Комбо-Психо (СИ)
Я не отвечал. Стиснув зубы от боли в пронзённых ногах и плече, я сосредоточился на Технике тела Амат, на максимальной скорости выкачивая из своей ноши последние крупицы маны.
Определённо, двигаться с таким грузом было в разы сложнее, а оставшаяся в моём пленнике энергия уже не стоила того, чтобы ради неё стараться. Если бы я выбросил семьдесят килограммов лишнего веса — наверняка смог бы увернуться от каменной пики.
Однако я продолжал таскать этот груз за собой не просто так и не из чувства ностальгии. Мне нужна была его энергия, чтобы завершить формирование своего четвёртого круга маны.
Девяносто девять процентов… девяносто девять с половиной… девяносто девять и девять…
— Что?!..
Мощная волна энергии прошлась по всему моему телу, я ощутил невероятный, ни с чем не сравнимый прилив сил, будто искупался в источнике с живой водой. А в следующую секунду то место, где только что должна была быть моя голова, пронзил ещё один шип.
Но было уже поздно. Длинный и гибкий стальной клинок, в которые превратилась пара латных перчаток, перерубил пришпилившие меня к полу каменные колья и я сдёрнул себя с места Телекинезом. Мой донор маны остался лежать, теперь таскать его за собой было теперь совершенно бессмысленно.
— Сука, СТОЙ! — взревел глава Чёрного Безумия, вновь обрушивая на меня совсем уж дикий шквал самых разнообразных атак.
Вот только четвёртый круг — не третий.
Я всё ещё был в процессе прорыва и применение заклинаний давалось с большими болью и трудом. Но при этом разница в силе между нами не выросла, она уменьшилась.
Использовав Телекинез, я чиркнул колёсиком зажигалки, всё ещё лежавшей под ногами главы Чёрного Безумия, и огненный шар откинул его в сторону, прямо на рухнувшие стеллажи. Взрывное дыхание, имевшее свойства роста, после моего прорыва также перешло на четвёртый ранг. Разрушительная мощь и скорость детонации стали больше, и на этот раз защититься полностью он уже не смог.
И давать ему очухаться после взрыва я не собирался.
Подхватив с пола ещё одну перчатку, я превратил её в средней длины кинжал и, налетев на главу Чёрного Безумия, вонзил лезвие мужчине в бок и резко провернул. Точнее прицелиться было сложно, потому как в моих ногах застряли каменные пики и нормальная координация движения в таких условиях была невозможна.
Зарычав от боли, он замахнулся на меня кулаком, параллельно атакуя всё теми же каменными пиками. Но боль в повреждённых потрохах не давала нормально использовать ману. Так что на этот раз я позволил себе даже не уворачиваться, выставив на пути пик барьер из Телекинеза.
Следом я притянул к себе ещё одну перчатку и новый клинок вонзился главе Чёрного Безумия уже в плечо. Параллельно телекинетический пресс превратил в блинчики пару его пальцев. Его рёв, в котором уже почти не было ярости, одна только боль, эхом отдавался от стен склада.
Действовать надо было быстро, ведь на базе осталось ещё немало бойцов и магов, сейчас наверняка спешивших сюда.
А потому, когда третий кинжал пробил его второе плечо, а удар Телекинеза в пах заставил проступить на его глазах слёзы, я положил ладонь ему на лоб и вытянул из памяти Бафомета новую магию.
Сон Морфея.
Глава Чёрного Безумия тут же обмяк, его мышцы расслабились, а взгляд потерял фокус. Я сделал шаг назад и тяжело вздохнул.
Теперь, пока я не отменю заклинание, либо пока его не разбудит какая-нибудь другая ментальная магия, он перестал представлять для меня опасность. Неторопливо я развернулся к дверям склада и, поддерживая себя в воздухе Телекинезом, двинулся навстречу торопливо приближающимся шагам.
Ещё через десять минут всё было кончено. Все бойцы на базе были либо мертвы, либо погружены в магический сон. А ещё через полчаса я, выкачав из нескольких жизненную энергию, смог более-менее исцелить раны от каменных пик.
