает «The Seattle Times».
Я чувствую, что сейчас взорвусь нахрен.
 
─ Ты собираешься и дальше так сильно сотрясаться, пока мы ждем? Может, мне пересесть за другой столик? ─ спрашивает Майкл.
─ Иди и сядь за другой гребанный столик, ─ рычу я. ─ Очень на это надеюсь.
Майкл складывает газету пополам и кладет ее на стол, устремив на меня равнодушный взгляд.
─ Хочешь, чтобы я сделал пару звонков? Мне выяснить, знает ли кто-нибудь что-нибудь о Чарли?
─ Будь полезен.
Я веду себя как настоящий мудак, но ничего не могу с собой поделать. Не могу сидеть спокойно. Майкл прав ─ я буквально вибрирую на месте, дергаясь каждый раз, когда гребанный звонок на двери дребезжит и кто-то, спойлер: не Слоан, входит. Майкл достает телефон и набирает номер. Я смотрю в потолок, откинув голову назад, пытаясь не слететь с катушек.
Понятия не имею, кто этот человек, в которого я превратился, но, честно говоря, немного его боюсь. Прежний «я» боролся с этим новым парнем, и должен сказать, что этот новый ублюдок побеждает уравновешенную, спокойную, собранную версию меня прежнего.
Полагаю, некоторые люди могут считать это прогрессом. Но в данный момент не знаю, что думать. Единственная правда ─ чертовски волнуюсь и чувствую себя ужасно.
─ Да, да, приятель, понимаю. Без проблем. Я ценю это. Спасибо. ─ Майкл завершает звонок, пожимая плечами. Его костюм не помялся после трехчасового сна на заднем сиденье чудовищного автомобиля. Мне хочется встряхнуть его. ─ Трей и Вест всю неделю ничего не слышали о Чарли. И они ничего не слышали о разборках в квартире, так что они либо врут, либо с понедельника не высовывают голову из задницы. Сказали, что дадут знать, если что-то узнают, но я больше чем уверен, что они не собираются этого делать.
Бл*дь. Я хмуро смотрю на мобильный телефон Майкла, лежащий поверх газеты, словно только он виноват в отсутствии каких-либо стоящих зацепок. Но все дело в том, что люди не любят говорить о Чарли. Это плохая примета. Стоит произнести имя этого ублюдка, и он появляется. Устраивает хаос, где бы он, бл*дь, ни был. Преступные личности, к которым Майкл обращается за информацией, знают, что лучше не вспоминать имя Чарли Холсана, не говоря уже о том, чтобы доносить на него.
─ Нам нужно набраться терпения, Зи. Чарли вряд ли можно назвать отцом года. Лэйси быстро сообразит, что к чему, и сбежит при первой же возможности. Она знает, как с тобой связаться, верно?
─ Да. Точно.
Последний одноразовый телефон, который был у меня до исчезновения Лэйс, до сих пор находится в кармане моих джинсов, словно бомба замедленного действия. Ни у кого нет номера, кроме Слоан, Лэйси, Майкла и Ребела, но по какой-то причине не чувствую себя в безопасности. Если бы не Лэйси, я бы избавился от этой штуки несколько дней назад.
Вынимаю телефон и бросаю на газету рядом с аппаратом Майкла. Через секунду мое сердце едва не выпрыгивает из груди, когда раздается звонок, словно гребанный клаксон. Я думаю, это мой. На одну долгую секунду меня охватывает ужас ─ Слоан или Лэйси. В любом случае, это могут быть плохие новости. Ужасные новости. Но звонит не мой телефон ─ Майкла.
Он поднимает трубку и смотрит на определитель номера.
─ Ребел. ─ Переводит взгляд на меня, хмурясь. Отвечает на звонок. ─ Говори, ─ выдавливает он тихим голосом.
Я наблюдаю, как самообладание Майкла распадается на фрагменты и полностью разрушается в течение следующих семи секунд.
─ Что значит, она убежала?
Этих слов достаточно, чтобы я перегнулся через стол и выхватил телефон из рук Майкла.
─ Она сбежала?
Я чувствую, как мое сердце бьется в чертовых висках.
─ Я попросил одного из парней присмотреть за ней. Она посидела с этой сукой из УБН пять минут, посмотрела фотографии, а потом убежала. Ее остановил какой-то старик, а затем налетели эти гребанные люди в черном и схватили ее.
─ Они ее арестовали? ─ Я, бл*дь, знал, что это плохая идея. Мои руки начинают трястись от ярости. ─ Если у нее будут проблемы, клянусь богом, я с тебя живьем шкуру спущу, ублюдок.