Хранительница мира и... короля (СИ)

Вскоре штырь в стене уже «гулял» настолько, что еще один рывок привел к тому, что пришлось уворачиваться в сторону. Заодно размялся и согрел мышцы. А вот теперь самое сложное, но не в том, чтобы решиться на это, а в том, чтобы выдержать. Выжечь свою магию и сделать перегрузку браслету. Главное, выжить, выбраться и успеть помочь дорогим мне людям. А еще, желательно, захватить кого-то в плен, чтобы он открыл портал туда, куда мне нужно.
Я сел на каменный холодный пол, закрыл глаза и попытался мысленно отстраниться от отчаяния, что овладело моей второй половинкой. Главное, чтобы она меня дождалась. А сестра… Если с ней что-нибудь случиться, то Роланда лично четвертую.
Закрыл глаза, сосредоточился на магии, с трудом почувствовал ее, скорее, визуально представил ее поток в моем теле и понадеялся, что такой странный метод сработает. И магия «поймет», что я хочу сделать и как направить ее. Начал увеличивать силу и мощь магии внутри, постепенно мысленно нагнетал плотность магии, затем почувствовал, как браслет нагрелся, значит, получается. Теперь стало проще ориентироваться на теплоту браслета: чем горячее он, тем больше магии я направляю на него. Браслет уже начал нестерпимо жечь, как вдруг я услышал шаги, раздающиеся из каменного коридора. Мысленно увеличил поток и приготовился к жесткому отходняку. Главное, успеть освободиться и не вырубиться.
Момент, когда запахло паленой плотью, совпал с приходом наемников. Стоило им только увидеть меня на полу, как они бросились вперед. Браслет расстегнулся и со стуком упал на каменный пол. Опустошение, слабость и головокружение напали разом. Все силы и магия ушли на браслет. Каналы, по которым раньше струилась магия, словно кровь по венам, и пронизывали каждый участок тела, лопнули, принося непередаваемую боль и агонию. Терпеть было невозможно, и я закричал, повалился на пол, мое тело выгибалось дугой и билось в конвульсиях. Вампиры опешили от такого представления. Еще бы. Не каждый день маг добровольно выжигает себя и освобождается от антимагчиеского браслета, да и не всем хватит сил это сделать. Что-то липкое потекло по щекам, из ушей и носа. Сумасшедшая перегрузка организма на грани жизни и смерти. Лишь мысли о Лариссе и сестре давали силы не отключаться. Сжал зубы, перевернулся, схватил ближайшего вампира за щиколотку и резко дернул на себя, превозмогая боль и сжимая челюсти до хруста. Вампир потерял равновесие и упал. Выхватить клинок с пояса было секундным делом для того, кто был боевым магом. Еще хватило мига на то, чтобы проткнуть его сердце.
Только вот этого времени хватило и другому вампиру, чтобы он рассек когтями мне бок и отбросил от товарища. Пока я откашливался и пытался встать, облокотившись на стену, то увидел, как тот вынул клинок, потом рассек себе вену и начал капать кровью в рот товарища. Вот как он собирается его исцелить. Только это не входило в мои планы. Под ногами обнаружил несколько камней с половину ладони. Если не остановлю регенерацию вампира, то двоих смогу и не осилить. Я сделал обманный выпад, бросил один камень в другую сторону. Вампир обернулся туда, пока я на пределе своих сил упал на каменный пол и прокатился к клинку. Новый удар как раз пришелся мне под дых, но он, скорее, был ожидаемым. Поэтому клинок я не выпустил, успел сгруппироваться и напрячь все свои мышцы, чтобы минимизировать боль от удара тяжелого сапога. Сразу полоснул по сухожилиям вампира, тот рухнул практически на меня. Мой клинок тут же застрял в его горле, но меня он успел задеть, разодрав грудную клетку в клочья. Сквозь боль я услышал, что второй уже начал приходить в себя. Хваленая регенерация вампиров, особенно, когда так много крови вокруг. Я собрался, на пределе своих сил вытащил клинок из горла врага и с силой втолкнул камень, зажатый в руке, в рану. Все просто, главное, не дать заживить раны. Надеюсь, это сработает. На пошатывающихся ногах снова встал, резко накатила слабость. Потеря крови была уже критичной. Чёрт. И как заставить вампира открыть мне портал? Я стер кровь, текшую по лицу, и поморщился.
