Повелитель Ифритов 3 (СИ)
Я молчал.
— Кем мне быть? — девушка подняла большие бирюзовые от слез глаза, — кем мне быть для тебя, Роман Селихов?– Спокойно, — проговорил я, стер слезу с ее щеки, — ты мне по прежнему нужна, Саша. Но теперь все будет иначе.
Глава 7. Переправа
Солнце медленно поднималось над горизонтом. Алый рассвет расплескал свои кровавые краски. Небо из тускло-серого, мало-помалу превращалось в голубое. Южный ноябрьский день обещал быть светлым и безветренным. Однако прохлада все равно ощущалась.
БТР долго ковылял по бездорожью. Наш путь лежал к старой трассе Новый Красс — Анапа. Бегущая через Кубанское Поле, она вела к морю. Однако, по понятным этим отрезком дороги долгие годы никто не пользовался.
Как только мы достигли трассы, БТР «пересел» на колеса. Конечности ифрита восстановились за ночь и смогли нормально перевоплотиться в обычное круглое состояние. Машина захрустела по раскрошившемуся асфальту трассы.
Князь Палеолог пытался держаться молодцом. Он храбрился, делал уверенный вид. Заговаривал с бойцами, расспрашивал их о настрое. Читал мотивационные речи.
— Эта операция, — он занял сидение, которое находилось сразу у бронеплиты, отделяющей кабину от десантного отсека, — важна не только мне, как отцу Светланы. Она важна всем вам. Вы войдете в историю!
Бойцы, особенно те, кто представлял в отряде младший офицерский состав, смотрели на князя внимательно и серьезно. Делали вид, что проникаются его речью. Воронов же посматривал безэмоционально.
— Бойцы и так неплохо настроены, — шепнул мне полковник, — я разговаривал с каждым перед выходом в Поле.
— Это нужно в первую очередь ему самому, — проговорил я. Полковник кивнул, — я надеюсь, что в критический момент князь не выкинет какую-нибудь глупость. Его можно понять, он переживает. Но для солдата, — мы встретились с полковником взглядами, — по мне так слишком сильно.
— Это его единственный ребенок.
Услышав это, я сжал губы. Что же. Я стал понимать его сильнее. Он боялся, что не сможет помочь дочери. Потому что никогда не сталкивался с таким врагом. Елси бы подобное случилось со мной. Бояться нужно было бы обидчикам моих близких.
По пути случилось еще несколько эксцессов связанных с нападением одержимостей. Одна из встреч была особенно занятной.
— Там! На три часа! — крикнул один из солдат, уставившись в боковой люк, — одержимость-подъемный кран! Движется быстро! Приближается!
— Остановить машину! — крикнул князь, — занять оборону!
— Тихо, княже, — я улыбнулся и материализовал в руках снайперскую винтовку, — всем оставаться на местах. Я сам. Есть у кого-нибудь мелочь? — Это ты его монеткой⁈ Ты стрелял монеткой⁈ — Да такого быть не может! — Ты видел, как шарахнуло⁈Когда я спустился под броню, а одержимый кран превратился в груду обломков после выстрела, солдаты еще долго удивленно гомонили о случившемся. Князь шепнул, что было бы неплохо поделиться такой технологией с оружейниками РосАрмы. Я ответил, что всему свое время.
Встречались нам и одержимости поменьше. Моторный бескрылый самолет, перевернутый пузом кверху, преследовал нас на многочисленных паучьих ногах. Фырчик разорвал его на куски.
А фрагмент железнодорожных путей, полз за БТРом огромной змеей и пытался плеваться магией тьмы. Меч Кайоши легко выбил из него ифрита.
Когда солнце стало в зенит, мы достигли широкого железнодорожного моста через Кубань.
Как я и предполагал, хорошая погода сильно влияла на концентрацию эфира в пространстве. Причем, чем ближе к центру, тем гуще становился эфирный туман. Сейчас ифритным зрением я видел его как темно-багровую пелену, почти непроницаемую для моего взора. Даже ифриты, что обычно ярко пылали в предметах, оказались не видны.
Вариантов было несколько. Может быть, нечто, что находится в центре и генерирует эфир, реагирует на влажность. Или солнце. Может быть на выработку влияет атмосферное давление. Точно сказать я мог, только если увижу источник собственными глазами.
— Мост, — князь высунулся из люка, указал на переправу. Я уже был на броне.
