Моё сводное проклятие (СИ)

Задумавшись, я поднимаю руку и касаюсь его щетины.
— Колется, — резюмирую с тихим смешком. — Но тебе идёт.
Алекс издаёт странный звук, больше похожий на рык, и с силой сжимает мои бёдра. А затем впивается в мои губы голодным и каким-то обезумевшим поцелуем.
  
7.2
 
Я бесила Алекса днём, он смотрел на меня с раздражением и называл лгуньей, а сейчас обнимает так сильно, будто все мои косточки сломать хочет. Себе подчинить. Уничтожить любое сопротивление.
Но я и не думаю его отталкивать. Меня поглощает пьяная неконтролируемая эйфория. Колкость щетины, влажность и напористость языка, тот самый звук, с которым он мой рот атаковал — всё это дезориентирует, потрясает, заставляет поверить в чудо. Я всхлипываю и в него всем телом вжимаюсь. Отвечаю на дикий поцелуй, посасываю его язык. Мне вкусно, сладко, невероятно хорошо.
Алекс пригвождает меня к стене. Скользит пальцами по ноге, но платье не задирает, останавливается. Делает судорожный вдох и оттягивает мою нижнюю губу. Слегка кусает. Заставляет мурашками с ног до головы покрываться. Дрожать от удовольствия. Еле дышать.
Он целует меня в шею, оставляя влажные горячие следы. Я голову запрокидываю и выгибаюсь, чтобы ему было удобнее. Алекс ведёт рукой по моему бедру, талии, животу и наконец дотрагивается до груди. Сжимает её через платье, безошибочно находит сосок и трёт его подушечкой большого пальца. Я снова без лифчика. Ему даже стараться не надо, чтобы самых чувствительных мест коснуться.
Я вся как на ладони. Открытая, доступная, захмелевшая. И снова отчаянная в своей надежде заполучить его любовь.
— Охрененная, — выдыхает Алекс.
Надеюсь, он имеет в виду меня, а не только мои сиськи. Но об этом я подумаю завтра, на трезвую голову.
Внизу живота закручивается огненная спираль, а из губ слетают рваные стоны. Каждое прикосновение к груди отдаётся покалыванием на кончиках пальцев и сладким дребезжанием под кожей. Ощущения странные, немного даже смазанные, наверное, из-за выпитых шотов, но я никогда не чувствовал себя такой живой и смелой.
Нет страха и сомнений, нет паранойи и вечной тревоги, нет ничего, кроме острого желания. Желания стать его девушкой. Полностью.
Алекс облизывает мою шею и ключицы, пальцами выкручивает соски через тонкую ткань. Я воздух ртом хватаю.
Он коленом мне между ног упирается. Я инстинктивно ёрзаю, сначала желая отодвинуться, а потом наоборот — стать ближе. Потому что Алекс надавливает точно на то место, где у меня всё от желания сводит.
Я выгибаюсь, вскрикиваю, а он затыкает мне рот ладонью и в глаза смотрит. Его зрачки расширены, губы влажные, чуть приоткрытые. Он дышит через рот и продолжает двигать ногой, задевая клитор.
Никогда не видела ничего более сексуального, чем лицо Алекса в этот момент. Хотя порно я иногда включаю, чтобы утолить любопытство. И себя несколько раз трогала, так, из интереса. Но до конца никогда не доходила, не получалось расслабиться.
— Алекс, — то ли умоляю его продолжать, то ли хочу, чтобы остановился. Головой мотаю.
— Смотри на меня, когда кончаешь, — приказывает он.
Наклоняется и втягивает мой сосок через ткань платья. Оставляет мокрые следы на одежде. Смотрит снизу вверх похотливо, требовательно, жадно. Делает сильное движение коленом.
И я взрываюсь. Глаза закатываются, позвоночник разрядами тока пронзает. Я губы кусаю, чтобы не закричать, мне так сложно сдерживаться! Алекс держит меня крепко, не отпускает. Когда последняя судорога наконец исчезает, я возвращаюсь в реальность. Мир слепит яркими красками, между ног жарко и пусто становится. Будто чего-то не хватило.
— Кончала с кем-нибудь раньше? — спрашивает Алекс.
Мотаю головой.
— Значит, считай это моим подарком на день рождения, — произносит он с издевательской ухмылкой.
В грудь словно раскалённый нож вонзают. И проворачивают его, чтобы больнее стало.
— Ч-что? К-какой подарок?
— Тот, которого ты так сильно желала, — хмыкает Алекс.
Он отстраняется. Я замечаю влажные следы на своём платье, отчего стыд щиплет лицо. Алкоголь выветривается из головы, я стремительно трезвею. И ненавижу себя за то, что снова на что-то надеялась. Как дурочка малолетняя.
 