 
Спешные шаги, раздавшиеся в коридоре, напрягли меня. Я привалился к стене и занял место у двери. В глазах уже начало темнеть, крови, видимо, уже совсем не осталось.
Открылась дверь. Разворот, и мою руку перехватили, заламывая кисть. Клинок упал. Но я, дернув ее, выкрутил ее из захвата, ловя вспышку боли, но не обращая внимание. Мерзкий хруст стоял в ушах. Клинок у меня в руках, и я вонзил его в бедро вновь пришедшего… Крик, и еще одно действующее лицо вошло в камеру, а мне показалось, что как бы я не пытался выбраться, это уже невозможно… Захлёбываясь кровью, я упал на пол, закашлявшись.
Меня с трудом перевернули на спину. Мужчина склонился надо мной.
— Живучий. Только мы все равно опоздали. Ему уже не успеют помочь. Еще и меня ранил, как только смог в таком состоянии.
— В нем нет магии. Говорили, что он силен.
— Так посмотри. Вон анитимагический браслет валяется.
— Выжег, значит, себя. Пустой теперь. Хм.
— Попробуем? Эй, парень, есть шанс тебе помочь. Только нужно твое искреннее согласие, а главное, желание выжить.
Я услышал странные слова, как сквозь толщу воды, так как проваливался в бездну. Понятно было одно: они пришли за мной. А еще говорили о каком-то шансе на жизнь.
— Да… — выдавил из себя и закашлялся.
— Будет больно. Но раз ты до сих пор жив, значит, хочешь жить. А это главное. Только будет больно. И ты уже прежним не будешь.
Я уже хотел сказать, что плевать, лишь бы поскорее бы вернуться к семье.
— Он умирает. Сейчас или никогда. Он слишком слаб.
— Хорошо, что нет в нём магии. Это нам только на руку. В противном случае возможно было бы отторжение. А так мизерный шанс есть…
Странный диалог так и не удалось дослушать, потому что второй мужчина, вошедший в камеру, склонился ко мне… И последнее, что я помнил, это вспышку боли в районе шеи: жуткую, всепоглощающую, затем жжение и лаву, растекающуюся по венам вместо крови.
* * *
— Он долго не приходит в себя. Сердце вот-вот остановится. Он борется с ядом, а должен был впустить его, — сказал один мужчина.
— Я был уверен, что у нас получится, — задумчиво протянул второй, наблюдая за тем, как бьется в агонии молодой мужчина. — Даже то, что он выжег свою магию, было нам на руку. Все же из-за перенасыщения магией нашей крови обращение людей через укус давно перестало работать.
— Многие просто уверены, что это невозможно.
— И это заблуждение к лучшему. Сейчас неспокойное время. А если станет известно, что есть определенные условия для обращения людей в вампиров и увеличения тем самым нашего влияния, то другие наместники могут заволноваться и начать войну. Нас и так мало, чтобы еще зря проливать кровь. Все же надеюсь, что я не просчитался, и парень действительно очень сильно хочет жить.
Тело иномирца затихло, лишь зрачки его шевелились под сомкнутыми веками. Сердце с каждым ударом стучало всё громче и ровнее.
— Думаю, теперь все должно получиться. Отправь сообщение, чтобы армия была готова. Ему нужна побудет поддержка, — наместник вампиров кинул взгляд на Александра.
— Вы всё-таки решили поддержать его. Я согласен с вами.
— Лучше подержать иномирца, который, к тому же, будет одним из нас, чем этих подлых, недостойных эльфов и оборотней, возомнивших себя правителями. Секрет нашего обращения людей утаивать слишком долго всё равно не получится. А значит, с нами наверняка решат расправиться. Уже решили стравить королеву и нас, наняв наших наемников на эту грязную работу. Хорошо, что начальник гильдии наемников сообщил о своих подозрениях по поводу заказа и оказался прав, сообщив мне. В случае гибели принца другого мира нас бы обвинили в этом, и начались бы репрессии. А он, по донесению разведки, вполне ответственный и принципиальный молодой мужчина. Будет достойным королем. А мы поможем. Осталось только ему выжить.
— Будем ждать…
— Почему, кстати, не приходят в себя эти? — недовольно произнёс наместник.