После чего, пусть и прихрамывая, но уже на своих двоих, вернулся к главе банды. Он успел встать со сломанного стеллажа, но только затем, чтобы тут же лечь на пол и громко захрапеть. Побочный эффект Сна Морфея.
Пару раз хлопнув его по щекам, приведя его в чувства и усадив поровнее, чтобы было проще общаться, я уселся напротив.
Изначально моей целью было просто атаковать какую-нибудь группировку нижнего города и за счёт её членов пробиться на следующий круг маны, после чего просто вернуться в Башню Магии. Но увиденное мной здесь было слишком странным, чтобы просто уходить, не выяснив деталей. Слишком уж много было странностей за последние несколько дней.
— Ну, дорогуша, — произнёс я, глядя на мужчину, — расскажи мне, откуда у банды из нижнего города взялось оружие и доспехи на пару сотен человек?
Глава 17
Под эффектом Сна Морфея разум человека становился максимально расслабленным и податливым, лгать в таком состоянии просто не представлялось возможным. А потому истории главы Чёрного Безумия вполне можно было верить, по крайней мере он сам свято верил в сказанное.
А послушать действительно было что. И тот факт, что рассказ из-за побочных эффектов заклинания в виде медленной речи и долгих пауз растянулся раза в три, этого не отменил.
Вообще, мне изначально показалось немного странным, что в нижних районах, погрязших в бедности и разрухе, вдруг появился качественно выстроенный дом со стенами, укреплёнными зачарованием. Современных цен на подобный архитектурный проект я не особо представлял. Но не сложно было догадаться, что это стоило просто кучу денег, которые очень сложно заработать на крышевании простых лавочников.
И из рассказа моего вынужденного информатора выходило, что они, действительно, не сами отгрохали такую домину. У Чёрного Безумия был спонсор. И когда я услышал, кем именно был этот спонсор, мне захотелось пробить себе рукой лицо.
Эльфы. Моих новых знакомых поддерживали остроухие.
Твою-то мать…
Вообще, благодаря тому, как часто мне припоминали отгремевшую шестнадцать лет назад войну с эльфами, я волей-неволей стал большим экспертом по этой теме. И на самом деле мог немало рассказать про события этих лет.
Вот только раньше я всегда старался избегать этого вопроса, даже в мыслях. Медвежья услуга, что мне оказали остроухие, передав половину своей крови, заставляла меня сжимать кулаки от ярости каждый раз, когда я думал об этой войне.
Но теперь, похоже, от этого было не отвертеться. Потому что эльфам, похоже, было мало. И, на самом деле, в этом не было полностью их вины.
Огромный континент, на котором произошло моё второе рождение, внешне походил на карточную трефовую масть или на клевер. Четыре части суши, разделённые четырьмя внутренними морями, с трёх сторон окружал великий Мировой океан. С четвёртой же стороны, вплотную к самому небольшому необитаемому “лепесточку”, называемому Пограничными землями, располагался Край — неизведанная и, по всем историям, жуткая земля, куда не так давно отправился Агур.
Человечество, во главе с Вирсавской империей, занимало противоположный от Края “лепесток”, называвшийся Иль в честь верховного бога этого мира. А потому для людей Край представлял довольно условную угрозу. Подавляющее их большинство ни разу не приближались к границе Края меньше чем на несколько тысяч километров.
А вот эльфам повезло значительно меньше. Их “лепесток”, находящийся южнее Иля, был меньше и, что хуже, ближе к Краю. Фактически, юго-восточную часть эльфийского континента — Халлы, на некоторых картах даже окрашивали в мрачные тёмные цвета, так же как и Край.
При этом Край не был непонятным чем-то, куда боялись соваться просто “потому что”. Из-за Края то и дело накатывали волны довольно жутких существ, в общем и целом называвшихся Серыми. И это были не тупые орды чудовищ, а вполне себе организованные войска, сражения с которыми уже многие века терзали эльфийские страны.
Отбиваться эльфы умудрялись каждый раз лишь благодаря помощи богов. Боги, очевидно не любившие Край и всё что там находится, исправно благословлявших остроухих на победу.