Этот поцелуй — всего лишь подарок-издёвка от сводного братца. Ничего более.
— Ошибаешься. Я невинность потерять желала, а не кончить от твоей коленки! — защищаюсь.
— Я не врал тогда. Я не сплю с девственницами, — чеканит он. — Тем более у меня есть девушка, которая удовлетворяет все мои потребности. И по первому же требованию становится на колени.
Неужели Алекса задело то, что я не хочу делать ему минет? Или по его мнению все девушки мечтают побыстрее взять в рот член? Нет, может, кто-то и мечтает, мне сие неизвестно, однако я сосать без чувств не намерена.
— Высокие у вас отношения, — едко замечаю я.
— Высокие мне как раз не нужны.
— Ну да, тебя мало кто выдержит, так что всё верно — довольствуйся тем, что имеешь, — снисходительным тоном произношу я.
Он обидел меня, вспомнив свою девушку с приторно-сладкими духами, поэтому я хочу уколоть его в ответ.
— Зубки отрасти, прежде чем огрызаться, — холодно отвечает Алекс.
Ничто его не берёт. Невозмутимый, сдержанный, отстранённый. Будто и не целовал меня несколько минут назад, будто не наслаждался моим вкусом и не говорил, какая же я охрененная.
— А вообще — спасибо за бесценный подарок, Алекс. Теперь мне интересно, смогу ли я так же легко кончить с другим парнем. Например, со своим бойфрендом Макаром. А прикинь, что будет, если я и с ним за несколько минут оргазм испытаю? Получится, что дело не в твоих умениях, а в моей чувственности и сексуальности. Вот печально-то будет, да, братец? В общем, чего воздух зря сотрясать? Как проверю — я с тобой обязательно поделюсь. Расскажу всё в мельчайших подробностях!
Я взмахиваю рукой, обворожительно улыбаюсь, а затем распрямляю плечи и под ошарашенно-разъярённый взгляд Алекса выхожу из кухни.
До победы ещё очень далеко, но теперь у нас хотя бы ничья.
  
8.1
 
Утро не прощает выпитых шотов на день рождения. Я просыпаюсь от того, что у меня дико раскалывается голова. Мычу нечленораздельно и подушкой лицо закрываю. Хочется убить кого-нибудь, а лучше всего — Александра. Именно он виноват в том, что я вчера перепила.
Нет, вино и шампанское — лучшие в мире напитки. Никогда больше шоты не закажу. Это дьявольское пойло с очень плохими последствиями. Если бы не оно, я бы никогда не заговорила с Алексом о прошлом. И не ответила бы на его поцелуй.
Блин, да кому я вру? Конечно, я бы ответила на его поцелуй. Невозможно держать себя в руках, когда тебя хочет мужчина, в которого ты была безумно влюблена.
Алкоголь развязал мне язык, благодаря чему я узнала наконец о прошлом. Алекс не помнит тот дневник, потому что никогда его не видел и не читал. Ира мне соврала и показала фальшивое видео. Вернее, ролик был настоящим, просто я его неправильно восприняла. Заметила жёлтый цвет тетради и сделала поспешные выводы.
Я не хочу думать о мотивах бывшей подруги. Меня это совершенно не интересует. Лучше с головной болью разберусь.
Кряхтя, как древняя старушка, я откидываю одеяло и становлюсь ногами на прохладный пол. Иду в душ, включаю ледяную воду. Кажется, это должно помочь.
Фиговый вариант. Голова только сильнее болеть начинает. А болеутоляющее можно на кухне найти.
Натягиваю первую попавшуюся футболку и короткие шорты. Медленно спускаюсь на первый этаж. Каждый свой шаг контролирую, чтобы снова не попасть в дурацкую ситуацию. Алекса рядом нет, он не успеет меня подхватить.
В жар бросает, как только я вспоминаю о вчерашнем безумии. И с каждой секундой картинки становятся ярче, осознаннее. Алекс действительно пожирал мой рот и давил коленом между ног. А я позорно кончила от этого, мне даже никакой дополнительной стимуляции не потребовалось!