Остальные бойцы припали к окошкам. Механики-водители показались из своих крохотных люков.
— Он безопасен? — князь поднял на меня взгляд.
— Я не знаю, — пытаясь всмотреться в ифрит, проговорил я. Но увидеть что-то через такой сильный эфирный туман было невозможно, — мост совершенно точно должен стать одержимостью. Но он довольно крупная струкута.
— И что?
— Не все структуры приняли одержимый вид за столько лет. Например, завод металлоконструкций, — я махнул в сторону большого промышленного комплекса, высившегося за железной дорогой, — крупный. И стоит на месте. До сих пор не скачет по Полю.
Ифрит просто не мог быстро заполнить такой огромный корпус. И хотя на это нужно было много времени, возможно десятки лет, но когда-нибудь, даже он встанет и пойдет.
— Но этот мост не выглядит одержимым, — высунувшись по пояс, проговорил за спиной Воронов.
— И это странно, — облачившись в доспех, я спрыгнул с БТР.
— Эй, Селихов! Ты куда? — крикнул князь.
— Будьте здесь, — я оглянулся, энергично шагая к переправе, — сейчас вернусь.
— Осторожнее, Селихов! — высунулся князь.
Я не ответил, только кивнул.
Зеленоватые воды широкой реки мерно текли куда-то к югу. Уцелела лишь железнодорожная переправа. Длинный и узкий, но достаточный для перехода мост, тянулся к другому берегу. Зигзагообразные железные перекрытия подернулись ржавчиной. Кое-где путь просвечивал провалами. Тут и там в мосту зияли дыры.
Рядом, в каких-то ста метрах от переправы, видимо, когда-то проходил и дорожный мост. Однако теперь, на его месте воду разрезали лишь древние изъеденные ветром сваи.
— Ты ифрит, да? — я всмотрелся внутрь стальной конструкции, — и ты одержимый. Но странно спокоен. Это аномалия? — я задумался, или приспособленность? Способ охоты на другие одержимости? Однако бронепоезд ходил здесь беспрепятственно. Что ж. Придется рискнуть.
— Ну что⁈ — прокричал князь, когда я приблизился к БТР.
— Одержимость.
— Проклятье, — выругался он и добавил матом, — а че она выглядит как нормальный мост?
— Я не знаю, — я запрыгнул на крышу машины, — одержимость либо аномальная, — присел на колено рядом с люком князя, — либо хитрая.
— Как это, хитрая? — нахмурился он.
Я не ответил, постукал по бронированной крыше машины
— Давай мальчик, поднимайся! — проговорил я ифриту внутри БТР.
По корпусу прошла короткая вибрация. Колеса тут же преобразились в конечности. Машины стала выше. Ифрит забавно, почти по коровьи замычал.
— Князь, в десантном отсеке лежит мой амулет. Прошу, дай его мне.
— Солдат, — крикнул князь внутрь, — найди мне амулет! Что? Какой? — князь поднял на меня взгляд, — какой амулет?
— Большой, золотой, овальной формы, — улыбнулся я, — мне казалось, у нас в машине один амулет.
Князь командным тоном прокричал в отсек мои слова и через пару мгновений вытащили наружу большой ифритный амулет. Именно тот, что был призван защищать и подчинять ифритов. Его я отбил у ифриторов, которые пытались убить меня.
— И что мы будем делать, Селихов? — князь смотрел озабоченно и даже обеспокоенно.
— Переправляться.
Когда БТР ступил на железнодорожные пути моста, переправа тут же заскрипела металлом. Все напряглись. Внимательно прислушались.
— Князь, — я был на броне, сидел на колене у его люка, — давай пока внутрь. Если начнется заварушка — я дам сигнал.
— Я думаю, — он нахмурился, — мы должны участвовать сразу. Ведь нам переходить пути второй раз. на обратном пути. В тот момент мы будем без тебя.
— К этому времени, — я всмотрелся в железоконструкции моста, наблюдая, не меняет ли они формы, — мы будем знать, как действовать. Одержимости ведут себя примитивно, за редким исключением. Мост либо просто нас пропустит, либо устроит западню.
Стартовали мы не с Гарнизона Урупский. Местом начала вылазки была выбрана другая застава под названием «Точка Северная». Поле, было неровной формы. И Центр, как ни странно, располагался вне его географического центра. Он был сдвинут.